Мафия и его ангел (ЛП) - Джеймс Лайла - Страница 70

Я знала, чего хотел Алессио. Это так очевидно. Достаточно просто увидеть, как он на меня смотрит. Алессио сдерживал себя, ожидая, когда я сама решусь. Его жажда с каждым днём только росла. Сложно было не заметить это всякий раз, когда Иваншов терял над собой контроль.

Но проблема в том, что я не уверена готова ли сделать следующий шаг.

ГЛАВА 46

Услышав, как стих в ванной шум воды, я вздохнула с облегчением, закрыла книгу и повернулась к двери в ожидании, когда Алессио вернётся в спальню.

Уже прошло около получаса, а его всё не было.

Заметив меня на диване, Иваншов замер на пороге.

— Ты ещё не в постели, — пробормотал он, просушивая полотенцем волосы. — Не спится?

Покачав головой, я опустила взгляд на книгу на своих коленях.

— Хотела дочитать её сначала. И я не так и устала.

— Хм-м.

Мужчина отбросил полотенце на скамейку у подножия кровати, после чего сел на матрас и повернулся ко мне лицом.

— И сколько тебе осталось? — спросил он.

Открыв книгу, я проверила количество страниц и, пожав плечами, посмотрела на него.

— Тридцать две страницы. Это две главы.

— Тогда вперёд. Прочти их, и ложись спать.

— Собираешься всё это время пялиться на меня? — поддразнила я, тихо рассмеявшись.

— Тебя это смущает, котёнок?

— Это немного жутко.

— Мне нравится наблюдать за тобой. Я поймал себя на том, что, когда мы находимся в одной комнате, я не могу оторвать от тебя взгляд.

Посмотрев на книгу, я улыбнулась. У меня никак не получалось сосредоточиться, так что приходилось по несколько раз перечитывать каждый абзац.

Мои мысли… Моё тело стало гиперчувствительным из-за взгляда Алессио. С каждой минутой ощущение покалывания на коже становилось всё сильнее.

Наконец закончив, я захлопнула книгу и отложила её на диван.

— Всё? — спросил Алессио. Кивнув, я прикрыла веки.

Я чувствовала, как Алессио подходит всё ближе, пока он не остановился прямо передо мной. От жара его тела сердце забилось быстрее. Открыв глаза, я нервно облизнула губы.

— Ты знаешь, насколько красива? — прошептал он, наклоняясь к моим устам. Коснувшись их большим пальцем, мужчина провёл от щеки выше к моей скуле. Запрокинув голову, я посмотрела ему в глаза.

— Вставай, — мягко велел он.

По коже прошли мурашки. Я поднялась на ноги. Так много чувств… таких разных чувств разрывали моё тело в тот момент.

— Мне никогда не надоест целовать тебя, — продолжил Алессио, замерев в паре дюймов от моего лица.

— Пожалуйста.

Я не понимала о чём прошу. Я знала одно: он мне нужен. И Алессио понял это.

Он подался вперёд и поцеловал меня. Нежно, и так сладко. Мужчина обнял меня за талию и прижал к себе. Желая ещё больше прикоснуться к нему, мои ладони сами собой легли на его широкую грудь.

Я гладила его плечи и бицепсы, опускаясь всё ниже к запястью. Без моего внимания не осталось ни дюйма его кожи, в то время, как Иваншов углубил поцелуй. Всё казалось таким естественным, словно мы вместе долгие годы. Алессио крепче прижал меня к себе — так, чтобы между нами не осталось ни дюйма. Наши тела так идеально подходили друг другу, словно это было предначертано свыше.

Я чувствовала, как бьётся сердце в его груди, и мои губы сами собой растянулись улыбке. Наши сердца бились в унисон — как если бы нашли свою вторую половинку.

Подумав об этом, я позволила себе раствориться в Алессио, отдаваясь во власть его ласк. Хоть я и нервничала, но больше не чувствовала страха. Не рядом с ним.

Он целовал с той же страстью: терзая, посасывая и покусывая мои губы.

Алессио заявлял о своих правах.

Его ладони гладили моё тело, опускаясь всё ниже и ниже, замерев только на подоле ночной сорочки. Миг — и он медленно потянул край вверх.

Иваншов чуть отстранился, и я протестующе застонала.

— Айла, сейчас самое время сказать «нет». Если мы продолжим — не думаю, что смогу остановиться. Я слишком хочу тебя, — прошептал он.

Посмотрев на Алессио затуманенным взглядом, я подняла руку и коснулась его лица. Он потёрся о мою ладонь. Заметив на губах Иваншова лёгкую улыбку, я погладила пальцем ямочку на его щеке.

Собрав всю смелость в кулак, я посмотрела в голубые глаза и прошептала:

— Не хочу, чтобы ты останавливался.

В первый миг Алессио распахнул глаза от удивления, а затем улыбнулся. Его ладони всё выше и выше подымали мою сорочку, но мужчина не спешил её снять. Вместо этого он посмотрел мне в глаза, спрашивая разрешения.

То, насколько милым, нежным и внимательным был Иваншов, казалось мне таким трогательным. И стоило кивнуть — русский больше не медлил. В мгновение ока одежда полетела на пол.

Прохладный воздух коснулся моей обнажённой кожи, отчего я задрожала под пристальным взглядом главы мафии.

— Блять, какая же ты красивая, — тихо проронил он, шагнув ближе.

Положив ладонь мне на спину, Алессио коснулся пальцами застёжки бюстгальтера. Его руки дрожали. Мне было непривычно видеть его таким взволнованным.

Медленно расстегнув бюстгальтер, он неспешно опустил вниз по плечам лямки, позволяя ему упасть на пол у наших ног. Я попыталась прикрыться.

— Нет. Не прячься от меня, — мягко возразил Иваншов.

Алессио аккуратно убрал мои руки. Сердце замерло. Преодолевая волнение, я с трудом сглотнула вставший в горле ком.

Увидев, с каким удовольствием он смотрит на моё обнажённое тело — неуверенность отступила. Я почувствовала себя желанной и красивой.

Наклонившись, Алессио вновь поцеловал меня. Собственнически и одновременно нежно. Не прерывая поцелуя, он медленно подтолкнул меня к кровати — и вскоре мои ноги уже коснулись матраса. Иваншов отстранился, сжимая пальцами мои бёдра.

— Ложись, — голос мужчины был хриплым от страсти.

В одних чёрных трусиках, я оказалась посреди большой кровати.

Алессио смотрел на меня сверху вниз. В его глазах горела похоть.

Я знала, что такое похоть. Потому что семь лет смотрела в затуманенные похотью глаза мужчины, решившего, что может владеть мной. Уничтожить меня как личность. Сделать из меня свою шлюху.

Альберто хотел, чтобы я, — мои тело, разум и душа, — принадлежали ему.

Но взгляд Алессио другой. Я видела в нём не только похоть, но и нежность. Обнимая, Иваншов смотрел на меня с теплом. Так, словно я была его вселенной. Словно весь его мир сосредоточился на мне одной — и никого, среди множества других, он просто не видит.

И его глаза говорили намного больше, нежели слова.

Алессио заботился обо мне. Для него я не была игрушкой или вещью. Не была шлюхой. Для него я — драгоценность; что-то, что нужно любить и беречь.

И я, выгравировав этот момент в своём сердце, наслаждалась им. Каждым взглядом. Прикосновением. Тихой фразой, соскользнувшей с мужских губ. Моё сердце болело — но от переполнявшего его счастья.

Не отводя от меня взгляда, Иваншов быстро стянул с себя спортивные брюки и боксёры, оставшись совершенно обнажённым.

Он был возбуждён.

Смутившись, я прикрыла веки, чувствуя, как покраснели мои щёки. Алессио усмехнулся. А затем рядом прогнулся матрас. Иваншов коснулся пальцами моего подбородка.

— Так мило, — прошептал он, прежде чем вновь поцеловать.

Алессио потянул меня к себе, так чтобы я оказалась лицом к нему.

Не отстранившись от моих губ, он провёл ладонями вверх по моему телу, замерев, коснувшись груди. Мои соски затвердели, умоляя о ласке. Я хотела его. Я жаждала Алессио так же сильно, как и он меня.

Моё тело отзывалось на каждое прикосновение, когда он очертил пальцем линию вверх по моей груди и соску.

Я застонала ему в губы. Алессио, сменяя поцелуи лёгкими укусами, поднялся вверх от челюсти к моему уху. Он сводил меня с ума. В тишине комнаты прозвучал мой стон.

Нетерпеливо заёрзав, я запрокинула голову, открывая Алессио доступ к шее. И русский этим воспользовался: касаясь зубами кожи, он чуть спустился вниз, и, стоило ему задеть чувствительную точку — я ахнула.