Дракон в мантии (СИ) - Беккер София - Страница 5

— Не работает, — разочарованно протянула я. Сельма покачала головой и нажала сама. Передо мной возникла тарелка с едой.

Т-э-экс, видимо, моя антимагичность не позволяет мне контактировать ни с чем магическим, от слова вообще.

— Вам чай или что-то пободрее? — уточнила магичка.

— Чай, — вздохнула я, и дымящаяся чашечка материализовалась у моей руки.

Ну-с, попробуем. А ничего так, вкусно. Сэндвич, кстати, был вполне земным, с каким-то пряным мясом, а чай… здорово напоминал пуэр. Не поклонница, но с голодухи пить можно.

— Сельма, а можно пару вопросов?

— Да, заорра, спрашивайте, — кивнула Валери.

— Тогда три. Первый, что означает заорра?

— Заорр или заорра — это вежливое обращение, — краешком губ улыбнулась начальница стражи.

— Спасибо… заорра. Еще вопрос: зачем вам деньги? Разве в мире магии они имеют какую-то ценность?

— Видите ли, заорра Зотс… все не так просто. — Сельма отставила чашку. — Не все можно получить магией и не во все процессы вмешаться. Магия не может сотворить живое из неживого, а значит, еда выращивается естественным путем. Да, магия дает удобрения полям и защиту от болезней скоту, но мы не можем заставить поля плодоносить каждый день, у каждого цикла есть предел, расширить который нельзя. Мы можем заставить клетки делиться с невероятной скоростью, но это потребует невероятного же количества энергии и чревато… мутациями. Делятся-то ВСЕ клетки, включая патогенные. Магия не может получить что-то из ничего, то есть нам нужны и металл, и дерево и, ткани. Да, что-то можно сотворить из воздуха, используя молекулы газов, но для чего-то существенного потребуются неимоверные энергетические затраты. Проще трансформировать в золото свинец, чем синтезировать его. Понимаете, ВСЕГДА есть процессы, которые мы можем улучшить магией, но не заменить. А деньги это общепринятая ценность, которой можно расплатиться и за хлеб, и за магию. Без них можно, но с ними проще.

— Хм… а я думала маги всемогущи.

Сельма снова изобразила вежливую улыбку.

— И каков последний вопрос?

— Заорра Валери, мне нужна работа. Судя по всему, я застряла у вас надолго, — я развела руками. — И мне не на что даже поесть. Да я уже вам должна за бутерброд. Так что…

— Работа у вас будет, уж это я могу обещать твердо. — Сельма мечтательно подвела глаза. — При любом раскладе она принесет вам почет и весьма достойный заработок. Поэтому считайте, что этим бутербродом я купила ваше расположение. — Магичка была серьезна, но в медовых глазах плясали озорные черти. А знаете, пожалуй, мы все-таки подружимся.

В складках мантии магички что-то завибрировало, она извинилась и достала… пудреницу. Щелкнула крышечка, глаза Сельмы забегали как при чтении текста. Местный аналог мобильного, поняла я. Смска пришла. Или сообщение в мессенджер.

— Вы поели? — Сельма захлопнула пудреницу. Я кивнула. — Таурус сообщает, что выбил вам апартаменты в северной башне, и просит проводить вас туда. На сегодня экспериментов, пожалуй, хватит. Ваш артефакт передали для изучения Коллегии, а завтра уже продолжим с вами. Романика перестанет действовать через пару часов и может быть сильный откат. А новую дозу… лучше не стоит. Не будем нагружать психику.

Я пожала плечами — не стоит так не стоит. И поднялась с места.

— Сельма, то есть заорра Валери, а зачем витрина, если еда материализуется на столе? — Я с трудом поспевала за размашистым шагом своей спутницы.

— Как зачем? Чтобы люди видели, что еда настоящая, а не иллюзия. И ко мне можно обращаться на “ты”.

Я с умным видом кивнула спине магички и не стала развивать тему. Мало ли какие тут заморочки.

Выданные мне апартаменты оказались небольшими. Если сравнивать с остальными. А так, это была эдакая квартирка метров на 100, почти на самом верху одной из башен, какой именно, я пока не поняла, но панорамный вид на город прям у-у-ух.

Полюбовавшись пейзажем, я пошла изучать новое жилище. Впрочем, изучать особо было нечего. Огромная комната с письменным столом и пустыми книжными шкафами. Диван, два кресла, журнальный столик и коврик на полу. В полосочку. Все.

На кухне обнаружилось два стола: рабочий и обеденный с четырьмя стульями. И множество навесных шкафчиков и тумбочек. Тоже пустых. На рабочем столе лежала какая-то подозрительная плоская каменюка, а в одной из тумбочек обнаружился обитый железом шкаф с решетками. Даю зуб с самой дорогой пломбой, это что-то типа плиты и духовки. Знать бы еще, как этим пользоваться.

Из приятного — на обеденном столе нашелся графин с водой, кубок, чашка и накрытый клошем поднос с ужином: стейк, хлеб, овощной салат и неизвестная мне пюреобразная субстанция желто-зеленого цвета. По вкусу она напоминала картофель пополам с кукурузой.

В ванной обнаружилась мелкая мозаичная плитка, весьма напоминающая древнеримскую, и мини-бассейн прямо в полу. Как воду набирать, как мыться — непонятно. Рядом в стену была вмонтирована раковина какого-то моллюска. Над ней имелась изогнутая металлическая трубка без ручек, зеркало и полочки. На последних порошок, зубная щетка, кажется, мыло и еще несколько неизведанных скляночек.

Полотенце, пижама и шелковый халат висели тут же.

Я подставила под трубку руку, искренне надеясь, что там стоит банальный датчик движения, а не магический опознаватель. Из трубки потекла теплая водичка. Умыться хватит. Разделась и с сомнение зашла в бассейн. Со дна тут же начала просачиваться вода, быстро заполняя собой углубление. От неожиданности я оперлась на пол рукой и надавила на декоративную рыбку. Сверху полилась вода. А вот и душ нашелся. Шампунь, видать, в одной из непознанных склянок. Главное, не перепутать с кремом для депиляции.

Огромная двуспальная кровать была застелена бархатным парчовым одеялом. Над тумбочкой плавал тусклый шарик. Видимо, это был какой-то местный светильник. Только мне его в жизни не включить. Лучше б свечки и спички дали, ей-богу. На тумбочке стояла очередная склянка. К ней была привязана бумажка с надписью корявым почерком: “Выпей меня”. Я выпила и провалилась в сон.

Разбудила меня Сельма. Она принесла мне сменную одежду и благую весть — стражники нашли мой рюкзак.

— Странно, — пробормотала я, путаясь в непривычных завязочках рубахи. — Я его вроде в доме оставила, а не в сарае. Почему он притянулся?

— Скорее всего, по подобию, как ваш личный предмет, — пожала плечами магичка. — Стоит уточнить в Коллегии.

Эх, знала бы, что все так случится, набила б рюкзак нужными любому попаданцу вещами. Ну там книгой “Сделай сам” и пособием по выживанию. На худой конец, ИРП штук так двадцать. И никуда бы не поехала. Не везет мне в попаданстве, как Осе Бендеру со стульями.

— А больше ничего не нашли? Там в сарае была куча вещей!

— Нет. — Валери покачала головой. — Только прогнившие доски и штукатурка. Да и то, скорее заодно, как предметы, бывшие с вами в контакте.

Как только я наскоро перекусила, Сельма потащила меня знакомиться с расширенным составом по-моему изучению. Магом-теоретиком Фернаном Крави и техномагом Рашихом Варди. Крави мне понравился — эдакий добродушный толстяк в возрасте, повернутый на любимом деле. А вот Варди… мутный тип. Знаете, есть такие ученые-дельцы, которые в первую очередь прикидывают, за сколько можно это научное открытие продать облагодетельствованному человечеству. Не то чтобы я считаю, что ученые должны жить впроголодь, просто… просто неприятно, когда на тебя смотрят и мысленно подсчитывают барыши.

— Удивительное изобретение! Чистая физика и никакой магии. — Больше всего магов восхитил мой термос. Техномаг почтительно вертел в руках колбу и посматривал на теплый чай, вылитый в чашку. — Как он работает, заорра?

— Да все просто, — пожала плечами я. — Два сосуда, посредине вакуум. Вакуум тепло не проводит, и горячее остается горячим, а холодное — холодным.

— Навсегда? — уточнила Сельма.

— Ну … теоретически да. По факту — нет. Мы же все равно открываем и закрываем крышку, плюс изолированность неполная и тепло теряется…