Кошмар фейри (ЛП) - Уилсон Сара - Страница 18

— Оно будет, — сказала я, ощущая, как дрожат луки от подавленного раздражения. — И мне нужна твоя помощь. Я не могу сама, и мне не к кому обратиться. Прошу, мама. Прошу, помоги мне.

Она прикусила губу.

— Я попробую.

— Я знаю убежище, куда ты можешь увести их, но это должно оставаться тайной. Его нужно уберечь. Никому не говори, пока не приведешь их туда. Понимаешь? — я быстро объяснила, как попасть к крытой телеге, которая приведет их к Путникам. Она кивала, словно уже знала об этом. Может, знала. Старшие женщины деревни хранили тайны.

— Я попытаюсь, Элли, — уверила она меня. — Я горжусь твоей решимостью, дочь.

Я обняла ее, подавляя кипучую энергию, чтобы насладиться этим мигом.

— Я тоже тебя люблю.

Используй это как топливо, Элли. Все недовольство. Все отчаянное желание преуспеть. Пусть это питает тебя.

Я больше ничего не могла сделать для них. Мне пришлось доверить маме детей деревни. И выполнить свою роль.

Потому теперь я стояла на краю каменного круга, клетка и рукоять топора были привязаны к поясу, на мне была одежда из Фейвальда, моя сумка и лук висели на спине, и ржавый меч я сжала обеими руками.

Птица свистела в соснах на краю горной равнины, одинокая песнь разлеталась над заснеженной поляной. Фениксы вылетели из этого круга. Что с ними случилось?

— Что мы делаем, Смертная? — спросила Валот.

— Пытаюсь войти в твой мир, — мрачно сказала я. — Я предлагаю тебе последний шанс сделки за твою свободу.

— Не принимаю.

— Ладно.

Я закрыла глаза, сняла повязку, глубоко вдохнула, думая о Дворе Кубков, где были спрятаны смертные дети, и взмахнула мечом.

Я открыла глаза и увидела брешь в воздухе в центре круга — словно прореха в ткани с потрепанными краями. Я шагнула вперед, сжала край бреши и порвала сильнее, Фейвальд стал ярче, его краски были насыщеннее, чем все, что угодно, в мире смертных. Я чуть не вздохнула от облегчения, увидев его снова. Это было безумием. Это был не мой дом.

Высокие кедры Двора Кубков поднялись передо мной.

Я прыгнула в прореху, чтобы не упустить шанс, приземлилась в Фейвальде, сердце билось на скорости тысячи ударов в минуту, дыхание участилось от этого.

Успокойся, Элли. Думай!

Воспоминания о Скувреле мелькали в голове, и я на миг задержала дыхание и пришла в себя. Я была тут ради детей, а не для поисков мужа. Но в груди тянуло, словно веревка была привязана к нему, и мне хотелось пойти за ней туда, где он был.

Я покачала головой, сунула ржавый меч за пояс — хорошо, что он не был острым! — и вытащила рукоять топора, взмахнула ею, чтобы зажечь. Я наделась, что она сделает меня невидимой в Фейвальде, как обещали Путники, или у меня будут серьезные проблемы.

— Мы тут! — поразилась Валот. — На самом деле!

— Если не хочешь утонуть в вине, как делали со мной, молчи. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что я тут.

Я сглотнула, посмотрела на Двор с кедрами передо мной. Я уже была тут раз, знала, что дети были тут, но одним делом было думать о спасении, другим — быть тут и гадать, с чего начать два разных задания. Какое окно надо мной приведет к спящим малышам? И если я проберусь туда, невидимая, смогу ли я уговорить их пойти за мной, вернуться в свой мир?

Холодный пот выступил на лбу, но я кашлянула, расправила плечи и подняла высоко голову. Я была Элли Хантер. То, что я не знала, где была, меня не остановит.

С решимостью, рожденной из недель раздражения и гнева, я пошла по лабиринту камней и мха ко Двору, полному кедров. Я гадала — спину покалывало от этого — была ли Хуланна тут, несмотря на предупреждение Скувреля.

Глава девятнадцатая

Путь к главным вратам занял больше времени, чем я думала, но, когда я пришла, я замерла, потрясенная тем, что видела. Когда я в прошлый раз была тут, у ворот были стражи, Двор кипел жизнью. В этот раз был пусто. Красный платок летал по улице, его подхватывал ветер. Окна были открыты, шторы развевались. Ничто не горело и не было сломано. Было просто пусто.

Я пошла по главной улице, глядя по сторонам. Это не было уловкой, они не могли меня видеть. Тут просто никого не было. Я двигалась медленно, поднималась к Главному залу, где была в плену до этого, в тронном зале. Там был тонкий слой пыли, словно тут никого не было больше недели. Тут даже не работали големы. В прошлый раз они были всюду, они трудились, терли, служили, похищали детей. Где они были теперь?

Я прошла к возвышению у трона и написала на пыли перед ним:

«Хуланна. Найди меня. Элли».

Если она сюда вернется, это должно ее удивить.

Я прошла к окну и посмотрела на город в кедрах. Все казалось пустым.

Вдали я услышала стук.

Еще стук.

Я подняла факел выше над головой, пошла по коридорам на звук. Я поспешила по длинному извивающемуся коридору к краю городской стены. Окна бросали яркий свет через яркие промежутки.

Бам.

Я осторожно открыла ближайшую дверь, медленно двигала ее, а потом скользнула внутрь, высоко держа факел. Лучше бы это сработало! Лучше бы я была невидимой!

Дверь вела на изогнутый балкон с видом на галерею внизу. Она была украшена каплями позолоты на краях колонн и балкона, на стене были нарисованы сцены со светлым народцем и смертными, бьющимися большими армиями. На мраморном полу спали, плакали, ели и даже играли смертные дети. Один из них бросал мяч в стену.

Бам. Это я слышала! Я нашла их!

На балконе стоял и смотрел на детей мой муж.

Я охнула.

О, нет.

Он повернул голову, и я закрыла ладонью рот.

Тихо, Элли! Тихо! Даже не дыши!

— Что-то тебя беспокоит, Валет? — голос Равновесия донесся из другого конца галереи. — Или тебе так не нравится следить за детьми так, что ты вообще не обращаешь на них внимания? Я предупреждаю, если не сохранишь их, пока меня нет, я заберу у тебя другое ухо.

— На помощь! — заорала Валот, и я дернулась, отпрянула за дверь и в коридор. — Помогите!

Я отчаянно побежала к окну, возясь с клеткой.

Я была с ней у подоконника, когда Скуврель выбежал за дверь, посмотрел по сторонам. Она не должна была так делать. Не должна была так меня выдавать!

— Валет! — закричала она.

Он сделал шаг ко мне. Ему оставалось пройти еще шаг.

Я открыла дверцу клетки и толкнула ее из окна, тряхнула, и Валот вылетела оттуда в кусты внизу с криком.

Скуврель сделал еще шаг к окну, и я бросилась в сторону, клетка звякнула об стену. Мое сердце билось в горле. Я сделала еще два тихих шага от него, закрыла дверцу клетки, пока он выглядывал из окна на то, что издавало звуки.

Он работал на Равновесие, сторожил детей. Предательство было кислым во рту. Я прошла к двери балкона, добралась до перил.

В галерее было не меньше двадцати детей. Так много.

На другой стороне галерее Равновесие склонялся со своего балкона, смотрел на этот, словно пытался понять, что случилось со Скуврелем.

— Валет? — позвал он.

Я прикусила губу. Я должна быть быстрой. Я осторожно добавила клетку в руку с факелом и вытащила меч.

Скуврель прошел на балкон с грацией уличного кота, его глаза блестели тайнами. Что он видел? Что он знал?

Он прошел рядом со мной. Я застыла. Боялась двигаться.