Цель оправдывает средства. Том третий (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 57

Договорить он не успел. Конечно, если что-то хотел добавить к своей речи.

Некоторое время ничего не происходило, просто дефлекторные поля станции в момент контакта расцвели радужными переливами. Нос корабля проломил обшивку станции, в последний момент ускорившись и проламывая конструкцию своей массой.

Строили это чудо оборонительной мысли явно на совесть.

Потому как, несмотря на таран, она не сдетонировала сразу же, а продолжала разламываться на части. В отличие от «Венатора», которого поразили взрывы с носа и до кормы.

Дыра в обшивке станции становилась все больше. Уже замолчала почти половина батарей. Хельниор представил, как жестокое термоядерное пламя взрывной и ударной волн на корабле находит выход в недра «Голана», выжигает переборку за переборкой. Металл деформируется, нагревается, краснеет, потом становится оранжевым… Желтым… Белым… Испаряется. Потом внутри отсека все сгорает, а детонирующий искореженный корпус, словно гигантский лазерный меч, втыкается в следующую переборку.

Несколько лет назад Хельниора бы передернуло от отвращения, когда он представил, что творится с теми, кому не повезло быть внутри.

— Когда платформа перестанет стрелять, — произнес он, обращаясь к мандалорскому капитану «Молота войны», — пошлите туда спасательные челноки. Пусть соберут выживших с корабля. Всех, кто выжил на станции — в кандалы и в трюм.

— Даже «куколок»? — удивилась Морн.

— Нет, — покачал головой Хельниор. — Этих сразу в расход.

После того как «Голан» выбыла из строя, уничтоженная и деформированная на две трети, лишенная энергии для питания орудий и дефлекторных щитов, дела мандалорцев пошли веселее.

Взорвался, превратившись в огненный шар, «Хищник».

Вслед за ним удачными торпедным залпом удалось лишить управления еще пару «Венаторов», сравняв с верхней палубой их надстройки. Добрый десяток кораблей с обеих сторон просто потерял возможность к продолжению сражения, избив друг друга до состояния металлолома.

С начала сражения прошло чуть больше двух часов.

Флот вторжения располагал как минимум десятью звездными разрушителями, способными продолжать сражение. Противник же подобным богатством похвастаться мог разве что во сне.

Шесть его «Венаторов» стремительно пытались разорвать огневой контакт и выбраться за пределы действия гравитации планеты — хотели либо сбежать, либо отойти к другим платформам, откуда их бы пришлось выковыривать с боем.

Но на их пути встал «Молот войны». Он вызывал огонь на себя, позволяя остальным кораблям зайти к противнику с тыла. Покалеченные звездные разрушители уже занимались обстрелом наземных объектов и высадкой десанта на поверхность.

Сейчас два из шести разрушителей «первачей» с одной стороны и флагман Мандалорского флота с другой обменивались артиллерийским огнем и торпедами — с одинаковой яростью. Дефлекторные щиты трещали по швам. Некоторое время они продержались, потом торжественно испустили дух. На их восстановление не было ни времени, ни энергии. Теперь корабли прикрывала только бронированная обшивка. Волей слепого случая, некоторые выстрелы мандалорцев пришлись по турболазерным батареям, некоторым повезло заткнуть торпедные шахты. Те, кто не был настолько удачлив, просто ощипывали крейсера, стараясь добраться до внутренностей.

Наилучшая стратегия — ударить и не получить сдачи — не менялась с тех пор, как появилась на свет. Хорошая мысль, если общаешься с кем-нибудь размером поменьше звездного разрушителя или тяжелого крейсера.

По сигналу Хельниора, «Молот войны», развернулся носовыми орудиями к планете, оказавшись при этом правым бортом к своим противникам. Уже потерявший дефлектор флагман держал залпы противника только благодаря особой прочности своих броневых плит.

Тем временем, в обход имперцев пошли «Крестоносцы». Особого вреда разрушителям они нанести не могли, зато отвлекали внимание. И выкашивали, словно комбайн в погожий день засеянные поля, истребители противника. «Гадюки», что было очевидно с самого начала, пусть и уступали «Нимбам» по маневренности, но в части огневой мощи превосходили их на голову. А потому, сколько бы МЛА у врага не оставалось — их число постоянно снижалось.

Бывшие республиканские корабли раскрыли створы летных палуб, щедро высыпав в пространство десантные боты и истребители сопровождения. Хельниор не был подвержен иллюзиям и не считал Телос IV мирным гражданским городом. Он знал об огромных наземных силах. Об их вооружении и готовности сдохнуть всем до единого, но не отступить.

Но также знал и о том, что на бортах измочаленных вражеских кораблей находятся пленники. Не клоны — те никогда не станут послушными рабами, их только в утиль. А вот офицеры… Да, для них найдется работа в Мандалорском секторе — бескар сам себя из недр планет не достанет. Города сами не отстроятся. А чем больше росла армия, тем меньше желающих было трудиться на планетах. Следовало качественно изменить сей подход.

Особенно, в том ключе, что гранд-адмирал Зиндж с разрешения Императора отвел на Датомир корабли Имперского флота. И всех «небовиков». Не особо вдаваясь в подробности. Происходящее можно было понять и из контекста — Империя готовилась к чему-то крупному севернее Хайдианского пути. И стягивала свои ресурсы на собственные базы. Ну, в самом деле — зачем мандалорцам флот союзников, если они разжились собственным. Или Император прознал о том, что Шей смогла наладить работу парочки собственных верфей? Если да, то от кого? Вряд ли Доугану кто-то из мандалорцев это сказал. Значит… Танн, Морн или эта мелкая поблядушка Сарисс. В своей женщине он был уверен. Оставались новоприбывшие.

Селеста подошла к тактической консоли и, бросив взгляд на едва отстреливающиеся разрушители противника, набрала на встроенной клавиатуре несколько команд. Перед Хельниором появилось голографическая схема каждого из кораблей. Почти все отсеки вражеских звездных разрушителей были отмечены красным цветом, включая мостики.

Генерал активировал комлинк:

— Даарк, — премьер-министр командовал объединенными десантными силами и сейчас находился на борту одного из «Аквитенсов», занимающихся прикрытием высадки.

— В чем дело? — резко отозвался мандалорец. Затем, очевидно, сообразив, что разговаривает не с простым смертным, его голос потеплел. — Чем могу быть полезен, генерал?

— Я прекращаю обстрел этой шестерки «Венаторов», — раскрыл свой замысел Хельниор. Берите их на абордаж. Если можно спасти корабли, желательно получить их без больших жертв, — полукровка посмотрел на Морн. Та жестом указывала ему на терминал связи, на котором моргал индикатор входящей передачи. — Конец связи, Калеб.

Активировав консоль, он увидел перед собой скуластое лицо военного со знаками различия командира звездного разрушителя.

— Я — капитан…

— Мне насрать, — признался Хельниор. — Чего тебе надо?

— Я последний из командиров отряда разрушителей, с которым вы сейчас ведете перестрелку, — пояснил мужчина. — У меня самый высокий чин из всех оставшихся офицеров на кораблях Первой Галактической Империи. У меня есть условия нашей капитуляции…

— Да? — без интереса произнес Хельниор. — И кто тебя слушать будет?

Мужчина несколько секунд молча моргал, словно пытался до конца осознать тот факт, что все пошло не по его плану.

— В таком случае… Я сдаю вам свои корабли, пять оставшихся станций и безоговорочно капитулирую.

— Сразу бы так, — хмыкнул Хельниор. — Пусть твои люди готовятся принять мои призовые команды. Причините вред хотя бы кому-то — я испарю вас быстрее, чем вы успеете удивиться.

— Я это понимаю, — кивнул капитан. — И гарантирую, что проблем не будет.

— И с вашими клонами тоже, что ли? — уточнил Хельниор.

— Они все на планете.

— Прикажи им сдаться тоже.

— При всем уважении, я — флотский офицер. Меня они не послушают.

— Ясно все с тобой, — махнул рукой Хельниор. — Жди гостей.

На этом разговор окончился. Сражение завершено — большая его часть. Теперь — предстояла наземная высадка.