Настя (СИ) - Алексеев Александр - Страница 45

— Ну, хорошо, — бросая конверт в ящик стола, говорит, судя по медалям на висящем костюме, дважды Сталинский Лауреат. — К Новому Году жду сценарий…

Ресторан. Гуляем. Пока Андрей с Вией танцевали, ко мне подсел молодой датый парень с медалью Героя на выцветшей гимнастёрке и рассказал про свою беду. Он на партсобрании в автопарке пожаловался, что начальство бензин и масло списывает налево, а его уволили по статье «за отсутствие на рабочем месте».

— Меня завгар сам попросил клиента перед автопарком подождать. А клиент не пришёл. Я на полтора часа опоздал… Куда мне теперь? Из общежития выселяют… Вот горе заливаю. Сейчас допью и пойду завгару морду бить. Хотел вчера — не вышло… Убью гада.

— Он милицию вызовет и тебя там усмирят до потери памяти… — пытаюсь образумить я горячего парня.

— А я и легавых отметелю, — не унимается правдолюбец.

Тут я вспоминаю, что Маслов говорил про новый автобус на базе ГАЗ-51, который пригонят с завода на этой неделе.

— Как тебя? Алексей? Кореляков? Ну, вот Алексей Кореляков. В Горьком футбольной команде нужен водитель на новый автобус. Общежитие дадут. Ты как? Вот и хорошо. Сейчас сходим на телефонную станцию и я тебе адрес напишу… Лады?

Вмиг протрезвевший Герой жмёт мне руку и лепечет:

— Да я… Да ты… — потом обнимает и добавляет, — В долгу я теперь… А какой автобус? Я на «Студебеккере» могу…

На жэдэ вокзале покупаю газеты. Завтра на тренировку днём. Нужно подготовиться к политинформации. Открываю прессу. Про Ригу ни гу-гу. Соседи по купе вспоминают про войну, про освобождение Германии. Цепляет фраза одного: «Конев, в отличие от Жукова, щадит солдат и города.» В перестройку это выражение станет аксиомой. Мол были настоящие полководцы, и были те, кто заваливал трупами. Только вот про Конева в начале войны почему-то не вспоминают. Как наши войска под Вязьмой попали в полумиллионный «котёл», а Конева, проспавшего наступление немцев, тогда от расстрела спас Жуков… А Москву тогда спасли батальоны курсантов, милиционеров, ополченцев типа того в котором прибыла на фронт Аня Афанасьева. Эти люди и прибывшие из Сибири дивизии тогда остановили фашистскую махину на самых подступах к столице. Своим подвигом они прикрыли преступную халатность наших генералов и маршалов о которой и в прессе и в мемуарах будет упомянуто вскользь или вовсе не скажут ничего… Как и сейчас про катастрофу парохода «Маяковский»…

Открываю газеты. Отмечаю пару абзацев пропагандисткой лабуды в передовицах. Без этого вступления парторг клуба окрысится и съёст с потрохами… Так, дальше…

С 28 июня по 4 июля состоится сессия Академии Наук СССР. в октябре состоится 19 съезд партии, установлены даты Московского Фестиваля молодёжи и студентов (5-19 августа 1951 года), будет образован Национальный Олимпийский комитет. Про боевые действия в Корее — молчок. Видать, не чем хвалится. Идёт перечисление стран пославших свои части на «освобождение» Кореи: США, Австралия, Бельгия, Великобритания, Греция, Канада, Колумбия, Люксембург, Нидерланды, Новая Зеландия, Таиланд, Турция, Филиппины, Франция, Эфиопия, Южно-Африканский Союз.

Да, список не меньше, чем перед фашистским вторжением в СССР. А ведь такую армаду нужно кормить. Им нужно деньги платить. Долго их без дела держать не будут…

Изучаю таблицу Первенства после 15-го тура: Зенит — 20 очков, у Динамо Тбилиси, московского Локо и куйбышевских Крыльев — по 18. У нас осталось — 15. Отстаём… А теневые лидеры у нас — ЦДКА. Приедут и встанут на законное первое… В списке бомбардиров без изменений: Коротков -12, Жаров — 10, Симонян, Бесков, Гогоберидзе, Шувалов, Чучелов, Трофимов, Гулевский — по 7 мячей.

Откладываю газеты и прислушиваюсь к разговору соседей… С политики перешли на женщин. Вспоминаю, как приятель в девяностые рассказывал про своего тридцатилетнего сына:

— Нагулялся и привёл невесту в дом знакомиться. А та вся из себя такая по-европейски продвинутая. Супруга разговорила её… Работать после свадьбы не хочет, детей не хочет, готовить будет прислуга, а она по магазинам прошвырнётся и будет мужа с работы ждать. Сынок послушал-послушал да и послал её лесом… «Простипомы» дешевле обойдутся…

Разговор сворачивает на ассортимент магазинов. Один из соседей руководитель артели игрушек:

— У нас ведь как на госфабриках? Как дадут число лошадок, машинок — так весь год их и делают по бумаге… А у нас не так… Машинки хорошо пошли, а лошадки — встали, допустим… Так мы лошадки не выпускаем, машинки гоним… Их влёт с прилавков сметают, а госфабрика весь год лошадки на склад хреначит, не думая, что они там годами будут пылиться… Сплошные убытки…

— А кто их кроме артельщиков сейчас считает? Страна всё спишет, — отвечает другой сосед, — Давай лучше про нашу сборную… Я как узнал, что Чепчика не взяли в Бразилию, так чуть газету не разорвал на толчке… Люблю там, знаете ли… Так вот… Трофимов — он же, как Бобров. Палочка-выручалочка. Наши то, как туда приедут… Ром, карнавал, а на утро голова болит… Это мне один морячок рассказывал про Бразилию. У них там снега не бывает и вся жизнь — праздник!

Я, засыпая, вспомнил прекрасную песню, которая лет через десять станет визитной карточкой Бразилии… https://youtu.be/E2qiW4hBhdo

Глава 10

«Положение сейчас таково: либо мы подготавливаем наши кадры на основе науки, либо погибаем…Без теории нам смерть, смерть, смерть.»

И.В. Сталин.

«Товарищ Сталин, Вы — большой учёный. В языкознаньи знаете Вы толк…».

Слова песни из репертуара Владимира Высоцкого.

Как ветер, ты забрал всё и исчез. Каждый день я скучаю по тебе. День за днём из-за этих мыслей слёзы вновь текут. Пожалуйста, скажи, что ты вернёшься. И наша любовь будет вечна.

Перевод отрывка из песни «Day bay day» корейской группы «T-ara».

20 июня 1950 года.

ЖЕСТЬ. Именно так можно назвать эту политинформацию. Парторг клуба чуть ли не пинками загнал всех в Ленинскую комнату. Даже дублёров. Ему нужно отчитаться наверх, что все обсудили статью Иосифа Виссарионовича Сталина в газете «Правда». Я читаю статью вслух уже полчаса. Аж дурно становится с непривычки. Парторг, как Цербер, ходит по комнате, не давая никому уснуть. Несмотря на бред происходящего, статья в целом достаточно интересная. Вряд ли у нашей страны в прошлом (да и будущем) найдутся первые руководители (ну, кроме Ленина, конечно) кто разбирался бы в философских вопросах на профессиональном уровне. Сталин разбирается. Однозначно, как сказал бы господин Жириновский…

Главы начинаются с вопросов-ответов Сталина: 1. Верно ли, что язык есть настройка над базисом? — Нет, неверно. 2. Верно ли, что язык был всегда и остаётся классовым… — Нет, неверно. 3. Какие характерные признаки языка? — Язык относится к числу общественных явлений, действующих всё время существования общества. 4. Правильно ли поступила «Правда» открыв свободную дискуссию по вопросам языкознания? — Правильно поступила.

Далее в главах шли развёрнутые ответы на поставленные вопросы. Из них я сделал три вывода… Первое, товарищ Сталин развенчал понятие о классовой природе языка. С точки зрения 21-го века не всё в логике вождя гладко, но в целом понятно, что политизация языкознания не есть хорошо. (Эдак, скоро и по товарищу Лысенко дискуссию проведём). Второе, товарищ Сталин сделал заброс в СМИ о необходимости дискуссий в обществе без страха быть репрессированным и наказанным.

Именно это стало одной из отличительных черт «шестидесятников» — дискуссии всесоюзного масштаба: споры «физиков» с «лириками», обсуждение рок-н-ролла («Битлз» в частности), «лейтенантская» военная и «лагерная» проза, литературные «баттлы» великих поэтов. Всё это привело к рождению «самиздата» и бардовской песни, которые стали составными частями нашего общества. Шестидесятники, по моему, в основном были сторонниками развития социализма, хотя и имели в своих рядах антисоветчиков типа Солженицына.