Дети драконов (СИ) - Кочешкова Е. А. "Golde" - Страница 44

Забыв про все правила этикета, Шуна сидела, подперев лицо обеими руками и смотрела куда-то вдаль. Айна могла бы поклясться, что в зеленых глазах степной девчонки отражаются синие морские волны, паруса и соленые брызги на бортах стремительного корабля.

Из всех, присутствующих в этой комнате, именно Шуна была тем человеком, чье сердце рвалось на юг сильнее всего. Еда на ее тарелке осталась совершенно нетронутой, когда она вдруг встала и, быстро простившись, покинула Малую столовую.

4

С тех пор, как Фарр и Лиан оставили дворец, а Шуна стала просыпаться по ночам от кошмаров, Айна решила, что не стоит оставлять подругу наедине с ее дурными снами и страхами. Они спали в обнимку, как две кошки в корзине, защищая друг друга от одиночества, печалей и тревог.

Но в этот вечер, вернувшись из столовой Айна не застала Шуну в Королевских покоях. Тревожиться из-за этого она не стала – мало ли какие дела могут у степной девчонки? Чтобы не скучать, сама она занялась вышивкой на детской рубашонке: Айне по-прежнему доставляли радость эти простые действия руками, когда не нужно думать ни о чем серьезном, только следить за шириной стежка да вовремя менять нитку в иголке. Но время шло... Вот уже вечерние крики стрижей сменились тихим стрекотом сверчков и шелестом крыльев летучих мышей в густых сумерках, а Шуна все не возвращалась.

«Ну не могла же она в самом-то деле сбежать», – удрученно подумала Айна. И тут же осознала, что ей нужно немедленно удостовериться в своей правоте. Проще всего было бы послать служанку в покои «госпожи Шуны», но, если подруга действительно задумала покинуть дворец, служанка это едва ли сумеет понять.

Ей следовало самой наведаться в комнату, которую степная девчонка делила с Лианом.

«Слишком много беспокойных мыслей для одного вечера, – укоряла себя Айна, шагая туда. – Не дело это, когда всюду мерещатся проблемы... Этак мне скоро самой придется пить успокоительные отвары. Наверняка Шуна просто заглянула к себе да и уснула там невзначай. А я тут раскудахталась на ровном месте».

Она так хорошо себя успокоила, что уже и не ждала другого.

Но в покоях Шуны было темно и тихо. Только свет неполной луны разгонял темноту в пустой комнате.

Чувствуя себя до крайности глупо, Айна подошла к широкому сундуку, где хранились все вещи Шуны и, откинув крышку, попыталась понять, на месте ли ее дорожный костюм. Долго вглядываться не пришлось – рука сразу же натолкнулась на дорогую, отлично выделанную ткань охотничьей куртки, что лежала прямо сверху. Аккуратно сложенная и расправленная, словно кто-то доставал ее недавно, примерял и положил обратно, найдя вполне пригодной.

«Не следует мне тут находиться, – подумала Айна. – Это выглядит нелепо. Но... где же Шуна?»

Закрыв сундук, она вышла из чужих покоев и вновь направилась к своим собственным. Там, под дверями апартаментов, скучал один из стражей. Завидев принцессу он тут же принял очень серьезный вид – как будто и не зевал пару мгновений назад

– Стан, ты не видел сегодня вечером Шуну? – Айна решила пойти самым простым путем, но, увы, гвардеец лишь покачал головой.

– Нет, Ваше Высочество, не имел чести, – он выглядел весьма расстроенным невозможностью помочь. – Но вы можете спросить у своей служанки. Нет ничего во дворце, чего не знала бы прислуга...

– О да, – усмехнулась Айна. Она хорошо помнила жизнь с другой стороны Чертога. – Ты прав, конечно.

Спустя несколько минут расторопная служанка уже докладывала Айне, что госпожа Шуна изволит пребывать в покоях у мальчика, для которого сегодня кузнец Тойм привез доспехи. Эта грудастая темноволосая Хонна обычно имела привелегию угождать принцессе в минуты, когда та позволяла сие. Именно она помогала Айне с туалетами и прической, если Шуны не было рядом. Как оказалось, по части добычи информации Хонна тоже настоящий мастер.

– Хорошо, – сказала Айна, узнав, что нужно. – А теперь забудь, о чем я тебя спрашивала.

– Уже забыла, Ваше Высочество. Желаете ли переодеться ко сну?

– Нет. Я позову тебя, если будет нужно.

Недалеко от комнаты Вереска сидел прямо на полу его рыжий слуга. Он азартно играл в кости с каким-то молодым оруженосцем, которого Айна видела всего пару раз. Принцессу эти двое не заметили – так были увлечены игрой. А света, падающего от свечей, здесь было мало, только-только чтобы не налететь случайно на угол.

Айна беззвучно подошла к двери и уже взялась за изогнутую ручку в форме ветви, когда до нее отчетливо донеслись голоса из-за плохо прикрытой створки.

– ...да я тебе о том и говорю, пустая ты голова! Твоя сестричка-ведьма совсем стремена потеряла! Мы должны быть там, с ними, понимаешь?!

Ну, Вереск, может и не вполне понимал, в какую ловкушку вляпался, а вот Айна – очень даже. Вздохнув, она коротко стукнула в дверь и тут же вошла, хорошенько прикрыв ее за собой.

– Что у вас тут, демоны забери, происходит?

5

Она ожидала увидеть на их лицах испуг или раскаяние... но глаза Шуны отражали только огромную внутреннюю решимость, а Вереск... Вереск теперь даже отдаленно не походил на того сияющего мальчика, которого Айна видела за ужином. Его удивительные доспехи стояли у стены, а сам он – такой худенький и бледный больше обычного – сидел на краю кресла и выглядел совершенно измотанным, опустошенным и растерянным.

– Шуна... – Айна даже смотреть на нее могла с трудом, – ну что ты творишь, а?

– Не лезла бы ты не в свое дело, – угрюмо ответила ей подруга. – Никто тебя сюда не звал, иди и ложись спать. А я как-нибудь сама решу, что мне делать. Не маленькая уже.

– Зато он – маленький! – не выдержала Айна. Ей хотелось схватить Шуну за воротник и как следует тряхнуть, чтобы ум встал на место. – Он ребенок и калека! Куда ты собралась его тащить, дура?

– Я не ма’аленький... – тихо сказал Вереск, и, взглянув на него, Айна вдруг поняла, что он и правда совершенно серьезно считает себя взрослым. – А мои но’оги не помешают мне на корабле. Я справлюсь.

– Он справится, – подтвердила Шуна с такой уверенностью, будто всю жизнь только и делала, что таскалась с увечными. – Я ему помогу. А он поможет мне. Поможет найти Лиана.

– Как? – спросила Айна, чувствуя, что и сама теряет стремена.

– Я тоже у’умею приходить в сны. Немного... Фарр... Его Высочество меня научил. И я... я чувствую Иву. Все’егда. Я найду ее даже, если ослепну.

– Сезон ветров с северо-запада еще не начался, – попыталась Айна вставить последний умный аргумент. – Это будет слишком медленно.

Вереск улыбнулся. Ох, что это была за улыбка! Ничего подобного прежде Айна не замечала на его лице.

– Те’ечений будет достаточно.

– Шуна... это нелепо. Вы все равно можете разминуться... А вдруг они уже через пару дней повернут назад?!

– Сама-то веришь? – мрачно фыркнула Шуна. – Твой белогривый еще даже не сообщал о том, что они нашли мерзавку. А потом эти два барана обязательно полезут в развалины, будто б ты не знала... Сама говорила про какие-то редкие книжки и прочую колдовскую дрянь, на которую нормальные люди не позарятся. И сестричка его, – Шуна ткнула пальцем в Вереска, – уж точно не выразит желания возвращаться в вашу золоченую клетку! Даже я это понимаю... сама бы ни за что не вернулась...

Айна медленно села на край сундука. Она смотрела на железные «ноги» маленького мага – отблески свечей красиво отражались на полированной до блеска поверхности пластин.

– Но так ведь нельзя... – растерянно прошептала она. – Так... неправильно.

– Неправильно, когда какая-то мелкая злобная гадина крадет твоего мужчину! – Шуна даже не пыталась сдерживать свои чувства. Ей было все равно, что Вереск подумает об этом и каково ему слышать полные ненависти слова в адрес своей сестры. – Я не позволю этой дряни лезть в нашу жизнь, в нашу спальню, в наши сны! Я не отдам ей ни Лиана, ни своего счастья!

Вереск закусил губу так, что та побелела.