Корона мертвого короля (СИ) - Бердникова Татьяна Борисовна - Страница 33

Антон, все еще потрясенный, все еще изумленный, неловко кивнул и, оглянувшись на отца, смущенно улыбнулся. Потом робко протянул руку родственнику и осторожно опустил подбородок.

— Спасибо… дядюшка.

Глава 6

— Я хочу крови.

Аркано резко обернулся, в немом изумлении взирая на мрачного Мартына. Антон за спиной последнего ощутимо съежился.

— Терпи, — один только Фредо, как обычно, предпочел не изменять своему хладнокровию. Пират зарычал.

— Я не хочу терпеть! Я хочу впиться тебе в глотку, Фредо, разодрать ее и вдоволь нахлебаться твоей крови!

— Г-господин… — паренек сглотнул и, не зная, что делать, беспомощно посмотрел на главнокомандующего. Ехать рядом с возжелавшим крови пиратом ему было страшно.

— Молчи! — рявкнул Мартын, оглядываясь на слугу и, потянув носом воздух, вдруг прищурился, — Ты ранен?

Антон совсем перепугался. Бледнея, он прижал к себе правую руку и попытался, было, отодвинуться подальше, но вовремя сообразил, что подальше кончается лошадь.

— Я… я… я д-да, господин, е… еще там, когда н-ночевали… Это я… к-когда лошадей…

Мартын вновь потянул воздух расширившимися ноздрями и плотоядно облизнулся. Потом вдруг резко натянул поводья и, не обращая внимания на недовольное ржание мерина, приказал:

— Слезай. Поедешь с Аркано.

— Н-но, я… — паренек сам не знал, почему и зачем пытается остановить хозяина, и неуверенность эта явственно отражалась и в голосе.

— Слезай! — рыкнул пират, обхватывая себя руками и начиная дрожать, — Запах твоей крови сводит меня с ума, тебе опасно со мной ехать! Катись!

Антон кое-как, с видимым трудом, перекинул ногу через круп коня и, не удержавшись, кубарем полетел на землю. Потом вскочил, покосился на бледного, как мел, хозяина и испуганно бросился к Медведю. Тот протянул пареньку руку, помог взобраться на лошадь и тяжело вздохнул.

Фредо, изо всех сил стараясь поддерживать стойкое хладнокровие, аккуратно коснулся шенкелями боков Вихря — с этим конем всегда надо было быть предельно осторожным, ибо излишне сильное нажатие могло привести к тому, что ретивый жеребец сорвался бы в галоп. Впрочем, князь Финоры давно уже приноровился ездить на нем.

Путь возобновился.

Мартын тихо трясся на своем мерине, глядя то прямо перед собой, то в землю и не произнося ни единого слова. Со стороны он казался больным — кожа его была бледна, на лбу выступил мелкими бисеринками пот, а язык непрестанно облизывал губы. Иногда пират неловко касался им клыков, опасаясь почувствовать, что те заострились, однако, трясясь, как в лихорадке, не мог даже разобрать, произошло это или нет.

— Харчевня впереди, — негромко произнес предводитель отряда, не оглядываясь на спутников, — Время близится к обеду, возможно, стоит остановиться и перекусить.

— Мяса с кровью… — прорычал Мартын, вновь нарушая эфемерную иллюзию спокойствия.

Чернокнижник не повел и бровью.

— Как рука, Мартын?

Пират дернул головой и предпочел не отвечать. Рука у него не болела, а может быть, и болела — он уже не сознавал этого. Ему было плохо в принципе, в общем, ему казалось, что его тело сгорает на медленном огне, а коленные суставы как будто выворачивало наизнанку. Кроме того, неприятно ныли зубы, и болели ногти на руках и ногах.

— Фредо… — Аркано, нагнав молочного брата, быстро оглянулся на несчастного спутника, — Послушай, я не знаю, что…

— Он обращается быстрее, чем я думал, — тихо ответил молодой князь, и мужчина, заметив лихорадочный блеск его глаз, неожиданно понял, что он тоже взволнован, тоже напуган, просто старается это привычно утаивать.

Медведь помрачнел еще сильнее.

— Не надо заезжать в харчевню, — помедлив, произнес он, — Надо спешить к этой шаманке, Карине…

— Нет, — князь мотнул головой и, не объясняя, свернул к пресловутой харчевне. Главнокомандующий, ничего не понимая, со вздохом последовал за ним, мимолетно оглянувшись на Мартына. Голодный блеск в его глазах мужчине очень не понравился.

Подъехали молча, спешились и привязали коней у коновязи. Пират, потирая руки и скалясь, неловко ступая, начал подкрадываться к дверям харчевни.

Фредо уверенной рукой отодвинул его и, войдя первым, не обращая внимания на редких посетителей придорожной харчевни, направился прямо к стойке, за которой демонстративно протирал грязные стаканы хозяин. Он подошел, поманил его пальцем и, дождавшись, когда тот перегнется через стойку, сказал несколько слов ему на ухо.

Трактирщик вытаращил глаза.

— Да откуда ж у нас, господин? Мы ж не это… Мы ж совсем другое!

— Достань, — не терпящим возражений тоном приказал чернокнижник и пренебрежительно бросил на стойку несколько золотых монет. Трактирщик воровато огляделся, сгреб деньги и, растянув губы в подобострастной улыбке, закивал.

— Как скажете, господин, достану я вам вашу свя…

— Тихо! — Фредо сдвинул брови, — Ничего не говори. Просто принеси то, что я заказал. И что-нибудь перекусить — мы устали с дороги.

Трактирщик вновь кивнул.

— Усаживайтесь за любой столик, господин, пять минут — и все у вас на столе!

Князь приподнял уголок губ и без излишних слов возвратился к своим спутникам, кивком указывая им на соседний столик.

Прошли, сели. Хищно зыркающий по сторонам Мартын, усевшись на самом краю лавки, быстро разогнал редких посетителей, заставляя их пересесть подальше.

Антон, которому впервые доводилось столоваться в более или менее приличном заведении, даже не обратил внимания на сей знаменательный факт, с нескрываемым сочувствием глядя на хозяина. Медведь, устроившийся так, чтобы при случае отгородить парня от него, неодобрительно вздохнул, глядя, как Фредо спокойно устраивается рядом с пиратом.

Последний с ним, впрочем, был вполне согласен.

— Ты рискуешь, князь… — прошипел он, судорожно сглатывая и не сводя взгляда с горла чернокнижника, — Твоя теплая кровь так и манит меня…

— Сейчас ты поешь, выпьешь воды и тебе станет легче, — хладнокровно отозвался тот. Мартын яростно сплюнул на пол.

— Воды! Ты не даешь мне крови, так дай хоть виски промочит горло!

— Я сказал — ты будешь пить воду, — голос Серебряного Фредо похолодел еще на несколько градусов. Аркано насторожился — когда молочный брат бывал столь непререкаем, это могло значить только одно: он что-то задумал. Но что, что? Чем простая вода может помочь их несчастному другу?

— А как… скоро нам принесут… воду? — осторожно осведомился Медведь, сверля названного брата немигающим взглядом, пытаясь распознать его тайные намерения. Фредо остался спокоен и безучастен.

— С минуты на минуту, Аркано. Терпение. Антон… — он устремил взгляд на насмерть перепуганного паренька, и приветливо ему улыбнулся, — Ты голоден?

Слуга кивнул и, сжавшись так, что едва не нырнул под стол, прошептал:

— Не… не так, как мой господин…

Князь ласково кивнул.

— Не бойся. Голод твоего господина мы тоже сумеем унять… О, а вот и наша еда.

Подошел трактирщик, светясь улыбкой и гордо выставил на стол большое блюдо с жарким. Потом расставил перед заезжими господами тарелки, положил столовые приборы (все это умещалось на подносе, который он ловко удерживал одной рукой) и, наконец, аккуратно выставил перед каждым из них по большой деревянной кружке, доверху полной чистой водой.

Фредо вопросительно приподнял брови. Трактирщик, широко улыбаясь, закивал.

— Именно то, что вы просили, господин, не сомневайтесь! У меня тут один… — наткнувшись на взгляд князя, он сбился и закончил скомкано, — В общем, он и помог с этим делом. Приятненького вам, господа!

Мартын коротко рыкнул на него, всем видом показывая, что общение продлевать не намерен: от трактирщика пахло свежей кровью, обострившийся нюх пирата угадывал небольшой порез от ножа на указательном пальце, и длить разговор было невыносимо.

Трактирщик торопливо отступил, настороженно глядя на дикого посетителя. Тот, не в силах обуздать жажду, схватил кружку и, недолго думая, залпом опустошил ее почти наполовину.