Ржавое поле (СИ) - Анкудович Максим - Страница 32

— Я не понимаю… — прошептал Мирон.

— Громче! — прокричала девушка. — Говори громче! В этих ушах почти не осталось живых нервов, я туговат на ухо.

«Туговат?» — подумал Мирон. — «Она ошиблась, или специально говорит о себе в мужском роде?»

— Мы не знакомы. — сказал Мирон, настолько громко, насколько ему позволили, продолжающие гореть болью легкие. — Я видел твое фото в интернете.

— Интернет! Я знаю про интернет! — радостно прокричала девушка. Она отвела глаза в сторону, словно что-то вспоминая. — Продолжай.

— Я не понимаю. Маша, почему ты жива? Почему ты с Хромовым? Его же посадили за то, что он тебя убил? — растерянно спросил Мирон.

— Я не «Маша». — скривилась девушка. — Неужели непонятно?

— А кто ты?

— Сам не знаю.

Мирон, медленно присел, опершись спиной о борт бассейна. Он забегал глазами по помещению, в поисках выхода из этой передряги. В двух метрах от него на полу лежала труба, которую он бросил, когда подходил к бассейну, чтобы дотронуться до воды. «Слишком далеко» — подумал Мирон. У него в заднем кармане оставался нож Хромова, «Подойдет, и всажу ей в шею. Неважно, Маша она или кто-то еще». — решил он, незаметно нащупав рукоять ножа у себя за спиной.

— Зачем тебе мы? — спросил Мирон. «Нужно отвлечь ее, пока не приду в себя» — думал он.

— Хотел сменить тушку. — сказала девушка, пожав плечами. — Но вы не подходите. Я думал — это, потому что вы еще живые, но в этого — она кивнула в сторону, лежащего на полу, тела Сланцева — тоже не получилось залезть. Можно еще в этих двух девчонок попробовать, но мне кажется, я понял в чем дело.

У Мирона, наконец, перестало двоиться в глазах. Он старался внимательно слушать, что говорит ему эта странная девушка, похожая на оживший труп, и судя по всему, именно им она и была.

— Ох, стоит мне выбраться из воды как это тело начинает разваливаться. Смотри! — оживший труп провел рукой по щеке и показал Мирону кусочки шелушащейся кожи. — У меня мало времени, поэтому слушай. Я появился здесь, глубоко под землей. Слышишь гул? Это мой отец, я не знаю, что он такое, а в голове этой дурехи, — он снова указал пальцем себе на лицо, — я нашел только слово «механизм». Еще «агрегат», но «механизм» мне нравиться больше. Так вот, этот механизм создал меня, много лет назад. Я годами был заперт в нем, пока вода не промыла брешь в его защите. Тогда я смог ненадолго покидать его. Через грунтовые воды, я попадал на болота, где мне, иногда, удавалась завладеть телом какой-нибудь крысы или змеи. Тогда я немного узнавал о мире, в котором оказался. Ты не представляешь, какие крысы тупые. Они не знают ничего кроме голода и страха. Однажды мне попалось это тело. Это не первый человеческий труп, который я нашел на болоте, но впервые я смог влезть в него. Это был, просто, фейерверк! Столько информацииинформации! Я был счастлив! Маша, как я теперь понимаю, была не далекой девушкой. У меня постоянно появляются вопросы, на которые у нее нет ответов. Но она много думала о судьбе. Она считала, что ей уготовано великое будущее, что у нее есть предназначение. И она, отчасти, была права. Ее предназначение, стать моим временным вместилищем. А вот уже меня, ждут действительно великие дела. Я рожден изменить этот мир. Но посмотри, она разваливается! Мне нужен кто-то, кто еще не начал гнить. И ты поможешь мне в этом. А иначе, я убью твоих друзей.

Мирон часто заморгал, пытаясь осознать то, что только что услышал. Перед ним, распространяя вокруг себя противный запах тухлятины, стоял новый, разумный, живой организм, новая сущность. Сущность, которая могла управлять телами других существ, даже если жизнь уже покинула их.

«Ему нужна моя помощь? Он хочет вселиться в меня?» — пронеслась мысль в голове Мирона.

— Нет! — прокричал он. — Лучше сдохнуть!

Мирон выхватил нож из-за спины и попытался ударить им себя в грудь. Нож, выбитый из его рук, зазвенел о бетонный пол, отлетев в сторону. Тело, когда-то принадлежавшее Маше, девушке, которую все любили, схватило его за грудки и подняло над полом.

— Я не договорил!

Оживший труп, швырнул Мирона в стену. Он больно ударился затылком о бетон, и сполз на пол. В глазах заплавали разноцветные круги, к горлу подступила тошнота.

— Я не договорил. — повторили губы Маши. — Мне не нужно твое тело, если ты так подумал. Я уже попробовал залезть в тебя, ничего не выходит. Но, думаю, я разобрался в чем дело. Маша, все-таки, была особенной девушкой. И мне нужно тело, такого же особенного человека. И я знаю одного. В этой голове, все время вертится одна мысль. Это мысль, доставляет мне страшное неудобство. Мне от нее грустно. Это мысль о ее брате. Он называет себя Чарли. Если то, что я нашел в голове этой дурехи, о генах правдиво, то он должен мне подойти. Приведи мне его, и я отпущу твоих друзей.

Мирон посмотрел на Паразита, а именно так он решил называть существо, стоящее пред ним. «Чарли, ему нужен Чарли. А ведь может сработать» — размышлял он. «Если Паразит может вселяться только в людей с определенными генетическими мутациями, то шанс, что у Чарли они такие же, как у его сестры, довольно высок».

— Что ты будешь делать, если найдешь себе новое тело? — спросил Мирон.

— Уйду. — ответил Паразит. — Вы больше никогда не увидите меня.

— Куда?

— Искать ответы, на вопросы, что у меня есть.

Мирон задумался. Он посмотрел на своих друзей, лежащих у стены, без сознания. «Четыре жизни, за одну» — думал он.

— Что будет с Чарли? Он умрет, когда ты вселишься в него?

— Не знаю. Однажды, я залез в еще живую лягушку, ее сознание не исчезло, оно пыталось меня выгнать из своего крохотного мозга. Возможно, с Чарли будет так же.

«Быть пленником в собственном теле, вот на что я обрекаю невинного ребенка, если сделаю то, что он от меня хочет» — размышлял Мирон. — «Чарли не заслужил подобного».

— Я согласен. — сказал Мирон. «Сейчас, главное выбраться отсюда живым, а там, что-нибудь придумаю».

— Я очень рад! — сказал Паразит, скривив Машино лицо неестественной, пугающей улыбкой. — У тебя один день. Потом, я начну убивать твоих друзей, по одному. Начну с нее. — Паразит подошел к лежащей без сознания Насте и пнул ее в бедро. — Судя по ужасу в твоих глазах, я правильно выбрал с кого начать. — рассмеялся Паразит.

ОН подошел к Мирону и, схватив его за плечо, поставил на ноги. Паразит отряхнул пыль с одежды парня и, развернув его в сторону двери, прошептал на ухо:

— Поторопись. Твои друзья, надеются на тебя. — он подтолкнул Мирона к выходу. — И позови мне того урода, что ждет за дверью!

Мирон вышел в открывшуюся дверь и, закрыв ее за собой, прижался лбом к ее холодному металлу. Все его тело дрожало от страха и перенапряжения.

«Что делать? Что же мне делать?!!!» — в паники кричал он про себя.

Мирон почувствовал хриплое дыхание у себя за спиной. Обернувшись, он, в голубом свечении, парящей в воздухе, пыли, увидел изуродованное лицо Хромова, прямо перед своим носом. Его горячее дыхание пахло тухлыми яйцами, а глаза слабо светились голубым.

— Он управляет тобой! — догадался Мирон. Пожевав губами, он вспомнил об их с друзьями первоначальном плане, и обратился к Хромову. — Там твой сын! Ты позволишь этой твари убить его? Помоги мне, и мы спасем его!

— Я должен делать только то, что приказывает хозяин. — бездушным голосом ответил Хромов.

«Нет, он мне не поможет», — подумал Мирон.

— Твой хозяин, хочет тебя видеть. — сказал Мирон и поспешил прочь из бункера.

Глава 13

Мирон пробовал бежать, но боль в груди заставила его перейти на шаг. Мысль о том, что он не знает, где нужно сворачивать с железной дороги и идти в лес, спровоцировала новый приступ паники. Он остановился, согнувшись, уперся в свои колени и часто, тяжело задышал.

Перед его глазами стояло безжизненное лицо участкового Сланцева, с пустыми, остекленевшими глазами и безвольно открытым ртом. Когда Мирон нашел тело полицейского, у него не было времени думать об этом. Но сейчас, находясь в относительной безопасности, он вспомнил, как год назад, откинув одеяло с пастели матери, он наткнулся на точно такой же пугающе пустой взгляд.