Желание демона (СИ) - Винтер Ксения - Страница 3

Лиза закрыла глаза: она просто не могла видеть весь этот ад. Сил кричать больше не было. Да и какофония диких воплей со стороны церкви начала утихать. Только ноздри раздирал едкий запах дыма и горелой плоти.

— Ну, и где же ваш Бог сейчас? — знакомый равнодушный голос, раздавшийся совсем близко, заставил девушку вздрогнуть и открыть глаза. Демон стоял прямо перед ней, всего в паре сантиметров, внимательно глядя в лицо. — Почему он не спасает своих невинных овечек от злого волка? — Лиза в ответ лишь жалобно всхлипнула и затряслась, как осиновый лист. — Я отвечу тебе, моя дорогая. Богу безразличны все ваши страдания. Я могу стереть с лица земли целый материк — он и пальцем не пошевелит, чтобы мне помешать.

Повернувшись в пол-оборота, чтобы Лизе было лучше видно, демон взмахнул рукой, и церковь сложилась, точно карточный домик: в последний раз, жалобно и обессилено, вскрикнул колокол. Его предсмертный голос разнёсся по кладбищу и улетел вдаль, затерявшись в соседнем лесу.

Верёвки испарились, и Лиза рухнула на землю, как мешок с мукой. Задыхаясь от слёз, девушка попыталась отползти в сторону, но в ту же секунду сильная мужская рука ухватила её за волосы и резко поставила на ноги.

— Пожалуйста… — взмолилась девушка, вцепившись дрожащими пальцами в предплечье демона. — Пощадите! Я не хочу умирать…

— Не хочешь умирать? — глаза демона торжественно вспыхнули. — Хочешь жить?

Лиза судорожно дёрнула головой в знак согласия.

— Прекрасно. Так тому и быть.

Демон выпустил волосы девушки. Мгновение — и на ладони у него появился массивный золотой перстень с огромным алым камнем в центре. Бесцеремонно схватив Лизу за руку, посланник ада удлинившимся когтем располосовал ей ладонь и окропил рубин кровью. Камень на мгновение вспыхнул ослепительно-белым светом.

— Теперь ты моя, — торжественно объявил демон, надевая перстень Лизе на указательный палец правой руки. — Ныне, и присно, и вовеки веков.

Осторожный стук в дверь заставил Лизу оторваться от учебника по биологии. Отложив потрёпанную книгу в сторону, девушка убрала за ухо выбившуюся прядь волос и громко сказала: “Войдите”.

Дверь открылась, и в комнату, заметно припадая на левую ногу, вошёл сухопарый мужчина лет пятидесяти, с седеющими на висках тёмно-русыми волосами, слегка торчащими в разные стороны.

— Николай Степанович, — Лиза дружелюбно улыбнулась визитёру, привычно подавая ему руку.

— Соня, — мужчина обхватил девичью ладонь обеими руками и запечатлел лёгкий поцелуй на тыльной стороне. — Надеюсь, я не отвлекаю тебя?

— Нет, что вы, я всё равно собиралась сделать перерыв, — Лиза жестом пригласила Николая Степановича занять место рядом с ней за столом. — Как прошла лекция?

— Заурядно, — с сожалением признал тот. — Студенты, как всегда, изображали заинтересованность и внимание, но при этом не задали ни одного вопроса.

— Возможно, просто материал был изложен настолько подробно, что спрашивать было не о чем? — улыбнувшись, предположила Лиза.

Николай Степанович на это лишь коротко рассмеялся и мягко погладил большим пальцем тонкую кожу на девичьем запястье: Лиза даже не заметила, что её ладонь всё ещё находилась в плену его тёплых рук. Смутившись, девушка осторожно разорвала контакт и сложила руки перед собой на столе.

— Как продвигаются твои успехи? — поинтересовался мужчина, бросив беглый взгляд на раскрытую книгу на углу стола.

— Я прикладываю максимум усилий, — заверила его Лиза. — Правда, всё равно чувствую себя полнейшим неучем.

— Ничего, это пройдёт, — успокаивающе сказал Николай Степанович. — Соня, мне бы очень не хотелось отвлекать тебя от подготовки к экзамену, но мне нужна твоя помощь.

— Всё, что в моих силах, — без колебаний ответила та.

— Мой друг, Алексей Топоров, — ты с ним знакома, он ужинал у нас на той неделе…

— Это такой маленький, чуть полноватый товарищ с вечной улыбкой на лице, регулярно устраивающий в своём доме спиритические сеансы? — уточнила Лиза.

— Да-да, именно он, — в голубых глазах вспыхнул мягкий свет. Николаю Степановичу, определённо, понравилось, что она смогла вспомнить его друга, которого видела всего один раз. — Так вот, как я тебе рассказывал, Алексей уже много лет увлекается оккультизмом. В последнюю пару лет он вёл активную переписку с одним французом — Луи Моро, — видным специалистом в области метафизики. Этот самый Моро согласился приехать в Советский Союз и выступить с лекцией о природе тёмной магии и способах защиты от неё.

При упоминании словосочетания “тёмная магия” Лиза нервно вздрогнула и накрыла правую ладонь левой рукой, по привычке прикрывая кольцо, которое вот уже шестнадцать месяцев как не оттягивало её палец.

С той страшной ночи на сельском кладбище прошло целых четыре года. Демон бесследно исчез, никак не давая о себе знать. А Лиза не могла спокойно спать: каждую ночь она просыпалась в холодном поту от фантомных криков и невыносимого запаха гари. Перед глазами всё ещё стояли фигуры людей, охваченные пламенем. Острое чувство потери и собственной беспомощности сжимало сердце, не давая забыть.

Тогда, на кладбище, получив от демона кольцо и не встретив больше никаких преград, Лиза со всех ног бросилась бежать прочь, не разбирая дороги. Слёзы застилали глаза, а сердце разрывалось от боли. Выбившись из сил, девушка упала на землю где-то посреди леса. И тут же перед её носом возникли квадратные носки кожаных сапог.

— Набегалась? — насмешливо поинтересовался демон, опускаясь возле своей добычи на корточки.

Лиза в ответ лишь тихо застонала и закрыла лицо руками.

— Если ты решила, наконец-то, проявить чудеса здравомыслия и покинуть эту глухомань, то могла бы просто попросить, — заметил демон, ничуть не смущённый её реакцией. — Я могу перенести тебя прямо в столицу. Или в любой другой город мира.

— Оставьте меня, пожалуйста, — с трудом разлепив пересохшие губы, попросила Лиза. — Просто оставьте.

— Как скажешь, дорогая.

И демон исчез — просто растворился в воздухе. Лиза же забылась неспокойным сном прямо на сырой земле. Позже она пройдёт пешком много миль до города, в кровь стерев ноги, питаясь лишь древесной корой да дикими яблоками.

В городе тогда её встретило то же гнетущее чувство надвигающейся гибели, только усиленное во стократ. Полупустые улицы. Люди с посиневшими, одутловатыми лицами, похожие на скелеты, исходящие кровавым кашлем и замертво падавшие прямо на асфальт. Телеги, нагруженные трупами. Разруха. Голод. Мародёрство. И вот тут Лизе, как ни странно, повезло. Бродя между домами в поисках хоть какого-то пропитания, она наткнулась на женский труп, в кармане которого обнаружила паспорт на имя Платоновой Софьи Андреевны и пару червонцев, завёрнутых в платок. Благодаря паспорту Лиза смогла устроиться на работу судомойкой в заводскую столовую.

Спустя пару месяцев эпидемия страшной болезни, получившей название “испанка”, пошла на спад. Лиза же, перечеркнув своё прошлое, окончательно превратилась в Софью. И только массивный перстень на пальце напоминал девушке о её прошлом. Много раз Лиза пыталась снять его, но тот буквально прирос к пальцу, не желая сдвинуться даже на миллиметр. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, девушка была вынуждена постоянно туго бинтовать палец и носить толстые кожаные перчатки.

С Николаем Степановичем Лихачёвым Лиза познакомилась на рабочем факультете при сельскохозяйственном институте. Он преподавал историю. Она старательно закрывала пробелы в знаниях, — всё-таки деревенская церковно-приходская школа, кроме азов письма и грамматики, мало что могла дать, — чтобы поступить в университет и получить достойную профессию. Будучи от природы довольно любопытной, Лиза каждое занятие засыпала профессора вопросами. Николай Степанович всегда охотно отвечал, мягко сверкая бледно-голубыми глазами и светло улыбаясь самыми уголками губ.

В то время Лиза вместе с другими сотрудницами завода жила в деревянном трёхэтажном здании — бывшем купеческом доме. Комната у неё была совсем крохотная, кроме кровати, двустворчатого шкафа да квадратного стола здесь ничего и не было. В январе, в самый разгар крещенских морозов, в доме случился пожар, и двадцать девушек оказались буквально на улице. Большинству повезло: кого-то приютили родственники, кого-то друзья. Лизе же идти было совершенно некуда. До позднего вечера она сидела в университетской библиотеке, погружённая в мрачные думы. Внезапно ей на плечо легла тяжёлая мужская рука. Вздрогнув, девушка подняла голову и встретилась взглядом с прозрачными, небесно-голубыми глазами, наполненными каким-то потусторонним мягким светом.