Желание демона (СИ) - Винтер Ксения - Страница 10

И исчез, словно его и вовсе не было.

Лиза с размаху плюхнулась на колени и уткнулась лицом в ладони. Хотелось кричать и крушить всё вокруг. Только какой в этом смысл? Ничего не изменить. Ни умереть, ни убежать, ни скрыться — демон найдёт её везде и заставит делать так, как ему угодно. А впереди — целая вечность. Вечность Ада на земле.

В поисках спасения

Лиза не вполне понимала, в кого именно она превратилась. Однако кое-что ей было известно. Обычные люди, не находящиеся на пороге смерти, её не видели. Абсолютно. Зато видели животные и птицы. Собаки начинали грозно лаять, стоило девушке приблизиться к ним, а кошки, напротив, молча не спускали с неё глаз с расширенными зрачками, почти полностью скрывающими радужку.

С огромным трудом Лиза заставляла себя питаться, по крайней мере, раз в четыре дня. При этом, выслеживая добычу, девушка испытывала отвращение к себе, но ничего поделать не могла. Лишний раз сталкиваться с Нибрасом совершенно не хотелось.

Пользуясь тем, что люди её не видят, Лиза с головой погрузилась в изучение оккультных наук. В это время начались активные гонения на членов различных организаций, хоть каким-то образом затрагивающих тему религии. Досталось и поклонникам оккультизма. Все псевдомасонские ложа и прочие кружки по интересам были расформированы, их организаторы и большая часть участников — арестованы, а вся имеющаяся литература — изъята и уничтожена. Часть неугодных книг девушке удалось незаметно умыкнуть из-под бдительного ока сотрудников ОГПУ. К сожалению, в большинстве своём это была абсолютно бесполезная макулатура, годная лишь для растопки печи.

Не привязанная к определённому месту, Лиза путешествовала из города в город: в её груди тлел слабый огонёк надежды на то, что спасение всё-таки где-то есть, его нужно только найти. То и дело до неё доходили слухи о знахарях и чудотворцах, способных исцелить любую болезнь и предсказать будущее. Впрочем, даже если кто-то из этих кудесников и в самом деле обладал даром, саму девушку не увидел ни один.

В один из дней сарафанное радио привело Лизу в небольшую деревню на юге страны. Здесь, в просторной светлой избе, жила женщина, которую вся округа именовала ведьмой. На вид “ведьма” не представляла собой ничего особенного: чуть за сорок, русые волосы собраны в каравай, скрытый пёстрой косынкой, лицо худое, измождённое, с огромными тёмными кругами под глазами. Однако стоило Лизе её только увидеть, как стало ясно: в этот раз людская молва не врёт. Это была, действительно, ведьма. Для Лизы, видевшей всё в серой гамме, данная особа неприятно резала глаза кроваво-красным свечением. И хотя прежде девушка не встречала настоящих ведьм, внутреннее чутьё подсказывало — именно так они и должны выглядеть.

Лиза опустилась на лавку перед домом и приготовилась ждать. Несмотря на то, что она без проблем могла прикасаться к любым предметам, войти в чужой дом при закрытой двери ей было не под силу.

Долго ждать не пришлось. Не прошло и десяти минут, как дверь с негромким скрипом отворилась, и хозяйка дома с пустыми деревянными вёдрами в руках вышла на крыльцо. И тут же замерла, как вкопанная: её тёмно-зелёные глаза с испугом посмотрели точно на Лизу.

Девушка медленно поднялась с лавки и, лишённая возможности хоть что-то сказать, положила левую ладонь на грудь над тем местом, где у неё должно биться сердце, и склонила голову в знак приветствия.

— Ты пришла за мной? — дрогнувшим голосом спросила ведьма, нервно сглотнув. Лиза отрицательно покачала головой. В зелёных глазах ведьмы на мгновение промелькнуло облегчение. — Хорошо, — женщина опустила взгляд на вёдра. — Мне нужно принести воды. Я быстро схожу до колодца и сразу же вернусь.

Лизе, в общем-то, было всё равно — она никуда не торопилась. Однако существовала вероятность, что ведьма, поддавшись страху, сбежит. А этого девушка допустить никак не могла. Поэтому к колодцу они пошли вместе.

Всю дорогу женщина то и дело искоса бросала на Лизу взгляды, полные тревоги и, одновременно, любопытства.

— Никогда не думала, что мне доведётся встретиться с лиарзой, — заметила она. — Леонард говорил, что такие, как ты, большая редкость.

Лиза понятия не имела, кто такой Леонард. Да и слово “лиарза” слышала впервые. Сказать об этом ведьме она не могла, и это раздражало неимоверно.

— Меня, кстати, Ефросиньей зовут, — через некоторое время вновь заговорила ведьма.

— Лиза, — по инерции представилась девушка, но из её горла вырвался уже привычный скрежет.

Ефросинья болезненно скривилась от этого звука.

— Ужас просто, — сказала она. — Ты по-человечески совсем разговаривать не можешь? — Лиза в ответ покачала головой. — Сочувствую. Трудно, наверно, приходится.

Лиза неопределённо пожала плечами. Она и прежде не отличалась общительностью. Людей, с которыми ей было приятно просто поговорить, можно было пересчитать по пальцам. И все они уже были мертвы.

Возвращались в полном молчании. Лиза шла на шаг позади Ефросиньи, наблюдая за тем, как слегка колышется вода в ведрах.

— Проходи, — ведьма придержала дверь, пропуская гостью вперёд.

Изнутри дом не представлял ничего интересного, обычная деревенская изба. Лиза и сама всё детство провела в такой.

Ефросинья в сенях перелила воду из ведер в металлический чан, после чего вошла в комнату и жестом предложила гостье занять место за столом. Сама же ведьма достала из комода тетрадь, в каких пишут школьники на уроках, и карандаш.

— Вот, напиши, зачем ты ко мне пришла, — женщина положила тетрадь и карандаш на стол перед Лизой.

Девушка осторожно зажала в длинных крючковатых пальцах карандаш и мучительно медленно вывела три слова: я хочу умереть.

Ефросинья, прочитав написанное, побледнела и с нескрываемым изумлением посмотрела на свою гостью.

— Хмм… а разве ты не можешь? — осторожно спросила она, с опаской глядя на Лизу. Та в ответ лишь отрицательно покачала головой. — Ох… Хорошо, давай, посмотрим, что тут можно сделать.

Ефросинья подняла край матраса и вытащила из-под него объёмный свёрток, завёрнутый в бордовую тряпицу. Лиза нахмурилась: свёрток был окружён густым чёрным маревом. Когда же женщина развернула ткань, под ней обнаружился толстый гримуар в кожаной обложке.

— Это «Книга теней», — пояснила Ефросинья, открывая первую страницу. — У каждой уважающей себя ведьмы есть такая.

Лиза подалась вперёд и, не спрашивая разрешения, подцепила книгу за корешок и подтянула к себе. От кончиков пальцев по руке точно пробежал электрический разряд: не больно, но неприятно.

— Её нельзя трогать посторонним, — дрогнувшим голосом сказала Ефросинья, но не сделала ни малейшей попытки забрать книгу. — «Книга теней» у каждой ведьмы своя. Её, пустую, вручает ведьме демон после заключения контракта.

“Ты пишешь в ней своей кровью”, — догадалась Лиза, глядя на кривые бордовые строчки — именно их энергия окружила книгу чёрным маревом потусторонней — демонической, — силы.

Лиза резко закрыла книгу и подтолкнула её в сторону ведьмы. А затем вновь взяла в руки карандаш и написала в тетради: ты знаешь, как можно убить демона?

— Разумеется, нет. — Ефросинья забрала книгу и обратно завернула её в бардовую тряпицу. — Только сами демоны знают это. Очень сильно сомневаюсь, что кто-то из них пожелает поделиться подобным секретом.

В душе Лиза была с ней полностью согласна. Демоны не дураки, чтобы каждому встречному-поперечному рассказывать о своих уязвимых местах. Нет, возможно, чисто теоретически, можно было бы выменять свою душу на это знание. Только вот Лизе уже нечего было предложить. Контракт с Нибрасом связал её по рукам и ногам. И спасения, судя по всему, искать было негде.

— Если хочешь, я могу вызвать Леонарда, — внезапно предложила Ефросинья, внимательно наблюдавшая за Лизой. — Он — мой демон. Возможно, он поможет тебе. Не в том, конечно, чтобы убить демона. Но в том, чтобы умереть.

В этом был смысл. Если один демон подарил ей бессмертие и неуязвимость, то другой вполне мог даровать покой. Только вот ни один демон не будет делать что-то бесплатно. А Лизе совершенно нечего было ему отдать. Но, несмотря на это, она согласилась на предложение ведьмы.