Раб государства (СИ) - Бриз Илья - Страница 48

— До телепортации добрался, — захлопала в ладоши довольная Сета, появившаяся на большом экране. На вопросительный взгляд ответила, что все получилось. — Проснется через четверть часика — я ей дополнительно чистку от шлаков и некрозных тканей запустила. Все быстрей, чем физиология организма будет корпеть. А ты работай! Пусть подсознание запоминает. Завтра, наверное, телепортации тяжелых, ну относительно, объектов начну учить. Там, глядишь и до живого доберемся. Интересно, здесь где-нибудь мышки или крыски есть?

Костик пожал плечами и продолжил тренировку, все быстрее гоняя караванчики флешек с одновременным мгновенным перемещением части из них. Гонял и вдруг был прерван Катаржинкой, сидевшей в капсуле и пытавшейся уследить за пропадавшими на глазах флешками.

— А чё это вы тут делаете? — напомнила древний советский еще черно-белый фильм.

— Чё надо, то и делаем, — заявила недовольная прерыванием тренировки Сета. — А ты давай одевайся, а то трясешь тут голыми сиськами перед моим мужчиной.

Еще не отошедшая после операции девушка, стремительно покраснев, как ошпаренная выскочила из капсулы и, спрятавшись за ней, стала натягивать трусики.

А бессовестная нейросеть джоре на экране запрыгала как ребенок и, крича «Получилось! Получилось!» захлопала в ладоши. Почти тут же придя в себя, извинилась:

— Вы меня, дуру, простите. После большой нагрузки впадаю в детство и ничего не могу с собой поделать. Надеюсь в ближайший месяц, когда разовьюсь до ста процентов, это прекратится.

Пришедшая в себя Катаржинка уже не стесняясь спокойно достала комбинезон и одела его не торопясь. Затем была подробно ознакомлена со всеми нюансами прошедшей операции и получила пакетик с симбой.

— Ты, уважаемая Катаржина Тарновицки, тоже джоре, — торжественно заявила Сета, делая реверанс.

Потом они выпили по неполному бокалу отличного коньяка из запасов медтехника и покинули лабораторию, вновь двигаясь разными маршрутами.

Уже в каюте Константин получил сообщение. Ознакомился и понял, что грядут неприятности. Большие неприятности.

Глава 10

«Срочно подойди ко мне в кабинет! Только что прибыл полковник СБ и требует немедленной встречи с тобой. Любящая тебя Агора».

Костик пожал плечами, сказал Гражинке о вызове, не упоминая о эсбэшнике, и, изображая абсолютное спокойствие, не особо торопясь направился к нужному кабинету. На самом деле лихорадочно вместе с Сетой пытаясь понять, где они могли проколоться. Медтехник? Сета немедленно проверила, незаметно подключившись к его нейросети — после работы Константина с закладками такая возможность появилась. Нет, сидит и пьет горькую. Скоро окончательно сопьется — сделал вывод парень.

Зол Гун или Петровский? Нет и еще раз нет! Оба, даже случайно проболтавшись по мелочи, немедленно сообщили бы. Нейросеть джоре через сеть станции проверила обоих. С инженером было просто, съиметировала вызов, но без оповещения и передачи вызываемому сигнала. Камера экрана показала валяющегося на постели в бывшей каюте Костика бездумно пялившегося в потолок Стана.

«Явно в учебном трансе» — сделала вывод Сета.

С лейтенантом-коммандером было сложнее, хотя определить местонахождение особой сложности не составило — тоже в своей каюте. Но вот там была включена глушилка, препятствующая передаче какой-либо информации из помещения. Нейросеть джоре «угробила» аж две секунды, но пробилась. Увидели точно такую же картинку — Зол Гун учился.

На всякий случай проконтролировали генерала. Тот с явным удовольствием распекал какого-то подчиненного.

Все не то. Остается идти в кабинет и уже там попытаться разобраться, что к чему.

Перед дверью люка остановился, сосредоточился и вежливо постучал. У него был неограниченный доступ сюда, но врываться сейчас без разрешения, когда там может быть полковник СБ, прибывший на базу по его душу — верх безумия. Так и оказалось. Когда дверь под действием силовых активаторов быстро отползла в сторону, и парень вошел, то первым, кого увидел, был именно полковник. Относительно молодой — Сета уже успела обшарить его ИД-блок — всего тридцать четыре года. Мулат в точно таком же, как у Костика, комбезе, но непроницаемо-черным с редким серебром, то есть в форме строго по уставу. На груди сверкала высшая награда империи Арвар — Орден Преданности. В петлицах поверх пилотских комет эсбэшные молнии. Из базы по содружеству Константин знал, что две стилизованные молнии — отличительный знак всех служб безопасности Содружества. Стандартизация давно добралась и сюда. Но только сейчас, увидев этого полковника, осознал полное соответствие парадной формы эсэсовцев у немецких фашистов во время Второй мировой форме безопасников Арварской империи. Под торжествующий вой своей охренелки до парня дошло, что ненавидимые арварцы тем или иным способом помогали нацистам в той войне против его Родины. Костик тут же сообразил, что у него только что появились неоспоримые доказательства нарушения Арварской империей одного из пусть не ключевых, но достаточно важных законов Содружества. Категорически запрещалась какая-либо помощь «диким» цивилизациям, дабы не нарушить их самобытного развития до выхода в глубокий космос. То есть до создания первых образцов гипер двигателей. И никак не ради этих «диких» цивилизаций, даже если они прямым путем катятся к самоистреблению. Ученые Содружества прекрасно понимали, что при самостоятельном развитии может быть открыто что-то новое, мимо чего прошла наука Содружества, намертво привязанная к «прокрустову ложу» остатков технологий джоре.

Полковник сидел в кресле начальницы и, не обращая никакого внимания на что-то лепечущую негру, с явным напряжением и… ожиданием, что ли? смотрел на парня. Обревизовал взглядом и, на секунду посмотрев на Азору, коротко приказал: — Оставь нас.

Агора Ней заткнулась, вскочила и пошла на выход из собственного кабинета, кося любяще-сочувствующим взглядом на парня. Мулат еще раз внимательно осмотрел Костика и неожиданно представился: — Я Мот Ген, полковник СБ, личный пилот начальника имперской СБ. В данное время возглавляю операцию, одним из элементов которой является срочное изучение тобой комплекса баз по новейшему малому разведывательному рейдеру сверхдальнего поиска «Стриж-МРК-13-4913».

Мулат прервался и указал на кресло рядом с собой. Костик уже не обращал внимания на свою тихо подвывающую обессиленную охренелку. Чтобы целый полковник СБ предложил рабу сесть рядом с ним? Непостижимо! Но молча прошел и сел. Мот Ген помолчал, испытующе глядя на парня. Потом продолжил:

— По независящим от нас обстоятельствам срок изучения тобой баз по третий ранг изменился. Ты должен сделать это на неделю раньше.

«Он или идиот, в чем я сомневаюсь, или вся операция, разработанная по личному приказу императора и на которую он выделил огромные средства, под угрозой срыва» — высказалась Сета, даже не думая появляться в поле зрения парня, чтобы не отвлекать.

— Точно так, — согласился Константин. — Весь вопрос — как я должен реагировать? Скорее всего, стоит сначала возразить, а затем все-таки согласиться. Анализировать сейчас бессмысленно — мало информации.

«Согласна» — одним словом отреагировала нейросеть джоре.

— Но, господин… — и тут же был прерван полковником.

— Надо! Понимаешь, надо. На кону в данном случае, твоя жизнь.

Ага, вот и кнут. А как насчет пряников?

— Если же сделаешь, — мулат, похоже читая мысли или просто не дурак, вытащил из кармана погоны лейтенанта СБ и точно такие же как у него петлицы, — это будет твоим после того, как наш принц лично снимет с тебя рабский ошейник.

А по сети станции полетели циркулярки для свободных за подписью начальника СБ империи, но, тем не менее, пришедшие и на нейросеть Костика. Отныне категорически запрещается как-либо наказывать раба Коста Гура, независимо от любых его действий. Косту Гуру предоставляется неограниченный первоочередной доступ в сертифиционный и виртуально-тренажерный центры с правом прерывать любые ведущиеся там работы. Так же в закрытую лабораторию ментоскопирования с теми же правами.