Будь моим хранителем (СИ) - Кураева Анастасия - Страница 31

— Девчонки нет нигде.

— А что Елена? — спросил второй. — Приказ был без нее не возвращаться?

Они подошли к следующему углу дома и теперь стояли прямо напротив нас. Лера вцепилась своей рукой за мой локоть.

— Нет. Напротив. Сказала девчонка не так ценна, как Виктор. — он сплюнул в сторону и посветил фонариком в нашу сторону.

Глаза на мгновение ослепил свет, но мы даже не дернулись, словно приросли к этому деревянному сараю. Он еще какое-то время водил светом по саду, потом бросил напарнику короткое: «Уходим» и вскоре они уже скрылись за калиткой. Раздался звук мотора. Мы мельком увидели блестящий бок черного фургона, а потом наступила тишина…

Все было просто хуже некуда. Я закрыла глаза и сползла по стене бесформенной кучей прямо на соломенный настил, все еще не веря в происходящее. Лера стояла рядом, время от времени судорожно вздыхая.

— Лер? — я нарушила молчание.

— М?

— Что будем делать?

— Я… Я не знаю.

Мы помолчали. Потом меня вдруг осенило:

— У тебя есть номер Петра Валерьевича?

Лицо Леры просияло.

— Да… Да! Точно! Ты гений! Пошли скорее.

Мы вернулись в дом. Лера стала искать в телефоне контакт отца Макса. Пора уже Петру Валерьивичу делать свою работу. Его друга похитили прямо из-под его носа, из собственного дома, а он там чем занимается? Где их охрана, которая годами ходила за нами по пятам?

— Нашла…

Я в нетерпении крутанула рукой, мол, набирай скорее номер. Лера включила громкую связь и на второй гудок в трубке раздалось:

— Лера, слава богу!

— Петр Валерьевич, случилось ужасное. Виктора забрали. И Макса… Еще Егора! И Полину! Всех… Их посадили в машину и увезли! — Лера говорила сбивчиво, постоянно повторяясь.

— Лерочка, успокойся. Мы уже работаем над этим: отслеживаем этот черный фургон. Вы у бабы Нюры? Я сейчас пришлю машину.

Я втиснулась между Лерой и телефоном:

— Почему это вообще случилось? Где ваша хваленая охрана?

— Мария, здравствуй, — его тон сменился на более холодный, — Витя сглупил, когда решил привезти вас сюда и поиграть в семью. У него был четкий приказ вывезти вас из страны, пока все не закончится. Теперь за его глупость расплачивается не только он сам, но и твоя мама и ваши напарники.

Я молчала. Каждое слово било словно пощечина. Лера перехватила инициативу:

— Петр Валерьевич, что нам делать?

— Ждать машину и никуда не высовываться.

Он прервал связь и комната погрузилась в гробовую тишину.

— Пойду сделаю нам чай.

Я ходила взад-вперед и глушила слезы обиды. Петр Валерьевич был прав: отец допустил непростительную ошибку и теперь неизвестно как все могло закончиться.

Мы допивали свой чай, когда к дому подъехал черный тонированный джип. Передняя дверца распахнулась и к нам навстречу вышла приятного вида девушка лет тридцати. Короткие черные волосы, очки в тонкой оправе, прямая осанка и уверенная походка, строгий темно-синий костюм и серое пальто.

Баба Нюра отпустила нас только после того, как услышала имя Петра Валерьевича. Взяв с нас обещание, не лезть куда не следует и оставаться в безопасном месте, она обняла каждую из нас и попрощалась. Отъезжая на автомобиле, мы видели ее, стоящую на крыльце и утирающую слезы платочком. Водитель плавно направлял машину на выезд из поселка.

— Мария, Валерия. Здравствуйте. Меня зовут Юлия. Я доставлю вас к Петру Валерьевичу.

— Юлия, есть какие-нибудь новости о наших?

Девушка тяжело вздохнула и повернулась к нам.

— Да. Машину отследили. Она въехала на территорию Сомнологического Центра, как мы и предполагали. Не волнуйтесь, мы мобилизуем все свои силы на ближайшей к Центру базе. Елене не помогут даже нанятые силовики и охрана. По нашим подсчетам у нас гораздо больше боевых единиц и огневой мощи…

— Они живы?

— Что? А… наверняка не известно. Но мы склонны предположить, что она держит их в подземной лаборатории, чтобы… чтобы…

— Что бы что?

Я догадывалась, но хотела услышать опровержение моим мыслям. Но Юлия перебила:

— Давайте не будем делать поспешных выводов.

Всю оставшуюся дорогу мы больше не разговаривали. Мы с Лерой уставились каждая в свое окно, не желая продолжать эту беседу. Обе понимали, чем может закончиться пребывание наших близких в безумных лабораториях Елены Соколовской.

25

Глава двадцать пятая.

Виктор.

Так больно открывать глаза. Я чувствую, как сильно опухли веки. Я приоткрыл глаза и яркий свет тут же ослепил меня. Едкий химический запах раздражал ноздри. Я пошевелился, но жесткие ремни впились в кожу.

Полина! Где моя жена? Я держал ее всю дорогу за руку, пока нас везли в машине. Я такой глупец. Я так хотел насладиться присутствием моей семьи рядом, что забыл о всякой осторожности. Петя был прав, назвав меня идиотом, когда накануне я признался ему, что встречусь с родными.

Но я был самым счастливым человеком на свете, пусть только на один вечер. Какой же я эгоист. Я думаю о своем временном счастье, пока моя любимая женщина неизвестно где. И жива ли она вообще?.. Слава Богу Маша в безопасности. Я уверен, что Петр позаботится о ней и о Лере.

— Проснулся, милый?

Этот мерзкий голос я узнаю из тысячи. Елена стояла напротив моей кровати, прислонившись к столу. Белый брючный костюм и красные туфли на шпильке; она чуть повернула голову в сторону, продемонстрировав свою безупречную прическу — локон к локону, словно она только что вышла из салона красоты.

— Где Полина? — мой голос был скрипучим, надтреснутым. Я прочистил горло и выжидательно уставился на Елену.

— Ну-ну, мы с тобой не виделись восемь лет, неужели ты не соскучился?

— Где Полина?! — я яростно мотнул головой, так, что вены вздулись на шее. Елена дернулась, но тут же взяла себя в руки.

— Не нервничай, Витя. С твоей женой все в порядке… Пока. К сожалению, она не такой ценный экземпляр, как ты.

Она елейно улыбнулась, потом с подчеркнутой важностью уставилась в один из мониторов за своей спиной. Я осмотрелся. Белая палата без окон и с одной дверью, которая как раз была напротив моих ног. Правее, в углу, от пола до потолка стоял черный матовый короб. Он сразу привлек мое внимание.

— Что тебе от меня нужно? — я перевел взгляд на свою бывшую напарницу.

Елена оторвалась от монитора и вновь облокотилась на столешницу в расслабленной позе.

— Понимаешь, Витя, мои исследования не стоят на месте. Дети, на которых я испробовала свои первые экспериментальные образцы, были очень полезными, пока вы наглым образом не заслали своего агента. — она прищурила глаза и рот скривился в противную изогнутую линию. — Пришлось свернуть эту детскую лабораторию.

— Ты убивала детей! — я задергался под ремнями, как уж на сковородке.

Елена вдруг оказалась рядом:

— Если ты сейчас не успокоишься, я попрошу, чтоб тебя обездвижили. Ты этого хочешь?

Я молчал, стискивая зубы. Скованность моих конечностей приводила меня в ярость. Но балом пока правила эта тварь. И я поиграю по ее правилам.

— Молчишь? Хорошо. — она удовлетворительно кивнула. — Мы уже взяли ряд твоих анализов. Проводим тесты. Ты просто не представляешь, какую ошибку допустил: ты действительно думал, что я хочу похитить твою дочурку? — она засмеялась противным смехом. — Нет, дорогой. Это было шоу! Шоу, которое в итоге привело меня к тебе.

— Что тебе от меня нужно? — я вновь повторил свой вопрос.

— В скором времени мы введем тебе совершенно новую сыворотку. Годы исследований доказали, что нельзя обратить в Хранителей совершенно обычных людей. Но ты… совсем другое дело. В твоей крови течет Сок Древа. Даже сейчас, когда ты уже не перемещаешься, Он до сих пор в тебе! Если все получится, это будет сенсация!

Она сжала кулаки в победном жесте и затрясла ими, как безумная. И как раз в этот момент в дверь вошел щуплый маленького роста врач, точнее лаборант. Он замялся на пороге, увидев свою начальницу, потом прошел ко столу и все же решил заговорить: