Будь моим хранителем (СИ) - Кураева Анастасия - Страница 18

— Надо бы маме позвонить, сказать, что у меня все хорошо, — я достала свой телефон.

Мама взяла трубку после первого же гудка. Мы недолго поговорили и в конце разговора я пообещала вернуться к 12.

«Последняя электричка в 22. Выезжать отсюда нужно не позже девяти».

— Все в порядке? — Егор участливо поинтересовался.

— Да. К 12 надо быть дома. — я укуталась посильнее в пальто.

— Я отвезу тебя, — и на мой немой вопрос добавил, — Возьму мамину машину. Только сначала завезем ее домой, ок?

«Ох, звучит так по-семейному».

Конечно я согласилась. Ехать обратно на машине вместе с Егором или с пересадками на электричке?

— Ну, все тогда, пошли…

Он повел меня за собой вдоль здания по красивой аллее. Ровно подстриженные газон и кустарники, скамейки с затейливыми узорами, вымощенная серым камнем дорожка — территория вокруг Сомнологического центра была очень красивой. Свежий чистый воздух хотелось есть ложкой, настолько он был приятен. Мы оказались в самой дальней части сада, где перед нами предстало небольшое искусственное озеро. На поверхности плавали большие листы кувшинок.

Егор заметно расстроился.

— Я что-то забыл, что лотосы уже не цветут в это время года…

— Ничего страшного, все равно красиво…

Мы помолчали. Я смотрела на мерную гладь озера, на мягкие солнечные блики на воде, на покачивающиеся кувшинки. Поднялся ветерок и от озера повеяло холодом и сыростью. Я поежилась.

— Иди сюда, — Егор раскрыл полы своей куртки, приглашая меня согреться.

— Это становится традицией… Греть меня.

Он хмыкнул и сказал:

— По крайней мере сейчас ты хотя бы в обуви.

Я подошла к нему и просунула свои руки ему под куртку.

— Ох… ну и холодные же у тебя руки. — Егор вздрогнул.

— Ой, прости пожалуйста. — я хихикнула, — У меня всегда руки холодные.

— И ноги. — добавил Егор.

Боже, какой же он теплый. Я обнимала его за талию и физически ощущала, как его тепло перетекает в меня. Он положил голову мне на макушку. Прямо как тогда в поезде. Что теперь с нами будет?

Егор поднял руку и посмотрел на часы.

— Можно возвращаться. Скоро будут танцы.

Мы вошли в просторный зал с высокими потолками. Длинное прямоугольное помещение с панорамными окнами до самого пола, которые наполняли зал угасающими лучами солнца. Около самой дальней стены, напротив входа стоял длинный стол, за которым восседали видимо самые именитые Хранители. Во главе, конечно сидела Елена.

Из динамиков, установленных по всему периметру зала, доносилась достаточно современная музыка. Большинство новообращеных подростков дрыгались в такт знакомым песням. Это смотрелось по меньшей мере странно, учитывая белые льняные рубахи, которые были надеты на молодых Хранителей.

— Больше похоже на утренник, — я шепнула Егору свое недовольство.

— Это и есть по сути утренник. Большинству Хранителей в этом зале едва исполнилось 14–15 лет… Поэтому в бокалах на фуршетных столах преимущественно сок, компот, вода и так далее.

Я театрально фыркнула. Могли бы и шампанского налить. Мне сейчас бы не помешало выпить хотя бы один бокал.

Мы подошли к одному из столов и, взяв по легкой закуске, стали рассматривать присутствующих. Подростки выглядели довольно счастливыми, несмотря на те новости, которые они услышали утром. Ах, да. Для них же это не новость. Я закатила глаза. Только я была ошарашена здешними законами.

Некоторые подростки сидели на диванчиках, залипая в телефоны. Ну, слава богу. Наконец, я увидела привычное для их возраста поведение. Хранители постарше, такие же приглашенные как Егор, ходили парами. Несколько из них танцевали, но чаще их можно было увидеть около фуршетного столика.

— В туалете я столкнулась с Еленой. — я решила поделиться с Егором этой информацией.

— Серьезно? — он приподнял одну бровь. — Она редко удостаивает своим вниманием обычных смертных.

— Да. И ты знаешь, она совсем не была дружелюбной, даже наоборот…

Егор нахмурился, а я рассказала ему вкратце нашу встречу.

— И знаешь еще что? Мне кажется я знаю, почему я так поздно стала перемещаться. Она назвала меня полукровкой, слабой кровью… Видимо сила передалась мне только от отца, поэтому она проявилась в таком возрасте… А мама, получается, обычный человек. А это ведь совсем не по Закону…

Егор согласился со мной, и сказал, что он никогда не слышал про такие случаи, как мой. Возможно я была единственной полукровкой среди Хранителей. Он обещал узнать у своей мамы эти дополнительные сведения.

— А твоя мама здесь?

Егор загадочно улыбнулся:

— Если увидишь женщину, которая без конца буравит тебя взглядом, это она.

— Мне стоит ее бояться?

— О, нет. Просто она никогда не видела рядом со мной девушки, поэтому к тебе будет особое внимание.

Он сверкнул глазами и протянул ко мне руку.

— Что?…

Я услышала медленную музыку, разносящуюся по всему танцевальному залу. И вложила свою ладонь в мужскую руку. Мы вышли на танцпол. Егор положил одну руку мне на талию, другой продолжал держать мою ладонь. Мы медленно качались в такт музыке. Партнер уверенно вел меня в танце, иногда мягко заставляя меня кружиться на месте.

Сквозь пары танцующих людей я видела холодный надменный взгляд, который без устали сверлил меня весь танец. Елена сидела в самом центре за столом, поставив свои локти на поверхность и подперев кулаками подбородок. Пожилой мужчина что-то говорил ей, склонившись поближе. Она отвечала ему, не отрывая от меня своих зеленых глаз. Я поежилась; от ее взгляда леденело все нутро.

— Тебе холодно? — Егор чуть ближе притянул меня к себе.

— Эта Елена глаз с меня не сводит. Надеюсь, это не твоя мама?

Егор хмыкнул:

— Нет, слава богу, нет… Моя мама… — он огляделся по сторонам, — воооон там.

Я проследила за его взглядом и увидела невысокую женщину, стоявшую около окна. Она смотрела на нашу пару, и заметив взгляды, устремленные на нее, робко улыбнулась и взмахнула рукой в приветствии.

— Ты похож на маму… — мне вдруг захотелось кое-что спросить, — Егор?

— М?

— Ты никогда ничего не говорил про своего отца. Он жив?

Песня закончилась и мы присели на ближайший диванчик.

— Да, жив, все в порядке. Просто он в Питере.

— Оу. Вы не живете вместе?

Он на секунду застыл, потом нехотя проговорил:

— Понимаешь, Древо иногда ошибается и идеальных пар не получается.

— Они не любили друг друга? — Егор молча кивнул, — Но ведь можно развестись?

Егор тяжело вздохнул, посмотрел на потолок, будто искал там ответ, потом на меня:

— Ты многого не знаешь, Маш. Ты думаешь, что все просто, как в обычной жизни. Но Хранители в реальном мире имеют самые обычные профессии: они могут быть депутатами или полицейскими, или сотрудниками ЗАГСа. Хранители есть в любой сфере. И зачастую это очень влиятельные люди. Тебе просто не позволят делать то, что ты хочешь.

— Что за средневековье…

Егор проигнорировал мое высказывание, отыскал свою маму глазами и горько добавил:

— Мои родители глубоко несчастные люди. Поэтому им проще жить раздельно.

— А мой отец пошел против системы… И женился на моей матери. Но потом ушел из семьи, едва я только родилась.

Каждый задумался о своем. Перед нами проплывали танцующие пары, каждая из которых уже знала свое будущее. Пары, в которых Он и Она были идеально подобраны друг для друга. Но идеально ли? Я украдкой посмотрела на Егора. И что теперь делать? Неужели он мой будущий муж? А как же Макс? А как же свобода выбора? Это же прямо в Конституции написано.

— Егор, но ведь это неправильно. Сотни мужчин и женщин получается не в праве сделать свой выбор… Словно глупое стадо овечек, делают то, что им говорит пастух.

— И что ты сделаешь? — Егор устало посмотрел на меня.

Я неосознанно повернулась в сторону Елены.

— Первым делом надо разыскать отца.

15

Глава пятнадцатая.