Барышня-попаданка (СИ) - Кольцова Анастасия - Страница 26

— Вы пришли в себя? — заботливо интересуется Владимир. — Представляю, какое это для вас потрясение!

— Ума не приложу, как смогу это пережить, — печально вздыхаю я, вытирая перчаткой мокрое лицо. Марья Ильинична на славу постаралась, приводя меня в чувство!

— Дарья Алексеевна, я прошу у вас прощенья за то, что воспитал такого недостойного сына. Очевидно, что он не сможет стать вашим мужем. Жаль, а я ведь так хотел, чтобы наши семьи породнились, — старый князь смотрит на меня с грустью и сочувствием. Собираюсь с мыслями, чтобы что-то ответить, но меня опережает Владимир:

— Отец, но ведь наши семьи могут породниться и без участия моего брата! Я с радостью предложил бы Дарье Алексеевне свою руку и сердце, будь на это ваша воля. Думаю, в свете будет меньше толков, если Дарья Алексеевна выйдет замуж за младшего брата жениха, нежели если помолвка будет совсем расторгнута.

— Хотя бы младший сын меня радует, — лицо старого князя приобретает менее разгневанное выражение. — После бала обсудим этот вопрос, я рад, что ты всегда на моей стороне.

Та-ак, я чего-то не понимаю. Только избавилась от одного жениха, как второй на горизонте нарисовывается? Владимир, пафосный княжич, ты чего творишь! Я-то надеялась спокойно заняться поисками часов, а получается, сменила шило на мыло! Неплохое такое мыло, конечно, но…

— Почему вы решили предложить мне руку и сердце? — шёпотом интересуюсь я у Владимира, пока старый князь приветствует первых гостей. — Мы же с вами друг друга терпеть не можем!

— От любви до ненависти один шаг, — усмехается пафосный княжич. — Вот увидите, вы обязательно меня полюбите.

— Размечтался, — бурчу я себе под нос, и уже собираюсь уйти к своей любезной названой маменьке, но Владимир снова меня огорчает.

— За мной первый танец. Вы ведь не откажете своему жениху?

— Приму за честь, — сердито отвечаю я. Что за напасть, и на этом балу тоже танцевать придётся! А я так хотела посидеть на классных позолоченных стульях…

После бала нужно будет не забыть отправить Лале с Маринкой или Васькой оставшуюся часть обещанной суммы. Хоть Лала и надеется на смерть отца молодого Курбатова, денежки на жизнь ей нужны сегодня. И как можно скорее.

17. Новый жених

Мои дорогие маменька и папенька воспринимают новость о смене жениха как нечто само собой разумеющееся.

— Моё сердце чувствовало, что вы с Владимиром предназначены друг для друга, — воркует Марья Ильинична. — Ещё при первой вашей встрече я заметила промелькнувшую между вами искру!

— Хорошо, что не расторгли помолвку, князь ведь ещё мои долги по-родственному не оплатил, — вторит ей Алексей Петрович. — Да и супругу нашей старшенькой повышение по службе не помешает…

Вот же старые пройдохи! Им что один жених, что другой — лишь бы выгоду с моего брака поиметь! Но с «промелькнувшей искрой» Марья Ильинична конечно лишку махнула — с нашей первой встречи с Владимиром не припомню ничего искристого. Хотя может под «искрой» Марья Ильинична имела виду его осуждающие взгляды? Тогда да, искры у него из глаз так и сыпались!

Наш первый разговор с женихом после официальной помолвки напоминает мне отрывок из фильма или сериала, снятого по классике, настолько у нас всё чинно и воспитанно.

Застав меня наедине в гостиной, Владимир встаёт на одно колено, и надевает на мою руку кольцо с бриллиантом. Дорогое наверное колечко, камень так и сверкает, так и переливается!

— Владимир, вы ведь понимаете, что я была обещана другому, и не смогу стать вашей женой в ближайшее время? — говорю я, томно опустив взор.

— Конечно, душа моя. Я понимаю, что ваше сердце разбито моим безнравственным братом, и понадобится время, чтобы залечить раны. Будьте уверены — я готов ждать столько, сколько потребуется, — с готовностью отвечает Владимир.

Боже, да этот парень просто читает мои мысли! Отличная была идея скомпрометировать Анатолия, которому нужно было жениться на мне поскорее, чтобы укатить обратно в армию. Всё складывается так, что лучше и придумать нельзя!

Как же прекрасно, что я повстречала Лалу! Похожу ещё какое-то время в невестах, пойму, как вернуться домой, и не будет больше никакой Дарьи Алексеевны. А Даша Скворцова наконец-то вернётся в любимый двадцать первый век — к маме, папе, Саньку и Максу.

Анатолий не смеет ослушаться батюшку, и быстренько укатывает в армию Кутузова, а я снова начинаю наслаждаться положением невесты — хожу на балы и вечера, учусь манерам и ненавистному французскому. Учитель танцев и мадмуазель Дюбуа узнав о разрыве помолвки с Анатолием радостно распаковывают свои чемоданы, и удвоенной силой принимаются лепить из меня благовоспитанную барышню девятнадцатого века.

— Как хорошо, что свадьба отложена! — восторгается мадмуазель Дюбуа. — Разве можно вступать в брак с таким плохим французским?

— Рад, что у нас больше времени для изучения танцев! — радуется Павел Аркадьевич. — Вальс, менуэт и полонез требуют куда более долгого погружения!

Владимир не меняет ко мне отношения — всё так же ехидничает и подкалывает, и я делаю вывод, что он сделал мне предложение чисто ради того, чтобы в свете не было большого скандала. А так — ну сменила Дарья Алексеевна одного брата на другого, эка невидаль. Подумаешь, небольшая рокировка произошла. Некоторые дамы и раньше думали, что мой жених Владимир, настолько часто мы появлялись с ним на балах и вечерах.

В свете мы говорим, что бракосочетание планируется весной, и счастливые обладатели приглашений на нашу несостоявшуюся церемонию с Анатолием печально вздыхают — не скоро на свадьбе погулять придётся.

Но что я всё о высшем свете, дома я тоже замечаю кое-что интересное. Маринка, и Васька во время слежки за Анатолей неплохо сдружились, и это похоже на нечто большее, чем просто дружба. Но когда я делюсь своими наблюдениями с Маринкой, она, конечно же, всё отрицает.

— Полно вам, барышня, какая между нами может быть любовь? Так, вместе помогали вам вывести на чистую воду жениха-изменщика, вот и всё. Мы люди подневольные, и наша судьба — верно служить своим господам, а не шашни мутить, — отнекивается горничная.

— Но тебе ведь нравится Васька? — не унимаюсь я.

— Он хороший парень, умный, серьёзный, обстоятельный, — краснеет Маринка. — Как такой может не нравиться? Но будьте уверены, это совсем не то, о чём вы подумали!

— Почему ты так упорно отрицаешь то, что между вами есть взаимная симпатия? — недоумеваю я. — Это ведь так здорово, найти человека, который тебе подходит!

— Легко вам говорить, вы барышня, — печально вздыхает Маринка. — За кого хотите, за того и выходите, вон, и жениха сменили на того, что посимпатичнее. А мы — крепостные. Как господа скажут, так и будет. За кого захотят выдать замуж, за того и пойду.

Так и не добившись ничего от Маринки, почему-то думающей, что господа выходят замуж за того, кого хотят, я отправилась допрашивать Ваську.

— Васька, тебе нравится Маринка?

— Есть такое дело, — в отличие от Маринки Васька даже не пытается отпираться.

— И ты хотел бы с ней в будущем серьёзных отношений?

— Вы имеете ввиду законный брак? — уточняет лакей.

— Ну да, можно и так сказать, — киваю я.

— Хотел бы, если Маринка согласится. Помните о данном мне обещании?

— Помню, ты говорил, что однажды о чём-то меня попросишь. Уже придумал, о чём хочешь попросить?

— Да, у меня есть большая просьба. Я хотел бы получить вольную себе и Маринке. Пожалуйста, попросите господ подарить нас вам в качестве свадебного подарка. Я понимаю, что вы не настоящая дочь Елецких, но, думаю, они не откажут вашей просьбе, ведь вы так выручили их, заменив сбежавшую Дарью Алексеевну.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Обещаю, что когда будет подходящий момент, озвучу Марье Ильиничне твоё пожелание.

— Значит, договорились, — лицо Васьки расплывается в широкой улыбке. — А пока мы с вами, будьте уверены — поддержим в любом вашем начинании. Залезть в чужой дом, проследить за женихом — мы всегда готовы, тем более, жених у вас теперь новый, можно по-новому начинать слежку.