Планета свиней (СИ) - Волжский Максим - Страница 67

— Нет, извините. У меня много дел, — отказался от приглашения китайский кот.

— Земляк, я с тобой поеду, — согласился гибридный леопард Лео Пи, хотя его совсем не звали. — Но кабанов не берём. Только ты, я и наши девчонки.

Федоту стало стыдно за вульгарное поведение Шмаля. Хотя тот всего лишь работал — исполнял приказ князя: веселил, втирался в доверие, обольщал. Но договор подписан, значит, пора заканчивать балаган.

— Товарищ Шмаль, — позвал чёрного Мокрицин. — Нам срочно надо поговорить конфиденциально. Следуйте за мной, пожалуйста.

— И не подумаю! — фыркнул чёрный, обнимая белую кошку. Она нравилась больше других; как её имя он ещё не запомнил — то ли О Ли, то ли Ю Ли, то ли Отва Ли.

Кошка смущённо хлопала ресничками.

— Налей мне немного шампанского, малыш, — муркнула киса.

— Ты моя ты львица, — лизнул мордочку Шмаль. — Сейчас всё сделаю. Давай выпьем по капельке…

Гомвуль обошёл длинный стол.

— Тебе что сказали, хвост ты облезлый? — негромко, но весьма грозно зарычал волк. — Ты посол князя на переговорах или в блатной «малине» отсиживаешься? Встал и бегом к советнику. Быстро!

— А в морду не хочешь? — зашипел чёрный.

Он выпустил когти, готовясь выцарапать глаза Гомвулю, но вдруг услышал ласковый голос беленькой кошечки, поцеловавшей его точно в нос.

— Мне пора. Ночью встретимся, — шепнула она. — Встретимся здесь в этом зале ровно через час.

Шмаль в мгновение успокоился, решив всё-таки прислушаться к волчьему совету.

Для сибирского посольства выделили целый этаж. У котов была своя отдельная комната, у кабанов своя. Гомвуль и Мокрицин поселились отдельно. Сложив документы в специальный чемоданчик, Федот сразу уснул. Волк пристегнул дипломатический чемодан наручниками к лапе и прилёг на диван. Он долго лежал в темноте, ожидая сна. Почему-то вспомнился тигр, посетивший его ночью в Якутске. Гомвуль думал о громадном убийце и напарнике. Сможет ли Зубов найти преступника? Встретился ли он с Шульцем? Если да, то каков результат?

Волк нервно ворочался. Прошло больше часа, а он всё ещё не спал. Вдруг послышался шорох за дверью, будто в коридоре, кто-то крался. Волк принюхался. Медленно втянул ноздрями воздух, рисуя того или тех, кто мог оказаться за дверью.

— Федот… — шёпотом позвал волк. — Господин советник. Федот!

Нос редко подводил Гомвуля, хотя с настоящим звериным нюхом гибриды расстались, как только променяли лес на уютные комнаты в многоэтажках. Волк приготовил оружие, передёрнув затвор, и толкнул советника в плечо.

— Вставай!

Федот провалился в глубокий сон. Действовал алкоголь.

— Отстань от меня, чудовище… — отпихнул зубастую морду Мокрицин.

Ничего не оставалось, как прикусить человека за руку. Волк несильно сжал челюсти, достаточно, чтобы привести советника в чувство.

— Озверел ты что ли? — подскочил Федот. — Ты чего кусаешься, не наелся на ужине?

— Тише ты, — приложил к губам ствол пистолета Гомвуль. — За дверью тигры.

Мокрицин встал с кровати, быстро оделся. Он не чувствовал запаха зверя, но слова полицейского мобилизовали его. Теперь Федот в любую секунду готов трансформироваться в человека, впавшего в «ярость».

— Ты не ошибся?

— Это военные. Китайские. Думаю, убьют они Хеи Мау. Не нужен им мир. Это переворот, — успел шепнуть Гомвуль.

Дверь открылась. Зажёгся свет. В комнату вошли трое: два громадных тигра и невысокий человек, одетый в защитный комплект брони. В руках он держал лазерную пушку, за спиной крепился щит, похожий на панцирь черепахи. Из коридора, где также было светло, слышались голоса других людей.

— Без резких движений, господа. Моё имя Ксяо Ци, — представился щуплый азиат и тут же предупредил Гомвуля. — Убери оружие, волк.

Гомвуль бросил пистолет на пол. Сопротивляться закованному в броню человеку не имело смысла.

Азиат обратился к Мокрицину:

— Вам, господин советник, советую быть осторожным с препаратом Вар-250. Моих друзей в здании ровно тринадцать. Мы серьёзная сила. Не нужно впадать в «ярость».

— Я знаю, на что способен отряд вооружённых в броню.

Федот недавно участвовал в подавлении бунта и отлично помнил, на что способна группа разгневанных людей.

— Мы найдём общий язык, — улыбнулся Ксяо Ци.

— Несомненно. Только ответьте, что происходит? Кто вы такие? — спросил Федот.

— Проявите капельку терпения и останетесь жить. Но чтобы не держать вас в неведенье, ответственно заявляю: договорённости Страны Сибирь с бывшим китайским ваном Хеи Мау денонсированы новой властью, которую мы и представляем. Ваш друг в волчьей шкуре верно подметил — это переворот.

Обидеть посла, это нарушение дипломатических обязательств. Угрожать человеку, а тем более применить силу или убить, это преступление, узнав о котором, весь мир возненавидит убийц, приравняв их к террористам. Потому Мокрицин был спокоен за своё будущее. А вот на жизнь помощников: волка, двух котов и в особенности творческих кабанов, он не поставил бы и просроченной сыворотки — ни одной таблетки.

— По какому праву задерживаете нас? — задал вопрос Федот. — Требую немедленно отпустить всю делегацию сибиряков и сопроводить до границы.

— Вас ничто не держит. Вы свободны, советник, — просто ответил Ксяо Ци. — Но как далеко вы сможете уйти? В армию поступил новый приказ: наступать на всех участках соприкосновения с врагом. Не хочу огорчать вас, но линия фронта прорвана. Сибирские дивизии бегут. Потери немыслимы. Это означает, что через несколько дней мы будем в Якутске. Понимаете? Мирный договор устарел; нам не нужны союзники или плаксивые вассалы. Страна Китай проглотит Сибирь, как дракон лягушку. Потому вам лучше остаться здесь. Пока мы рядом, вы в безопасности.

Гомвуль всё понял — речь идёт только о Федоте Мокрицине. Волчья судьба повисла на волоске. Полосатый гигант, стоящий за спиной азиата, ярко демонстрировал опасность, грозящую волку.

— Узнал меня? — спросил тигр. Говорил он негромко, но как всегда убедительно.

— Ковач? — зарычал Гомвуль, вспомнив ночной визит и того, кто навещал его в Якутской квартире.

— Он самый, волчонок. Он самый…

Но как военный, служивший в сибирской армии, оказался на стороне врага, причём в стане мятежников?

— Предатель, ты нарушил присягу, — озвучил очевидный факт Гомвуль.

— И что с того? — приблизился к волку тигр. — У меня свобода в крови. Она кипит словно раскалённая сталь. Она мне лапы жжёт. Для меня писанная людьми клятва, что лопух, которым я подтираюсь по утрам. Тебе, серый, пора бы знать, в чём различие между нами. Я вольный зверь, а ты обычный раб. Если ты служишь людям, пьющих кровь своих граждан, то почему я не должен жалеть тебя?

Ковач сжал кулаки. Послышался хруст костяшек его пальцев. Он отвернулся и задумчиво произнёс:

— Ты не нашёл убийцу моих братьев, а ведь обещал, что непременно закроешь дело. Значит, ты обманул меня…

— Не спеши. Не сейчас, — остановил тигра азиат и, подумав, добавил: — Хотя… хотя зачем я мешаю тебе?.. в чём мой резон? Ты свободный воин. Так делай, как знаешь.

Ковачу словно дали отмашку. Он взмахнул лапой и нанёс удар, лишь кончиком острого когтя, зацепив форменный китель волка. Гомвуль опустил взгляд на грудь. Увидел кровь, стекающую вниз.

— Забери у него чемодан с документами, — приказал тигру азиат в броне.

Ковач толкнул волка, и Гомвуль рухнул на спину, словно ему перебили колени.

— Стойте! — крикнул Федот, испугавшись, что тигр оторвёт волчью лапу, пристёгнутую наручниками к ручке дипломатического чемоданчика. — Подождите господа, у меня есть ключ.

Мокрицин протиснулся мимо гигантской кошки, склонился над Гомвулем и расщёлкнул замок.

— Эх… стоило ли убивать моего помощника? К чему бессмысленная смерть? — передавая чемодан с документами, сожалел о гибели волка Федот.

— Плата за несбыточные обещания, — сказал тигр. — К тому же мне не терпелось кого-нибудь прикончить. Я всегда нахожусь в состоянии жуткой ярости. Только научился не выдавать себя. Ты придумай для меня таблетку, советник, тогда я перестану убивать просто так.