Письма в пустоту (СИ) - Ино Саша - Страница 48

Диего, я просто не выдержал.

— Да, что я могу поделать? — буквально закричал я на Джорджа, ударяя себя кулаком в грудь, — Что? Да, я такой! У меня не было шанса выбирать… Какого ответа ты от меня ждешь? Да, я тупое животное… Я выполняю команды, так легче, легче, легче… Легче… — я перешел на шепот.

— Хочешь ее? — Гленорван качнул головой в сторону ресторана, я понял, что он намекает на свою спутницу.

Я отрицательно мотнул головой.

— Излишне. Я не доедаю крохи с барского стола.

— Какие мы гордые! — цыкнул Джордж.

— Жалость излишня. Я не имею права…

— Раб, — констатировал американец. И полный высокомерного презрения юркнул обратно в здание.

— Стоять! — исступленно закричал я, догоняя его у самого входа.

— Что надо? — он обернулся и в остервенении сморщил лоб.

— Да кто ты такой… — сорвалось с моих губ, я осекся, — Разве…

Я поднял глаза на Гленорвана, он спокойно ждал.

— Разве женщина, любая женщина… Смогла бы полюбить такого, — я провел по груди рукой, и мне стало омерзительно тошно от своего тела, — Такого…

— Ну, продолжай, Альентес, — холодно поторопил меня Джордж.

— Разве может полюбить женщина, такого мужчину, как я? — выпалил я.

Сначала реакции не последовало, Джордж замер, удивленно приподняв бровь, но через долю секунды из его груди вырвался смешок, сначала глухой, а потом нарастающий в необузданный гогот.

— Извини, Альентес, — проговорил Гленорван, утирая слезы смеха, — Но ты…

Он снова расхохотался.

Я даже отступил от него, мне стало неприятно, ведь ничего смешного я не сказал.

— Альентес, прости, но ты не мужчина… — Джордж снисходительно улыбался.

Мне хотелось ответить, но я не нашел нужных слов. Их просто не было… На меня вдруг обрушилась вся справедливость фразы моего врага, так запросто брошенная мне в лицо.

У меня внутри все сжалось, так больно… Нет, Диего, не подумай, я не нытик и не привык жаловаться, да я и сам знаю, что меня едва ли можно назвать мужчиной или причислить к сильному полу, но когда это говорят другие люди, так спокойно и надменно пережевывая слова, становится обидно…

Я не заметил, как осел на землю. Только глухой звук удара чехла с Реновацио об мрамор пробудил мое сознание. Получилось, что я стою на коленях перед своим врагом, подобно восковому манекену, и только холодный ветер лохматил мою челку.

Я словно замер в покорном подчинении, принимая его оскорбительные слова.

Гленорван не был моим хозяином, но он заставил меня преклониться перед собой. Да, Диего, он победил меня… Я понял это в тот самый момент, когда одной только фразой Джордж разделил нас бездной. Он действительно являл собой истинную мужественность, абсолют мускулинной энергии, а я… Я собака, раб, моральный евнух, всегда ниже и гаже. Диего, я воистину гадок…

— Не принимай близко к сердцу, — мгновенно протрезвевший Джордж теперь улыбался своей обычной ухмылочкой, — Я же твой враг, мне положено тебя поддевать…

Я отвернул лицо, снег на бордюре покрылся серой коркой от выхлопов проезжающих машин. Нет, окружающая картина меня не волновала, просто мне не хотелось смотреть Гленорвану в глаза.

Даже Акведук оказались чище меня, так унизительно…

— Знаешь, — задумчиво изрек американец, — Я сейчас расплачусь и мы поедим в другой ресторан.

Мне было все равно.

— Под «мы» я подразумеваю нас с тобой, — подмигнул Джордж.

— Что ты хочешь со мной сделать? — обреченно спросил я.

Гленорван рассмеялся, но в его голосе сквозили нотки наигранного веселья.

— Я? Да ничего. Мы же можем просто посидеть в тихом месте и поговорить. Разве один обед помешает нашим крайне недружественным отношениям? К тому же я не прошу предавать орден… Ну, что поехали? В счет твоего сегодняшнего поражения.

Я кивнул, прекрасно понимая, что он врет, замышляя очередную жестокую интригу, но я не собирался противиться. Я действительно проиграл и, как трофей, перешел в руки победителя.

— Вот и ладно, — кивнул Джордж.

На секунду мне показалось, что в его голубых глазах проскользнуло сожаление, но ведь это всего-навсего иллюзия моего отнюдь не здорового разума.

Диего, спросишь, почему нездорового?

Ну, на самом деле ответ очевиден. Смотри…

Из всех цветов я выберу ярко-малиновый, в тексте я сделаю пометки красным карандашом, в моем шкафу есть сторона сутан с торчащим ворсом, и сутан с приглаженным, носки я собираю пирамидками, и не дай бог, если одна из них покосится… Непорядок! Если мне выпадает сложное задание, и у меня нет возможности мыть руки каждый час, я нервничаю. Ко всему прочему, у меня тяжело прошел пубертатный период, я не осмысляю себя как личность и разговариваю письмами, которые бесконечным конвейером уходят в пустоту…

Как-то ненормально это… Не находишь?!

Ой, ладно, отвлечемся от моей личности…

Пока я просиживал время на асфальте ко мне с двух сторон подходили странные фигуры. Два парня в пуховых куртках и парочка в пальто. По глазам незнакомцев я понял, они из Акведука! Тайные лезвия, скрытые у них в рукавах, позволяли нанести мне незаметный, но смертельный удар. Мой же Реновацио ввиду своих габаритов не мог ответить взаимностью.

Я спешно ретировался во внутренний дворик.

Если с виду ресторан выглядел солидно, то двор отличался обшарпанной простотой столичного запустенья. Под прекрасной облицовкой фасадов скрывались потрескавшиеся бетонные строения, пугающие забытьем когда-то бурной эпохи.

Но рассуждать на тему быстротечности времени, я не мог. Акведук не дремали!

Ворвавшись во двор, я мгновенно расчехлил Реновацио, завывшего сталью по плитам бордюра. Диего, промедли я, и оказался бы мертв… На меня сразу обрушились два парня в куртках. Один из них оказался филиппинцем, или кем-то на подобии, за капюшоном я и не разглядел. Он атаковал меня крюком, который отражал его смешные, выступающие из-под верхней губы зубы.

Второй противник не отставал от коллеги. Его тонкий звонкий меч доставлял массу хлопот Реновацио.

Но мы с моим кровожадным другом не сдаемся.

Я понял стратегию противника. Не зря Акведук атаковали меня парой, по их расчету один должен был сдержать Реновацио крюком, второй нанести мне колющий удар прямиком в сердце.

Ха! Не тут-то было…

Я ловко схватился за крюк и потянул парня на себя. Законы физики мне помогли, враг по инерции повелся за моим движением. Напрасно! Мой локоть сломал ему шею. Не хитрая операция, учитывая вес, добавленный ломом.

Второй парень взвизгнул.

Он сделал вид, что отступает.

Я качнул на него Реновацио, однако противник оказался изворотлив. Парень проскользнул под моим железным мстителем и выскочил перед лицом, делая мечом выпад вперед. Моя реакция меня спасла. Я быстро, пока меч только совершал маневр, повернулся боком и, пропустив лезвие, погасил его удар, зажав между рукой и моим торсом.

Парень оказался в ловушке. Не теряя времени, я всадил острие Реновацио ему под ребра.

Теперь во дворе истекали кровью два трупа.

Ничего… тут не приходится выбирать. Или ты, или тебя… Ради Игнасио я должен побеждать.

Так-то, Диего.

Я озирался по сторонам. Чувство чужого присутствия меня не покидало.

Не зря.

Совершенно размеренной походкой, со стороны припаркованных во дворе автомобилей, ко мне подошел парень в пальто. Теперь его верхняя одежда была распахнута, и я увидел белое кимоно под ней. Образ довершала здоровенная катана, которую парень держал в руках. Однако его веснушки и курносый нос совершенно не гармонировали с утонченным боевым нарядом воинов востока.

Тем временем парень скинул пальто.

— Ты станешь моей 50-той розой! — грозно бросил мне противник.

Я отвел Реновация в сторону, сжимая его сталь двумя руками.

Диего, видишь ли, у меня принцип не болтать с врагами во время схватки.

— Готовься к смерти! — торжественным голосом грянул парень.

Он ринулся на меня с катаной наперевес. Я не собирался сходиться с ним. Реновацио звякнул по асфальту, и я ушел резко вправо, оказываясь сбоку от врага. Медлить было нельзя. Ударом ноги я оттолкнул парня, сбивая его атаку. Он вовремя спохватился, и умело сгруппировавшись, отпружинил от земли, бросаясь на меня с новой силой.