Eroge LV4: Сисек будет много (СИ) - Лазарев Виктор "grimuare" - Страница 6

Но кое-что важное я все же узнал, надо будет набраться терпения и переждать как-то эти полчаса, поужинать, передохнуть, набраться сил и… в бой? Не знаю, у меня в душе, словно страх поселился. Но нет, я говорю не о тряске поджилок от атмосферы жуткого дома прибывшего прямой дорогой из ужастиков, нет, я имею ввиду нечто вроде страха финишной черты. Я проделал такой путь ради спасения Микасы, но… почему мне так трудно сделать первый шаг к ее освобождению? Вероятно, из-за собственного чувства вины. Но я должен себя перебороть! Этой девушке нужно спасение, а моему члену срочно нужен отсос! Все, я готов, я решился, еще полчаса и… ужин нам принесли только через час. За этот час легкий мандраж, перерос практически в панику.

* * *

И вот час спустя, я услышал, как кто-то стучит, а вернее пинает дверь. Открыв ее, я увидел Тамао с подносом в руках.

— Извините, немного задержалась — без тени извинения ухмыльнулась она, ее очки съехали чуть в бок, но руки заняты подносом и она не могла поправить оправу.

— Ничего страшного, мы всего-то умираем с голоду — ответил я.

— Не обязательно вести себя как злюка и на все слова огрызаться. Могу дать удочку, если устраивает сервис, сами наловите себе ужин, зажарите и съедите.

— Просто поражаюсь вашим уровнем сервиса, не более того.

— Может вам не стоило покидать Осаку в таком случае? Там много гостиниц где сайты обновляют вовремя, а ужин приносят вовремя, если вам не нравится, вы можете съехать.

— Тамао! — рявкнула ее мать, которая проходя по коридору, стала свидетельницей этого разговора — хватит уже доставать гостей!

— Прости мама… — она всучила мне поднос с едой в руки — как поедите — оставьте поднос в комнате, утром мы убираем в номерах и заберем его, а сейчас — развлекайтесь.

Не понимаю я эту девчонку. Она явно не любит свою работу, но чего она тогда тут забыла? Видимо мать заставляет ее тут работать, вот она и бесится, срываясь на клиентах. Чертов бардак! Чтобы я еще хоть раз выехал за границы Осаки, и ну может Токио? Ни за что! С меня хватит деревень!

Забрав поднос и закрыв дверь, я поставил его на небольшой низкий столик и мы осмотрели нехитрый ужин. Чай зеленый две кружки, оякодон две штуки, рыба в большой миске одна штука, соевый соус в пиале — одна штука.

Мы проделали большой путь, и на время забыли о голоде, но едва увидели еду перед собой, как животы заурчали, слюна потекла, а живот стало заметно сводить от голода.

— Итадакимас! — произнесли мы синхронно, разломали соединенные между собой палочки и принялись за еду.

— Хм… этот оякодон… я хотел попробовать его в иной версии, если ты понимаешь, о чем я… — я попытался пошутить, потом понял, что передо мной не Лина, Юлия и даже не Саори, с которыми данная шутка могла быть уместной, а значит, моя шутка может быть весьма оскорбительной, но Микаса и глазом не повела, продолжая активно работать челюстями, будто милая пушистая белочка нашедшая орех. Хоть в чем-то проклятье оказалось полезным.

— Хм… они пожарили резанный лук и чеснок на соевом соусе без масла, добавили курицу и залили все сверху яйцом, после положили это дело на подушку из риса… — с уверенностью эксперта заявил я — даже мирин не добавили, никаких специй, интересных соусов. Рис довольно дешевый. Я когда жил в общаге больше года такой жрал каждый день, и вкус узнаю с закрытыми глазами, особенно с таким же дешевым соевым соусом. Это даже не концентрат. Курица жестковатая и немного сыроватая, ее будто не раз замораживали и снова размораживали… лук… обычный… чего-то не похоже, на самые свежие продукты выращенные на собственном хозяйстве.

— Больше, похоже, что они совершают набег на ближайший супер-маркет или магазин комбини (магазин, где продают готовые блюда, типа полу-фабрикаты, в них используют столько всяких специй и добавок, чтобы сделать пресную и дешевую фабричную еду более нормальной по вкусу, что по городской легенде если питаться их продукцией 20 лет, то в награду получишь рак) — сказала Микаса и ее губы, вернее их уголки едва заметно дрогнули.

— Рыба, хм… опробуем… — я взял небольшой кусочек рыбы палочками, немного обмакнул в соевый соус и попробовав, остался не доволен вкусом — лучше не используй соус, ешь ее так. Это точно консервированная рыба. Вся в масле и жутко соленая. А с соевым соусом это вообще ужас… я столько соли сожрал за этот ужин, что к утру меня раздует от отека — мрачно пошутил я, хотя это скорее лишь на половину было шуткой.

— Чай из пакетиков — Микаса перехватила инициативу в кулинарных обзорах, и вынесла свое мнение.

— Хм, и как это поняла? — мне наплевать как, хотя она и права, просто, раз уж она сама решила поддержать разговор, надо разговорить ее, пусть говорит побольше. Думаю, проклятье станет слабее, если она сама начнет проявлять инициативу.

— Ни одной чаинки. Но мне нравится. Когда я стала идолом, приходилось поддерживать этот образ, я давно не ела такой простой и незамысловатой пищи, чай в пакетиках… хах… столько времени надо тратить на заварку чая и всю эту чайную церемонию, пакетики действительно удобная вещь… я не хочу часто так питаться, но сейчас эта дешевая пища… это словно ностальгия… — она замолчала, и улыбнулась, но через несколько секунд ее улыбка и хорошее настроение испарились.

— Однако, нас и тут объе… объегорили. Обещали свежие продукты, а на деле? Я такие, в соседском супер-маркете могу купить… — я с легким прищуром смотрел за реакцией Микасы и та отсутствовала, совершенно кукольное лицо без эмоций — …впрочем наелись, и то хорошо… устроить разнос за ложную рекламу, я могу и позже.

Убрав поднос я приблизился к Микасе, девушка смотрела, не сводя с меня глаз. Я поднял было руку, но замер. Сперва нужно сделать еще кое-что, в попытке потянуть время и отдалить время до начала «основной работы»:

— Микаса… давай поговорим, ладно?

— Хорошо — легко согласилась она.

— Я бы хотел узнать, что ты… черт как же я смущаюсь… как ты ко мне относишься? Что ты обо мне думаешь?

— Казума… это мой хозяин. Я должна следовать его приказам, и тогда он доставит мне много удовольствия… так, да? — как-то неуверенно ответила она

— Но что ты думаешь обо мне, как о человеке?

— Казума… то есть ты… мне нравишься… я считаю тебя милым и заботливым, но не уверена… что люблю… тебя… но рядом с тобой, сейчас… мне хорошо, будто… я… будто я под защитой. Это успокаивает.

Микаса, она такая милая… у меня от сердца по всей груди разлилось приятное теплое чувство. Я хочу ее защитить, хочу ее спасти, и еще сильнее хочу трахнуть этого ангела во плоти! Иметь ее до тех пор, пока она не сойдет с ума от удовольствия! Все, хватит ждать! Время пришло!

Глава 6 Микаса 4 — Черная кошка

— В этой одежде так трудно дышать — не успел я ничего сделать, как Микаса развязала пояс тонкого и легкого кимоно, пояс был развязан, полы юкаты разошлись в сторону, открывая взору ее большие налитые кровью и порозовевшие от жары груди — да… так проще…

— Ты ведешь себя так нескромно — усмехнулся я, на мгновение, потеряв былую решимость, но она мгновенно парировала — хозяин, так нерешителен, что мне самой нужно сделать первый шаг.

Она снова попыталась улыбнуться, но ее улыбка через мгновение пропала. Похоже, даже сила юности, вся энергия и бойкость этой заводной девчонки не может пробить цепи проклятья, что опутали ее.

— Я взяла с собой ту вещь, о которой ты просил… — она на мгновение закрыла глаза, стараясь перебороть сильное смущение, что внезапно овладело ее телом, после опустившись на корточки перед сумкой, с личными вещами, которые она принесла с собой из Осаки, она извлекла немного потрепанный и потертый собачий ошейник, я уже видел эту штуку раньше. Она подошла ближе и протянула мне его двумя руками, словно подавала на ознакомление визитку. Я с благодарностью принял эту странную вещь, а Микаса повернувшись ко мне спиной приподняла волосы, собирая их с шеи, она ничего не говорила, но ее действия стояли тысячи слов. Нервно сглотнув, я сделал шаг вперед и обернул ошейник вокруг ее тонкой шеи, она была сильно возбуждена, горячая кровь приливала по всем чреслам ее тела, и кожа стала нежно розовой. Это было не стеснение и даже не возбуждение, а самое настоящее проявление животной первобытной похоти.