Превозмоганец-прогрессор. Дилогия (СИ) - Серг Усов - Страница 30

Родители Тании, как и её мужа Дара Молса, умерли в год, когда не только в Ливоре, но почти на всём континенте свирепствовал мор. Они оставили своим детям приличные состояния, позволившие закупить необходимое для магических инициаций и умений количество пепла от сожжённой печени наргов. На это ушло больше трёх четверти доставшегося Молсам наследства, однако, за возможность стать иск-магом и получить хотя бы умение Лечение, никто никогда денег не жалел — даже самые прижимистые купцы или феодалы без всяких сомнений и сожалений изымали из оборота необходимую сумму, как только она позволяла приобщиться к магии. Крим Рой — наглядный пример — феод и замок представляют из себя жалкое зрелище, зато сам барон весь в рисунках из магических линий.

Молсам ещё сильно повезло. В тот год, когда они становились иск-магами, на побережье выбросилось в полтора раза больше наргов, чем обычно, а из-за отбушевавшей эпидемии, унесшей жизни почти половины жителей королевства, спрос на инициацию в иск-маги резко упал.

Сам ритуал обретения ею магии Тания помнила смутно — когда её уложили на каменный стол в подземной комнате храма Порядка, затем, посыпая тонкой струйкой пепел печени нарга нанесли на верхней части живота рисунок, и восемь природных магов, стоявших вокруг этого стола, направили на неё свою магическую энергию, то она впала в бессознательное состояние. А когда пришла в себя, то в районе её солнечного сплетения уже проступал рисунок — Тания позволила своему напарнику его подробно рассмотреть — в виде тёмно-бордовой восьми лучевой звезды неправильной формы, а сама инициированная стала видеть магию у окружающих и любые заклинания.

После ритуала Молсы могли выбрать себе для внедрения то, что считали наиболее для себя нужным из трёх с лишним десятков известных в храмах Ливора магических умений.

Организм Тании смог принять десяток, а вот Дара — только четыре. Отчего зависят возможности человека в восприятии магии, не знал никто.

Стоило обретение каждого умения почти столько же, сколько и сама инициация в иск-маги. Самое обидное, не только для Молсов, было то, что жрецы за не воспринятое телом заклинание денег назад не возвращали.

Приобщение к магии обошлось молодым супругам очень дорого, но они о потраченных средствах нисколько не пожалели и рассчитывали удачной морской экспедицией на запад восполнить понесённые затраты. Вот только, с часто свойственному молодости авантюризму влезли в долги — Егоров, узнав, какие здесь конские берут проценты в треть, а то и половину занятой суммы в год, чуть, как говорили иногда в оставленном им мире, в осадок не выпал.

В гибели своего мужа Тания нисколько не сомневалась. Не то, чтобы они любили друг друга до беспамятства — их брак устраивался ещё живыми родителями исключительно по расчёту — но отношения сложились уважительными, и по возвращении Дара, они даже запланировали ребёнка. То, что муж не только не вернулся, но и не прислал за три года ни разу весточки, для Тании говорила само за себя.

Оставшихся у неё средств и денег, полученных от продажи магазина, двух лавок, раба и четырёх рабынь, напарнице хватило, чтобы два года выплачивать проценты за взятую ими с мужем ссуду. На третий год даже продажа особняка её бы не спасла — Танию Молс ждала долговая яма и потом рабство, с большой долей вероятности, пожизненное, спасти от которого мог только штандарт королевской армии — Ливорский король Верниг Второй воевал часто, боевые потери — не только солдат и офицеров, но и магов — войска несли постоянно, так что, почти на любые преступления рекрутов, кроме тех, что против короны или бегства из рабства, смотрели сквозь пальцы.

Иногда — правда, подруга считала это всё же недостоверными слухами — вроде бы принимали на службу во вспомогательные подразделения даже беглых крепостных, сумевших добраться не пойманными до вербовочного пункта.

— Мы никуда дальше не едем, Тания, — потянувшись, Игорь посмотрел на подругу, уже что-то кошеварящую у костра, — Магия магией, но тебе хотя бы немного тоже надо поспать, — попаданец вскочил с ложа — второе им так и не понадобилось, а ведь он старался, отделяя для напарницы ветки погибче и с бОльшим количеством листвы, чтобы ей было помягче, — Ложись, это приказ.

Заклинание Лечение явно ещё и восстанавливало, как и Восстановление немного подлечивало. Так что, скорее всего, полученное накануне Игорем лечение стало результатом того, что он чувствовал себя необычайно бодрым, хотя проспал-то чуть более пары часов.

Пока Егоров умывался у ручья, Тания накрыла ему завтрак и без споров улеглась отдыхать.

Игорь хотел дать подруге поспать подольше, но у той, как и у него за время службы, видимо, в голове имелся встроенный будильник, и она проснулась, как только солнце полностью взошло над горизонтом и его лучи настойчиво пробились через густую листву ограждавшего беглецов леса.

— Да уж, небольшое совсем баронство-то, у Крима Роя, — заметил Игорь, когда они миновали межевой знак, — Считай, за день неспешной езды от замка до его границы доехали.

— Может, в другом направлении ехали бы и дольше, — ответила Тания, — Замки ведь не обязательно по центру владений стоят. А вообще, эта тварь считается крупным землевладельцем. Есть баронства и намного меньше.

Они уже въехали во владения лэна Агана Машвера, у которого — как слышал попаданец — в собственности не было ни одной деревни. Жил лэн только доходами с моста, поделок замковых ремесленников и нескольких стад коров и свиней.

— Подумаю и, может, тоже обзаведусь своим баронством, — пошутил Егоров, — Хоть и небольшим. А уж важным и богатым я его сам сделаю.

— Даже не мечтай, Игорь, — хихикнула Тания, у которой после прошедшей ночи появилось несколько покровительственное выражение на лице. Попаданец иногда замечал за женщинами, что те, оделив мужчину лаской, начинают считать его чем-то вроде личной собственности. Не все, конечно, но многие, — Бароном тебе не бывать. И графом или герцогом тоже. Даже просто дворянином не стать.

— Это почему? Рожей, что ли, не вышел? Прямо обидно слышать такое.

— Лицом-то ты вышел, и даже очень симпатичным, — продолжила веселиться иск-магиня, — Только, чтобы получить дворянство или титул, надо родиться в семье дворян или владетелей. Есть ещё вариант выслужить это всё у короля, но ты же, как я поняла, категорически против такого способа? Ой, Игорь, думаю, тут на развилке нам надо повернуть влево, иначе мы к концу дня упрёмся в замок Машвера, — она чуть притормозила своего коня, — Мы не на телеге, поэтому его мост нам не нужен, можно спокойно переправиться и вплавь. Я знаю тут недалеко место, где Вая разливается широко, там будет удобно. Мы с мужем как-то с ярмарки через тот брод возвращались. Даже фургоны свои смогли переправить.

Бывший спецназовец упрямо мотнул головой.

— Нет, Тания, едем прямо, — сказал он, не останавливаясь, — Ты ещё не до конца осознала с каким упрямым типом связалась. Я заеду в гости к лэну. Он мне кое-что должен.

— Так он же направился на турнир, наверняка.

— И скатертью дорога, — пожелал Игорь, — Только, уверен, мою вещицу он с собой таскать не будет. А мне она очень дорога.

— Магическая? Артефакт? Мне даже интересно, что это за штука, ради которой ты собрался штурмовать замок. Ты знаешь, что у него вовсе не поселение, а обнесённая высокой стеной башня?

— Знаю, Таня, но мне пофигу, если честно, — попаданец отвязал бурдючок, в который он набрал чистой воды из ручейка, и отхлебнул пару глотков, — Нет такой крепости, которую не взяли бы большевики. А вещь та вовсе не магическая. Это часы, по которым я легко определяю время суток.

— Да? — иск-магиня с иронией посмотрела на друга — она, как и семейство Роев, не видела никакой ценности в дорогих Игорю "Командирских" часах, — Игрушка не нужная. Какая сейчас десятина дня, тебе любой ребёнок по лунам и солнцу скажет. Видишь, в чём-то наши дети превосходят монгольских. А как ты собираешься проникнуть в замок?

— По стене, как ещё-то? — пожал плечами попаданец, — В ворота же меня не пустят.