Превозмоганец-прогрессор. Дилогия (СИ) - Серг Усов - Страница 24

А ведь где-то Игорь уже читал про подобный метод землеройных работ. Где-то в истории Земли нечто похожее тоже было.

— Я сегодня первая пойду мыться, — заявила подруга, когда стемнело, — Тебе ведь только пару раз окунуться.

— Ага, — согласился Егоров, — Но ты мне хотя бы на эти пару раз время до восхода первой луны оставь. Знаю я тебя. Да, Тания, а это, магощит не смоется?

Иск-магиня только посмеялась и, встав на корточки, пролезла наружу между раздвинутыми досками.

Своё обещание обеспечить им обоим магическую защиту иск-магиня Молс выполнила в первые два дня их пребывания в свекольном сарае. Вначале она наложила заклинание на своего товарища, а затем на себя.

Магощит, по её уверениям, способен полностью защитить от четырёх ударов или воздействий заклинаний первого уровня, или двух второго, или одного третьего.

Сила магических воздействий у всех одарённых этого мира абсолютно одинакова, как и размеры резервов. От свойств человеческого организма зависело только максимально возможное количество заклинаний, которое тот мог усвоить. Вот тут у всех всё было по разному, — кто-то усваивал до полутора десятков, а кому-то, даже при наличии финансов, не удавалось принять и трёх. Тания владела десятью, а её муж — как она была уверена, погибший — смог принять только четыре.

После инициации, ставший иск-магом человек сам выбирал, какие из нескольких десятков известных в этом мире магических умений и в какой последовательности усваивать. Стоили заклинания одинаковое количество денег, просто потом, каждое из них, в зависимости от того, к какому кругу относилось, забирало при применении определённое количество энергии из резерва.

К примеру, у напарницы имелись в её арсенале и Огнешар, и Молния. Первых она могла до опустошения резерва создать десять, а вторых только две. Зато от Молнии, не защищённый магощитом или амулетом противник не имел никаких шансов спастись, а от Огнешара опытные бойцы, ожидающие магического нападения, умели уклоняться.

Применение же заклинаний последнего, третьего, круга, вроде Магощита или Дрожь земли, истощало резерв одарённого в ноль уже при однократном применении. Полное восстановление магической энергии тоже у всех магов занимало одинаковое время — половину суток.

Про возможность получить себе антимагический амулет Егоров конечно же поинтересовался. Иск-магиня Молс умела их изготавливать, как и другие одарённые. Правда, для этого требовалось много времени — почти полный здешний месяц или восьмушку, как тут говорили — и драгоценный камень, размером с ноготь большого пальца руки. Зато такой оберег выдерживал почти в десять раз больше магических ударов и воздействий. И его потом можно было подзаряжать энергией у любого одарённого — прирождённого или инициированного.

Тания пообещала своему новому иноземному другу обязательно такой амулет сделать, как только выберутся отсюда и разживутся нужным камнем. Егоров по этому поводу уже дополнил намерения вернуть свои дорогие вещи мыслью экспроприировать у барона Крима Роя или его дружка лэна Агана Машвера заготовку под артефакт.

— Как ты меня в прошлый раз называл? Эгоисткой? — поинтересовалась подруга, вернувшись с купания примерно за полчаса до восхода первой луны, — А я, как видишь, только о тебе и думаю.

— Спасибо, Таня, ты настоящий друг, — Игорь пожал подруге запястье и направился к реке.

Никаких ощущений от того, что на него наложен магощит он не испытывал совсем. Только в момент магических манипуляций напарницы попаданец чувствовал лёгкую щекотку и немного тепла в районе груди.

Иск-магиня осталась дежурить первой и единственной. В том смысле, что своего друга она ночами вообще не будила. Короткого сна днём Тании вполне хватало. Может, она и в самом деле в той вонючей яме на всю жизнь отоспалась?

Приглядывать за поселением-замком в ночное время иск-магиня так и выползала на заросший холм, а на недовольное бурчание Игоря, заявляла, что таких наблюдательных типов, как он, в дружине барона Роя явно нет, а тем более среди его рабов.

Хотя сердце достаточно опытного спецназовца такое отношение к дисциплине и правилам маскировки и скрыта сильно коробило, настаивать на выполнении своих первых указаний он не стал.

Если честно, Игорю, когда он увидел, с каким наслаждением подруга вдыхает воздух свободы, стало Танию банально жалко — через такой мерзкий отрезок жизни ей пришлось в той яме пройти — да и, по зрелом размышлении, вспомнив свои впечатления об аборигенах этого мира, Егоров согласился с утверждением напарницы о безопасности её выползания из укрытия даже при светлой белой ночи.

— Рота, подъём! — скопировала Тания фразу друга, которой будилась им сама, — Всё семейство барона и их близкие помощники уже в храме.

Называть тот дом-строение жреца храмом на взгляд попаданца было слишком пафосно, но тут так принято. Везде, где молятся Порядку или Хаосу, там и храм.

Никакого колокольного звона или призывов жреца слышно не было — Порядок любил тишину. Это в храмах Хаоса, по словам Тании, дудели по утрам в какие-то трубы. Но вот барон Крим Рой выбрал своим покровителем более спокойное божество, а, раз тут действует принцип "чья власть, того и вера", то и остальные обитатели поклонялись Порядку.

— Слушай, по моему они не угомонились черти.

— Дай я посмотрю, — напарница толкнула Игоря в плечо, и тот уступил ей место у их наблюдательного отверстия, — Нет, — сказала она, посмотрев на происходившее возле храма, — Очевидно, что там не на наши поиски собираются.

Находившаяся в тридцати-сорока метрах от их убежища маслобойня немного загораживала вид на выход из храма, поэтому понять, что там реально происходит, было крайне сложно, но — Тания кажется права — на очередную постановку задач совсем не походило.

Совсем скоро беглецы увидели возвращавшихся от храма старшую молочницу со своими работницами — выходные дни рабам не полагались — которые шли удивительно в хорошем настроении. Все предыдущие дни старшая, видимо, тоже получающая периодические нагоняи от управляющих баронским хозяйством, отрывалась на девушках, часто лупила их, почём зря, что обычно на эту тётку похоже не было — Игорь, таская сюда воду, сложил о ней впечатление, как о совершенно спокойном и уравновешенном человеке. Ну, да, довести можно любого.

— Жалко, что нет заклинания, позволяющего подслушивать разговоры издалека, — посетовал Егоров, — Сейчас бы многое узнали.

Иск-магиня никак не стала комментировать мысли вслух своего друга.

— Я немного вздремну. Надеюсь, скоро прояснится, что там барон задумал, — зевнула она от души.

Прикрывать рот ладошкой во время зевания тут не было принято, поэтому, Игорь увидел два полных ряда белых зубов, с чуть выдающимся вперёд левым клыком.

Проспала Тания, и в самом деле, совсем мало, примерно часа полтора, и вновь присоединилась к Егорову в наблюдении за происходящим. Очень скоро иск-магиня всё поняла.

— Совсем я в этой яме мозгами закисла, Игорь, — она уселась попой прямо на земляной пол сарая, даже не удосужившись что-нибудь подстелить или положить, — Следующая пятидневка, она же центральная лета!

Попаданец тоже сделал шаг от стены, поднял кусок доски, предложил ей приподняться и сесть на деревяшку. Когда она без споров это сделала, пристроился к ней рядом.

— Объясни.

— Ты даже этого не знаешь? — напарница посмотрела на него и, наткнувшись на намеренно равнодушный взгляд, смутилась, — Извини, мне не нужно забывать, что ты из Монголии, и ещё с полки упал. В общем, с завтрашнего дня будут две пятидневки идти турнир и брачные смотрины. Сволоч Крим большой любитель помахать турнирным мечом, а его уродинка Эфра — переросток, которой давно пора замуж.

— В шестнадцать лет переросток? — уточнил Игорь.

Комментировать внешность младшей баронессы он не стал. Как по нему, так жестокая мерзавка вполне симпатична, хоть и свинья характером. Только зачем спорить с подругой по таким мелочам? Явно ведь у неё личная неприязнь к дочурке пленителя.