Хризантема с шипами - Росси Делия - Страница 4

– О чем вы, госпожа Пенси? – низким, почти мужским голосом прогудела госпожа Даллен.

Да она и внешне походила на мужчину – высокая, крепко сбитая, в фетровой шляпе с узкими полями и длинным, грубоватым лицом. Настоящая гренадерша.

Госпожа Даллен окинула меня подозрительным взглядом, перевела его на Мэри и только потом посмотрела на хозяйку лавки.

– Да вот я нашей гостье говорю, что Кранчестер – лучший город в графстве. Как ваше имя, кстати? – спросила меня старушка, и ее улыбка стала чуточку извиняющейся.

– Александра Эйден, – ответила я, подумав про себя, что не ошиблась в своих расчетах.

Уже к вечеру общество Кранчестера будет знать все, что я готова о себе рассказать.

– И что же заставило вас уехать так далеко от Уинтона? – поинтересовалась госпожа Пенси.

– Моя матушка не так давно умерла, и мне стало невыносимо находиться в нашем старом доме, где все напоминало о ее любви.

Я вздохнула, вспомнив маменьку. Та покинула этот мир девять лет назад, но мне ее до сих пор не хватало. Особенно сейчас, когда я осталась совершенно одна.

– Ох, какое несчастье! – воскликнула госпожа Пенси и всплеснула руками, а взгляд госпожи Даллен стал чуть менее подозрительным.

– Друг родителей, полковник Бартен, очень хвалил ваш город, и я подумала, что смогу начать тут новую жизнь.

– Полковник Бартен? О, так вы с ним знакомы? – удивилась госпожа Даллен, и недоверие полностью исчезло из ее глаз. – Очень достойный господин, – одобрительно заметила она, и я поняла, что только что получила пропуск в местное общество.

– Госпожа Эйден, мы с дамами собираемся по средам в моем доме на улице Майского дерева. Буду рада видеть вас у себя, – благожелательно добавила «гренадерша», и ее лицо осветилось приветливой улыбкой.

– Благодарю, госпожа Даллен. Я обязательно приду. Всего доброго, ари. Рада была познакомиться.

Я попрощалась с дамами, кивнула Мэри, указав ей глазами на пакет, и вышла из лавки. Служанка, прихватив покупки, заторопилась за мной.

– Хорошего вечера, госпожа Эйден! – неслось нам вслед. – Приходите еще.

Дверь булочной со скрипом закрылась, отрезая ароматы сдобы и ласковый голос госпожи Пенси, от церкви послышался мелодичный звон часов, а по улице, в сторону пожарной каланчи, промчался всадник на породистом вороном. Я только и успела разглядеть модный бархатный сюртук неизвестного господина, как он свернул на Арчер-роуд и скрылся из глаз. В душе шевельнулось беспокойство. Чем-то зацепил меня этот незнакомец. То ли слишком дорогой для глухой провинции одеждой, то ли ее зловещим черным цветом, то ли необъяснимой аурой власти, исходящей от крупной фигуры.

– А теперь куда? – спросила Мэри, и я снова подумала о том, что не мешало бы поучить ее, как должна вести себя хорошая служанка.

Хотя, с другой стороны, что мне делать в обществе молчаливой бессловесной тени, от которой кроме «да, госпожа» и «нет, госпожа», ничего не услышишь? Стоило признать, Мэри скрашивала своей непосредственностью мое одиночество. Так что скучать с ней не приходилось.

– К мяснику. А потом к молочнику и к зеленщику. Будем налаживать отношения с местными поставщиками.

Так мы и сделали. Итогом нашего похода стал неплохой кусок грудинки, головка сыра, пакет с фруктами и корзина овощей. А еще договоренность о доставке молока и мяса в Бузинный коттедж. Ну и полезные знакомства, разумеется. Мясник Карсон, например, порекомендовал отличную кухарку. И даже подсказал, где ее искать. А зеленщик Хант посоветовал хорошего садовника. «Уж больно у вас кусты бузины разрослись, скоро дверь не откроете», – с сочувствием заметил он, укладывая в корзину для овощей пучок салата, шпинат, стручки фасоли, несколько картофелин и лук порей.

– Ловко у вас с покупками вышло, госпожа Эйден, – заявила Мэри, торопясь за мной по звонкому булыжнику мостовой. – Никогда бы не подумала, что вы сумеете договориться о скидке.

В голосе служанки прозвучало уважение.

– Жизнь и не такому научит, – усмехнулась в ответ.

Я удобнее перехватила пакет с фруктами и завернула за угол, на Зеленую улицу. И едва не вскрикнула, увидев несущегося прямо на нас вороного. Громкий стук копыт, огромный разгоряченный конь, развевающиеся волосы его всадника – все это мелькнуло смазанным черным видением, полоснуло опасностью, окутало холодом. Не знаю, как успела оттолкнуть Мэри и отпрыгнуть в сторону. Яблоки рассыпались по мостовой, покатились под копыта коня, всадник, не обращая на нас внимания, пронесся мимо, а я с трудом отдышалась, проклиная узкий лиф платья, и посмотрела на побледневшую служанку.

– Вы видели, миледи? – испуганно пробормотала Мэри. – Откуда он только взялся? Выскочил, словно дух из старых легенд! Ох, да что же это? Все яблоки рассыпались! – тут же переключилась она и кинулась поднимать уцелевшие фрукты. – Вот напасть какая!

Мэри продолжала причитать, а я поправила волосы и вскинула голову. Встреча с неизвестным лихачом пробудила внутри неясное сомнение. Похоже, не так уж и тихо в этом забытом Леей местечке. В душе шевельнулось нехорошее предчувствие.

Правда, я от него благополучно отмахнулась и решительно направилась к дому.

Бузинный коттедж принял нас с Мэри настороженно. Нет, он не показывал явной неприязни, но я чувствовала исходящее от него недоверие. Казалось, он говорил: «Ты тут все равно ненадолго. Пройдет лето, наступит дождливая осень, и ты сбежишь, как и многие до тебя».

Что ж, возможно, он был прав, что не торопился доверять незнакомцам. Я тоже им не больно-то доверяла. Разные среди них встречаются. А пока человека не узнаешь, лучше к нему не привязываться, иначе потом слишком больно разочаровываться.

Дом по-стариковски заскрипел половицами и вздохнул не до конца закрытыми окнами. «Ишь ты, сама молодая, а жизнь уже поучила уму-разуму!» – расслышала я его удивленное восклицание.

Поучила. Так поучила, что я до сих пор опомниться не могла, все казалось, что это дурной сон или чья-то злая шутка.

В памяти всплыло красивое мужественное лицо, вспомнилась огромная бальная зала в доме лорда Харди, яркие мундиры военных, воздушные наряды дам. И Берти. Мой Берти. Такой, каким он был раньше. Его рука, протянутая в мою сторону, первый танец, ничего не значащая светская беседа и красноречивый разговор взглядов.

– Вы отлично танцуете, – звучало вслух, а в глазах сияло совсем другое: – «Вы прекрасны!»

– Вы здесь с тетушкой? – спрашивали губы, а я слышала: – «Когда я снова вас увижу?»

– Замечательный вечер, не правда ли?

А в душе отзывалось: – «Я запомню его на всю жизнь!»

Святые небеса, как давно это было…

Я вздохнула, оглядела спальню и заставила себя улыбнуться. Ничего. Никогда не поздно начать все с начала. Доход у меня есть, пусть и небольшой. Крыша над головой – тоже. Осталось только влиться в местное общество и зажить тихой размеренной жизнью одинокой незамужней ари.

– Мы с тобой обязательно подружимся, – пообещала дому, коснувшись одной из стен. – И запомни, я тут надолго, и уезжать никуда не собираюсь.

«Все вы так говорите», – прокряхтел дом и затих. Что ж, как и все брошенные старики, он не больно-то верил чужим обещаниям.

– Сам увидишь, – разгладив ладонью узор на обоях, сказала я и внимательно оглядела свое новое пристанище.

М-да, это, конечно, не особняк на Лейрен-сквер, но все довольно мило. Старомодная кровать с высокой спинкой, обои в мелкий розовый цветочек, небольшое кресло у окна и крошечный чайный столик. Если сменить покрывало и шторы и добавить пару безделушек и картин, то здесь будет довольно уютно.

Я отодвинула тонкую белую занавеску и выглянула на улицу. В окне дома напротив мелькнула какая-то тень. Странно. Мне казалось, особняк необитаем. Неужели в нем кто-то живет?

Я постояла еще немного, наблюдая за соседним домом, а потом задернула гардину и пошла вниз, разбираться с ужином. Почему-то меня терзали смутные сомнения, что Мэри не слишком сильна в готовке, хоть служанка и уверяла меня в обратном.