Обретённая 2. Выжить назло (СИ) - Холлей Ниизла - Страница 68

Нет. Больно мне не делали. Но и не говорили ничего.

Однако, судя по едва уловимым эманациям — моё дело было — мягко говоря — "хреновое".

Влад же, замерший с самого начала рядом с кушеткой, вообще превратился в статую.

Никто из нас не торопился нарушить могильную тишину лаборатории.

— Всё не так плохо, как я предполагал, — Сноб-гинеколог выпростался из пола, куда он нырнул после получения аж семнадцати проб. — С большой долей вероятности могу предположить, что этот эмбрион не хочет и не будет вам вредить. Даже если на него будет давить его старший родич.

— Это радует… Хотя… Странно всё… — Я вдохнула-выдохнула, чувствуя как меня развозит после стольких часов невыносимого напряжения, — Что вредить не будет — это замечательно. Но вы не ответили на мой первый вопрос…

— Сейчас я готов ответить. Если вы дадите слово не впадать в истерику.

— Я даю слово, что не буду впадать в истерику, что бы вы мне не рассказали. — Ровно ответила я, хоть у самой было острое желание придушить этот вредный вырост.

— Так вот… Вы явно встречались с вампирами.

— Да. Сразу с двумя. — Подтвердила я, не понимая — в чём фокус.

— Один из ваших эмбрионов, в результате… нескольких причин… почти-умер… и это было как раз до встречи с вампирами…

У меня было такое чувство, что вся кровь куда-то делась…

А бездушный женский доктор продолжал:

— Мы до сих пор не выяснили — как вампиры продолжают свой род. В вашем случае я могу лишь озвучить гипотезу. Если вы настаиваете.

— Настаиваю… — Едва двигая онемевшими губами, прошелестела я.

— Один плод расстался с жизнью. Вампиры очень хорошо чувствуют этот момент. Когда жизнь-почти-ушла. И именно в этот момент они повторно оплодотворяют погибающий эмбрион. Как это происходит… точно… мы не знаем. Можем только предполагать, что они перемещают своего носителя в гибнущий плод. Когда плод жив, его вампиры оплодотворить повторно не могут. Тут важно подгадать с точностью до милисекунды.

— Мой малыш… — Я автоматически положила руки на живот, закрывая моих деток от реалий мира.

— Мне жаль, нэра. Но такова жизнь. — Бионик проследил взглядом за моими руками.

— Плод будем извлекать?! — Деловито осведомился женский доктор, — Это лучше сделать как можно раньше. И не беспокойтесь, нэра. Второму плоду мы не навредим. Напротив, мы будем действовать на упреждение. Мало ли какие особенности в развитии этой формы жизни.

— НИ… ЗА… ЧТО! — Отчеканила я.

— Иного ответа я от вас и не ожидал. — Спокойно ответил бионик.

— Нэра… вы — героическая женщина! — Обожание во взгляде Влада сменилось на фанатичную восторженность.

— Нэра! Это не обсуждается! — Взвился гинеколог.

— Предупреждаю! Если хоть кто-нибудь… хоть в мыслях… посмеет подумать о том, чтобы причинить вред моим детям… Я за себя не отвечаю!

— Богиня! — Выдохнул рептилоид.

— Вы хорошо подумали? — Уточнил бионик.

— Вы — смертница! — Проявил-таки эмоции снобистый гинеколог.

— А вы труп! Или как там говорят об уничтоженных биороботах?

— Нэра. Вы кощунствуете! — Возмутилось самовлюблённое щупальце.

— Я даже ещё не начинала, — Улыбнувшись так, что даже вампиры бы икать начали, я привстала с кушетки, — Я вам сейчас покажу — что такое НАСТОЯЩЕЕ кощунство!

— Нэра, — Бионик мягко обнял меня, возвращая назад, на кушетку, — Вам не надо так реагировать на мнение эсслипа.

— А вы что себе позволяете!? — Напустилась на ни в чем не повинного бионика.

— Простите, нэра. Я не позволил ничего оскорбительного в отношении вас.

— Позволили! — Не уступала я.

— Что именно? — Искренне недоумевал он.

— Вы позволили своему… этому… как его …

— Эсслипу… — Подсказал тихий, как мышонок, Влад.

— Эсслипу… вы ему поволили прервать беременность… у меня! То есть … позволили решить, что он смеет мне это предложить!

— Нет. Это не так. — Бионик был мягок и безукоризненно вежлив, — Всё в рамках дозволенного. Любой врач обязан вам предложить выбор.

— Убить дитя не дам! — Окрысилась я.

— Нэра… простите. Понимаю — вам очень больно. Но один ваш малыш — УЖЕ МЁРТВ! И никто не знает — что произойдёт, когда он начнёт активно расти и развиваться. Не навредит ли это второму малышу? Я предлагаю вам побыть в нашем Центре. Мы будем начеку. И всегда сможем хотя бы попытаться спасти вас и вашего ЖИВОГО малыша.

— Я собиралась помочь нэру Владу…

— Если речь идёт о формировании отряда из его соплемеников, то это тоже можно сделать здесь. — Похоже Бионик не хотел отпускать меня отсюда…

А ещё — понятно, что ВСЕ мои разговоры — слушаются. Не понятно только — кому передаются!

Хреново…

Но, будем работать с тем, что есть.

И Влад вроде бы не против. Вон как глазки засверкали, стоило упомянуть об организации отряда!

— В таком случае вы позволите мне выйти на контакт с кем-нибудь из родных или друзей?

— Простите, нэра, — Бионик низко склонился и продолжил, — Я имею чёткие указания ни при кких обстоятельствах не допускать контакт вас с мужьями, опекунами и друзьями. За ними следят и стоило огромных усилий сохранить в тайне ваше место нахождения. Ради этого корабль, с которого вас переместили сюда был уничтожен… вместе со всеми, кто там был. Это война, нэра. Война на выживание нашего мира.

Оглушенная этим сообщением я даже не знала — что сказать. В голове было пусто, словно в размороженном холодильнике.

Влад сочувственно вздохнул:

— Если позволите… нэра..?

— А..? Говорите… — С трудом произнесли я сглатывая комок в горле.

— Насколько я знаю… по рассказам о нынешнем Наказующем… может быть вам станет легче… он не послал бы своих бойцов на смерть не поговорив с каждым отдельно… Это или не его инициатива, а Приказ Императора… или… бойцы САМИ вызвались вас сопровождать. Зная — что с ними будет!

— Но как же…?! — Мне стало так горько… — Я не достойна этого! Чтобы из-за меня!? Просто так!? На верную смерть!?

Истерика плавно набирала обороты.

Чуткие щупальца… как их… эсслипы… Выросли из пола и ласково шипя и обдувая моё зарёванное лицо, ластились к ногам.

Какие они, всё-таки, лАпушки!

— Раз так поступили, значит вы очень важны! — Непререкаемо отрезал Бионик. — Вам нельзя волноваться.

Вложенный в его слова смысл я поняла только тогда, когда почувствовала, что засыпаю.

— Вы мне… за это… ответите… — С трудом двигая немеющими губами, прошипела я.

— Я всегда отвечаю за всё, что выполня….

Более — ничего не слышала, провалившись в чернуюрыхлую темноту.

Вам приходилось просыпаться с острым желанием поквитаться с некоей определённой личностью?

Если нет, то вы меня не поймёте!

Правда, проведя ревизию проступков моих близких, я даже удивилась своей кровожадности. Потому что таких личностей, неожиданно, оказалось довольно много. Немного полежав и пофантазировав на тему — каааак я их буду садировать, успокоилась и даже повеселела. Всё же "мстя", особенно её вооброжаемое смакование — она как ничто другое улучшает настроение и самочувствие. И пусть месть была только в фантазиях! Всё равно — приятно!

"Но, пора и честь знать!" — Организм, проснувшись, тут же потребовал соблюдение и его прав.

Потянулась, сладко зевая и открыла глазки новому дню!

"Ага! Наивная! Где тот день?! С моим-то везением?!" — Возмутилась моя рациональная половинка.

Действительно…

Я, снова лежала в кроватке…

В своей комнате… гм… то есть в зале, который как бы комната.

Естественные надобности беременного организма надавили на меня в прямом и переносном смысле.

Дабы не случилось срама, резво потрусила в санблок, игнорируя мельтешащую вокруг меня гравиплатформочку и нарастающую резь в мочевом пузыре.

Добравшись до вожделенной комнаты — забыла обо всём на час. Ибо ровно столько времени я занималась своим организмом. Сильно возмущённым моим безответственным бездействием.