Спасти сказочного короля (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 19

– Конечно, не высекут! – радостно согласилась Гретти, – я ж удрала!

– Удрала? – приподнялась на локтях Валя.

– Жаль, служба в замке хорошая была, но… – девочка покачала головой и закончила фразу: – таких хозяев врагу не посоветуешь. Я чего торчала там? Надеялась его величеству помочь.

– Так мы не в замке? – дошло до Валентины.

– Не-е-ет! – рассмеялась Гретти, – вы думали, в замке? Ваша милость! Мы в имении моего батюшки.

Из рассказа девочки Валя узнала, что старик, который подвозил её, как только приехал в деревню, послал барину весть о сбежавшей из королевского дворца чужеземке. В имении гостила приехавшая накануне высокородная особа по имени Марго. Эта Марго и отправила своих людей за Лялькой.

– Зачем я ей сдалась? – возмутилась девушка, – почему бы не отпустить меня.

– Марго говорит, никто кроме вас не сумеет вызволить его величество Георга.

– Это становится плохой традицией.

– Хорошей! Очень хорошей, ваша милость! Как только мы прогоним Карломана и Алентию, вы отправитесь домой.

Валя закрыла глаза. Выбора у неё не было, придётся выполнять условия высокородной незнакомки.

Утро разбудило криками петухов и лаем собак. Лялька прислушалась: Джолей? Нет. Возможно, пёс нырнул в портал, увидев Геру. Ревность скользким червяком зашевелилась в груди. Вот засада! Даже щенок предал её! С ним всё-таки было не так одиноко.

– Ваша милость, – прогоняя печальные думы, пропел голосок Гретти, – одеваться!

Девушка потянулась и села. Разрумянившаяся служанка держала на вытянутых руках штаны из плотной ткани и рубаху с тремя пуговицами у ворота.

– Что это? – изумилась Валя, – где моё платье?

– Постирала. Сохнет. Марго велела в дорогу вас снарядить.

Через полчаса умытая, причёсанная и облачённая в мужской костюм Валентина предстала перед очами приезжей госпожи.

Аудиенция состоялась в просторной горнице. Зайдя туда из полутёмного коридора, Лялька щурилась, рассматривая черты расположившейся против света собеседницы. Угадывалось что-то знакомое в прямой как гриф электронной гитары фигуре.

– Вынуждена была задержать тебя, детка.

– Вы? – узнала надтреснутый голос Валентина, – а где Марго?

Хотя она поначалу искала старуху, даже отправляла Гретти к родне с вопросом о ней, сейчас видеть тётушку Георга, которую король называл исключительно лгуньей, не хотела.

– Я и есть Марго, – сообщила старуха, – так меня зовут.

Лялька не стала говорить, что ей приятно. Такой облом! Надеялась на помощь старухи в путешествии домой, а та, наоборот, задержала её здесь. Валя не могла, да и не стремилась побороть раздражение.

– Что на сей раз? – спросила она резко, – замуж прикажете за вашего племянника выходить?

Старуха поднялась с кресла и подошла ближе.

– Детка, ты должна привезти нам кое-что.

– Должна? Я должна?

– Кроме тебя некому. Потом я сама прослежу за тем, чтобы ты оказалась дома.

Лялька молчала. Привезти что-то, что другие не могут. Чего проще? Марго продолжила объяснения. Из её речей следовало, что в королевстве не так всё благополучно, как полагали Карломан и Алентия. Слухам о сумасшествии короля многие верили, но то, что невеста его выходит за другого, не нравилось никому. Появление новой невесты могло бы успокоить волнения, но подданные шептались о том, что править в этом случае должна та, что выходит замуж за Георга. Принимать Карломана Трусливого в правители не хотели ни простолюдины, ни высокородные господа.

– Видишь ли, детка, – растолковывала, будто читая резолюцию многочасового заседания, старуха, – в день свадьбы народ поднимется. Карломана сметут, даже не сомневайся. Но у него много верных воинов. Ты же не хочешь жертв?

После этих слов Ляльке стало легче. Она комплексовала из-за того, что оставляет Георга в беде. С другой стороны, что она одна могла сделать? Не замуж, в самом деле, идти! Раз народ за короля, значит, можно не беспокоиться.

– Марго, вы для чего велели мне картину купить?

Старуха поджала губы и помалкивала.

– Если тебе понадобиться помощь, – скрипела девушка, передразнивая. – Кому понадобится помощь? Мне или вам?

Губы у Марго задрожали. Ляльке даже совестно стало за кривляние.

– Детка, прошу, соглашайся, – заговорила старуха, – тебе только и нужно, привезти ветку дерева блаженства. Мы её вплетём в свадебный букет, преподнесёшь цветы в дар…

– Вся свадьба уснёт? – догадалась Лялька, – вечным сном?

– Что ты! Им будет хорошо. Блаженство, я же сказала. Наши люди вывезут Карломана с женой за пределы королевства, а Георг вернётся на трон.

Звучало неплохо. Одно смущало Валентину: не врёт ли Марго?

– А править кто будет? – уточнила на всякий случай.

– Раз Георг не в себе, придётся его женить. – Заметив реакцию девушки, Марго подняла руку, – нет, не на тебе. Подберём достойную девушку.

Лялька пропустила замечание мимо ушей и полезла в карман за зеркальцем:

– А не обсудить ли вам это с племянником?

Старуха уставилась на безделушку:

– Что ты хочешь сказать?

– А то, что Георг вполне в своём уме, и мне странно, что вы поверили наветам. Если только не сочинили их сами.

– Что ты! – Руки Марго задрожали. – Что ты, детка! Это такая хорошая весть!

Она, заметно волнуясь, наблюдала, как палец Валентины рисует на стекле букву «G», приподняла брови, разглядев вместо отражения девушки, лицо Георга.

– Георг! Ты?

Лялька отдала зеркальце старухе и отошла в сторону, давая тётушке и племяннику поговорить без свидетелей. Для себя решила так: попросит Георг съездить за веткой блаженного дерева, она съездит, а вот Марго не доверится.

Минут пять пришлось бродить по комнате, украшенной без особой пышности. Стену напротив окон заполнили вырезанные на бересте картины. Выполнил их, скорее всего, местный умелец. На фоне обтёсанных брёвен работы безвестного резчика смотрелись гармонично. Три невысоких окна обрамляли накрахмаленные льняные занавески, подбитые выполненными на коклюшках кружевами. Такая же скатерть покрывала стол в углу напротив двери. Вплотную к столу были придвинуты длинные широкие лавки. Валя остро захотела сесть на гладкие блестящие доски. Облокотиться на белую хрустящую ткань и вдохнуть запах деревенского борща, приправленного густой сметаной и посыпанного свежесрезанной мелко нарубленной зеленью. Рот заполнился слюной. Словно в ответ на желания гостьи в щель приоткрывшейся двери заглянула Гретти:

– Госпожа, завтрак подавать?

Марго прервала разговор и утвердительно кивнула:

– Неси. Никого больше не приглашай.

Подойдя к столу, старуха повела рукой, приглашая девушку садиться. Сама уселась напротив и молвила со слезой в голосе:

– Как же ты порадовала меня, детка! Мальчик здоров. Это лучшее известие, какого я могла ожидать. Ты позволишь оставить прибор у себя?

Марго замолчала, ожидая, когда служанка расставит яства. Валя, игнорируя условности этикета, схватилась за деревянную, расписанную ярким узором ложку и налегла на варёный картофель с укропом, не забывая таскать из общей тарелки тонко нарезанные ломтики сала и запивать уже знакомым квасом.

– Так что? – переспросила Марго, когда Гретти удалилась.

– М-м-м, – отрицательно покачала головой Лялька. Прожевала и уточнила: – мне самой нужно.

– Зачем? – удивилась старуха, – ты отправляешься в путь с верными людьми, говорить с Георгом не придётся. А мне нужно будет согласовать с ним детали намеченного дела. Не помешает также кое-кому из подданных убедиться в том, что слухи о помешательстве Георга ложны, он в своём уме и готов править королевством, как только мы избавимся от Карломана. Молчишь? Вижу, ты голодна. Поешь, я отдам распоряжения и вернусь.

Марго поднялась и удивлённо посмотрела на протянутую Лялькину ладонь. Пожала плечами, положила зеркальце на стол и пошла прочь из комнаты. Валя прожевала, вытерла льняной салфеткой губы и взялась за зеркальце.

– Валентина! – воскликнул Георг, – я ждал твоего вызова. Ты одна?