Голубые Крылья (СИ) - Алексеев Владислав Владимирович "Radical" - Страница 52

Ламир? Ну конечно же, кто еще мог использовать против меня столь мерзкий элемент и затащить сюда.

— Ч-что вам нужно? — с трудом спросила я.

Ламир медленно подошел ко мне и пригнулся на корточки.

— Я ведь предупреждал тебя, человек что у твоего выбора будут тяжелые последствия. Зря ты не послушала меня и не ушла, когда еще было время.

— Что за чушь, совет ведь разрешил…

Я говорила медленно, так как моя голова еще не пришла в норму, и он не дал мне закончить.

— Совет ничего не понимает в наших традициях, а современные дефиксы забыли о наших правилах, которые мое поколение приняло, поклявшись свято соблюдать закон. Я, в отличие от этих глупцов, не собираюсь отклонятся от клятвы, и, если надо, сделаю все сам.

— Но это же глупо, меня нельзя убить, а остальные узнают…

— О, не беспокойся, я обо всем позаботился, все будет быстро, безболезненно и незаметно. Твоя спутница подала мне хорошую мысль сегодня утром.

— Что? Что ты сказал? — я ощутила, как мое тело наполнялось волнением.

— Она приходила к Гелиасу, когда я находился у него по делу этажом выше, и мне удалось подслушать их диалог. Кажется, это была не первая их встреча, и бедная девочка не могла смириться с тем, что ей не дано владеть энергией в принципе. Она собиралась покинуть город в одиночку, ничего не говоря тебе, чтобы не прерывать обучение. От Вессии же посчастливилось узнать, что ты можешь разбирать наши символы, поэтому мне в голову пришел отличный план. По легенде, ты ушла вслед за своей любимой подругой и решила не продолжать обучение, а ваши тела никогда не найдут, потому что от них не останется ничего. Нельзя восстановить то, что превратилось в прах, какими бы элементами ты не обладала.

— Нет, оставьте… Мию в покое, она здесь не причем, — говорила я уже более окрепшим голосом.

— Боюсь, мы не можем ее отпустить, она знает слишком много, — с наигранным разочарованием сказал Ламир. — Но не думай, что я какое-то чудовище, она итак разочаровалась своей жизнью, так что ее кончина будет быстрой и безболезненной.

— Если ты хоть пальцем ее тронешь, я убью тебя, — чувства постепенно возвращались к моему телу.

— Быть может, высшие силы дадут тебе такую возможность в следующей жизни, но в этот раз я исполню свою клятву и избавлю мир от человека, наделенного столь опасным даром.

Он махнул рукой своим подопечным, и те подошли ко мне. Гелиас, неужели ты все знал? Это странное поведение, попытка принудить пойти меня домой, неужели ты был в курсе, и предал меня? Мое отчаяние и чувство беспомощности внутри стремительно заменялись гневом.

Они приподняли меня и начали медленно тащить к источнику света. Мои глаза расширились. На самом дне этой дыры бурлило нечто, похожее на воду по консистенции, и на огонь по своему цвету и излучаемому теплу. Да, это было самое настоящее лавовое озеро, которое мне довелось увидеть впервые. Я быстро заставила себя прийти в чувство, если не ради себя, то ради жизни Мии. Из моих пальцев вырвались настоящие потоки воды, которые прибили одного дефикса к стене мощным ударом, от чего из его головы пошли маленькие кровавые струйки, а другого я мигом отправила вниз, прямо туда, куда он собирался скинуть меня. В момент своего падения он вопил так, что, я не услышала движений за своей спиной. Ламир и еще один его подопечный среагировали быстро. В меня полетел большой камень, который своей силой наверняка скинул бы меня внутрь, однако я, уже хорошо зная вязкие свойства воды, направила всю жидкость в щит, который впитал в себя булыжник, а после с трудом отправил его обратно. Помощник Ламира тут же упал без сознания от столь мощного удара, но мой главный противник отразил атаку, так как являлся специалистом в элементе земли. Ярость питала меня, придавая невиданную ранее силу, но Ламир не собирался сдаваться Он опустил руки вниз, и обрушил край пропасти, на котором стояла я, заставив меня упасть. Еще несколько секунд, и я стремительно полечу вниз, а мое тело еще недостаточно подвижно, чтобы выбраться из этой ловушки. В последний момент мне удалось схватиться за край и повиснуть. Ноги уже ощутили сильный жар, исходящий от пламенного озера. Неужели, это правда конец?

— Прощай, человек.

Ламир в последний раз направил на меня руки, намереваясь обрушить на меня груду камней сверху, и в этот момент мне пришло осознание того, что мне нужно сделать. Может, я уже не способна спасти себя из такой критической ситуации, но у меня еще есть шанс спасти девушку. Она будет жить, потому что я готова пойти ради нее на что угодно, если не ради нашей дружбы, то ради всего, что она для меня сделала. В последний момент уткнувшись ногами в скалу, я отпрыгнула назад, избегая груды камней, и, пользуясь тем, что Ламир был сконцентрирован на своем элементе, я подняла свою опавшую за его спиной воду, и стремительно толкнула его вниз. Не ожидая такого поворота, он не успел ничего предпринять, и полетел за мной. Я слышала его панические крики, видела, как своими руками он пытается что-то предпринять, вытаскивая куски камней, но почти сразу небольшие струйки воды опутали его, словно веревки, не давая совершить какие-либо действия. Куски камней вылетали из стен и неслись вниз прямо над нами. В последний момент мне повезло увидеть его взгляд, полный ужаса и страха. Он боялся смерти, несмотря на то, что умер за свою клятву и традиции. На моем же лице он не увидел ничего, кроме улыбки и ликования. Это был последний момент для нас обоих, сразу после которого последовала жуткая пламенная боль.

Последнее, что я услышала, это выкрикнутое сверху мое собственное имя. Но голос казался сильно искаженным.

Как и обещал Ламир, все закончилось довольно быстро и почти безболезненно, однако, мне довелось полностью прочувствовать жжение. Но как? Разве я не должна быть мертва?

Снова помутнение моего сознания, плывущие образы и отдаленные крики, которые у меня не получалось разобрать. Желтое свечение заполонило все пространство, но оно совсем не такое яркое, как раньше. Я увидела дефиксов, они окружали меня, насмехались, напоминая о том, что моя человеческая натура приносит лишь беды. Подо мной бурлила лава, которая казалась слегка прозрачной и безобидной для меня. А потом, появилась она. Мия предстала с побелевшей и безжизненной кожей, ее глаза были закрыты, а голова безжизненно наклонена. Как они могли это сделать? Ламир хотел убить беззащитного человека, чтобы не опорочить свое имя перед другими, исполняя клятву. Гелиас, мой наставник, которому я доверяла, что-то знал, но скрыл от меня правду, подтолкнув к такому ужасному исходу. А Вессия? Зачем она рассказала Ламиру что я могу читать их символы? Наконец, Фелингер, самый справедливый и мудрый дефикс считал своим другом это чудовище. Если бы он тогда послушал меня, увидел очевидное, ничего бы из этого не произошло, ведь я могла просто завершить обучение и уйти с миром. Меня снова переполнял гнев и ярость ко всему вокруг. Не имея желания оставаться на месте, я побежала в сторону толпы. Лава под моими ногами бурлила все сильнее, а из-за спины доносились жуткие ударные звуки. Мне хотелось разорвать на куски каждого из них, за то предательство, что они совершили. Фигуры больше не смеялись, однако каждый раз, когда у меня получалось их коснуться, они исчезали, будто издеваясь надо мной. Тем не менее, мне этого было мало. Неважно, настоящие они или нет, не имеет смысла, что с ними случится, мне просто хотелось, чтобы все исчезли из этого места. Казалось, моей ярости не было предела, и невероятно долго я разрушала все вокруг, полностью дав волю гневу. Никаких перерывов, никакого истощения, только чистый гнев и стремление избавится от всего ненавистного. Лишь мимолетное воспоминание о Мие на время вернуло меня в чувство. Развернувшись, меня поразило окружение: все вокруг бурлило, полупрозрачные дома и башни сломаны, в некоторых местах присутствовали темно-красные лужи, а желтое свечение становилось все более ярким. Не могу сказать, что эти образы сильно меня интересовали, потому что сейчас моя душа была сломана не меньше, чем окружение. Моей подруги на месте не оказалось, она исчезла, оставив меня одну среди искаженных и постепенно растворяющихся образов. Я кричала, стучалась об землю, и наверняка бы плакала, будь такая возможность, но все без толку.