Советский эльф (СИ) - Елисеенко Сергей Александрович "Сергей Елис" - Страница 31

И тут я аккуратно решил вставить свою мелкую монету.

— Уважаемые, а что если у вас будут прямые доказательства существования неизвестных науке феноменов. Уверит ли это вас в их реальности? Или вы до последнего будете искать опровержения увиденному?

— Аркаша, я, безусловно, люблю инициативу. Особенно от подрастающего поколения. Но всё чаще и чаще я наблюдаю обычные фокусы, а не действительно подтверждённые явления. Так что моя вера в неизведанное слегка подугасла. И даже извечное любопытство учёного начинает давать сбои, — ответил математик.

— В кои-то веки соглашусь с вами коллега. Я хоть и сторонник новых и необычных идей, но последнее время даже с ними какой-то кризис. Всё уже где-то было. Поэтому удивить меня сложно, — поддержал его Клементий Семёныч.

— Ваш подход мне понятен. Значит, факты и только факты? — с тонкой ноткой юмора подначил я их.

— А как же иначе? Мы учёные, а не собиратели всякой паранормальщины. Хотя, большинство обывателей не делает различий между нами и какими-нибудь шарлатанами, которые советуют заряжать воду или прикладывать иконы к больному месту. И там, и там непонятно. Одни прикрываются формулами, другие заклинаниями.

Вот раньше! Каждый советский человек радел за науку и её достижения. Стремился получить высшее образование. Двигать вперёд горизонты познания и критически мыслить. А сейчас что? Бесовщина и без попов возвращается, — сокрушённо закончил физик.

— Хорошо. А как вы отнесётесь к небольшой демонстрации?

— Демонстрации чего?

— Раз уж мы сегодня говорили об иллюзии и всяких фокусах, то скажем левитации. Та самая пресловутая антигравитация, но с биологической основой. Никакой техники, только голый разум и тело. Вас это убедит, как тех учёных из фантастической истории? Заставит искать обоснование? — перейдя на серьёзный тон, спросил я.

— Аркаша, вы точно сегодня не пили? Может до нашей встречи немного приложились? Иначе, я не понимаю вашей шутки, — строго сказал Константин Евгеньевич.

— А я и не шучу. Единственным важным моментом будет полная конфиденциальность нашего «наглядного эксперимента». То, что вы увидите, должно оставаться только между нами.

— Хм, заинтриговали, так заинтриговали. Я, конечно, уверен, что здесь кроется какой-то подвох. Но почему бы не попробовать. В конце концов, что мы теряем? Ведь так, Клементий Семёныч?

— Согласен. Заодно можно и прогуляться. Погода сегодня великолепная. Да ещё и луна полная, — подтвердил он.

Закончив ужин, мы вышли из «ресторана» и, неспешно прогуливаясь, направились к городскому парку. Место мне знакомое и после захода солнца достаточно уединённое. Особенно, если отойти подальше от аттракционов и асфальтированных дорожек.

И выбрал я его не случайно. Лишние глаза мне не нужны. Особенно, после того, как я сниму заклинание мимикрии и стану самим собой.

Конечно, здесь существует определённый риск. Господа профессора могут не просто удивиться моей смене внешности, но и запаниковать. Убежать со страху, начать кричать, звать на помощь. Для меня такое внимание просто опасно. Может примчаться пресловутая стража, а снова вступать в конфликт на ровном месте глупо. Тем более, милиция, скорее всего, уже ищет именно меня. После того, как распался «зеркальный двойник», ко мне возникнет множество вопросов. Особенно, как я это сделал?

Так что пока будем стараться сохранять таинственность и загадочность.

Для начала, не показывать свою прекрасную внешность истинного эльфа. Натяну капюшон посильнее, повернусь спиной и аккуратненько так полевитирую секунду-другую. Потом снова использую мимикрию и, уже потом спрошу у старцев, изменил ли я их точку зрения или нет.

Сказано — сделано.

Мы останавливаемся на краю крохотной полянки. Отойдя на пару шагов, я накидываю капюшон и становлюсь к учёным полубоком. Одним импульсом снимаю заклятье и сразу же активирую «Сапоги Поднебесья». Вещь довольно простая и используется не для полноценного полёта, а, скорее, чтобы достать какую-нибудь книгу с верхней полки. Впрочем, на другую версию заклинания у меня просто не хватило бы сил. Всё же эфириум пусть и возобновляем, но в наличии у меня крохотная его крупица. Так что и магия будет миниатюрная.

Но, будем надеяться, и этого хватит, чтобы пошатнуть скептицизм мудрецов.

Лениво взмываю на человеческий рост вверх и, попарив там какое-то время, медленно опускаюсь вниз. Смотрелось, наверное, эффектно. Высокая фигура зависла в воздухе на фоне сияющей полной луны. И всё это под аккомпанемент цикад и редкие вскрики ночных птиц.

Заново «надеваю» мимикрию и только после этого поворачиваюсь к профессорам.

— Занятный оптический фокус. А что с вашим ростом и одеждой? Почему они тоже изменились. Какое-то особое преломление света? — пожевав губами, совершенно спокойно спросил Клементий Семёныч.

Что ж, вот именно такой реакции я не ожидал. Но всё лучше криков и беготни. А значит, работаем дальше.

— Можете проверить окрестные кусты, здесь нет никаких зеркал, — возразил я.

— Помилуйте, милейший, какие зеркала? Это же прошлый век. В проецировании изображений чаще используют лазерные лучи. Нужно лишь хорошее открытое пространство. Чтобы без искажений. Есть ещё вариант модулируемого светового поля. Наши ребята на кафедре оптики и не таким балуются, — усмехаясь, ответил он.

— Тогда обыщите хоть весь парк! Нет тут никаких приборов и скрытых механизмов! — начиная закипать, вскрикнул я.

— Но-но! Давайте без фанатизма. Согласен, шутка вышла достойная. Я почти поверил в то, что обычный студент Аркадий Тёркин смог побороть гравитацию и взлететь вверх. Но вас подвела обычная проблема, которая возникает при подобных «показательных выступлениях».

— И как я же? — не сдерживая сарказм, спросил я.

— Место и время. А ещё отсутствие измерительной техники. Слишком много этой ненужной таинственности. Привели нас в лес, ночью, никого вокруг нет. Вот и думай, фокусник это, который нагоняет мистики и загадочности или действительно необъяснимое явление, которое удаётся увидеть лишь избранным, — не применил сыронизировать он, ответив мне той же монетой.

Я уже хотел бросить что-то едкое и эмоциональное, но вовремя себя остановил. Негоже аристократу и перворождённому идти на поводу у человека. Пусть мудрого и культурного. Но всё ещё варвара, хотя бы в плане магии.

Совсем уже тут со своей технологией с ума посходили. Собственным глазам не верят.

Ну, ничего, сейчас я им помогу. Уверовать!

Применять «Сапоги Поднебесья» можно не только на себе. Вот как раз пусть эта парочка и полетает чуть-чуть. Конечно, поднимутся в воздух они совсем немного. Всё же масса играет роль. Но необычные ощущения я им обеспечу точно.

Отхожу в тень и, не обращая внимания на удивлённые взгляды учёных, творю ворожбу.

Мгновение и, испуганно ойкнув, они вдвоём начинают отрываться от земли, медленно планируя, смещаются влево. Под ногами Константина Евгеньевича и Клементия Семёныча пустое пространство. Никаких зеркал, прозрачных верёвок или каких-то лазеров. Только простая и понятная магия.

Подержав их в воздухе ещё с десяток секунд, чтобы они точно прониклись важностью момента, осторожно деактивирую заклинание и возвращаю их в привычное положение.

— А вот это уже наглость! — отдышавшись, обратился ко мне математик.

Подойдя ближе, я вопросительно поднял бровь.

— Предупреждать же надо! У меня вот сердце слабое. Раз и всё. Левитировал бы тут мой труп, а вам его ловить потом пришлось, — возмущался он.

— Действительно. Аркадий, если вы так уверены в своих силах, то зачем проявляете всё это так неожиданно, да ещё и с пожилыми людьми? Давайте соберём консилиум, проведём опыты, измерим ваши способности, найдём обоснование, — поддержал его физик.

Я лишь нахмурился. Не рассказывать же им о том, что меня разыскивает, как милиция, так и местные лиходеи. Замкнутый круг получается. Приду я к ним в институт, считай, сразу в лапы законников сдаюсь.