Остров дракона (СИ) - Халезов Виктор Николаевич - Страница 35

— Одезу мою снимай, — дернул торговца за рукав карамазый карлик без передних зубов, коего на корабле величали Могутным. — Есе сто-нибудь без спроса отсюдова возьмесь, я тебя так линьком отделаю, месяс отходить будесь.

После игры в тшахир торговца переполняло негодование. Гневные речи карликов стали последней каплей. Безрассудно взъярившись, что частенько случалось с его соплеменниками без всякого повода, Бо почал неистово молотить кулаками по грубым лицам подгорных жителей. Вестимо, в поединке без оружия он вряд ли сумел бы одолеть даже одного из них, но более терпеть поношения моряков оказалось сверх его сил.

Гномы хрипло заревели, начав толкаться, но узкое просранство не позволяло им развернуться. Когда со стороны карликов прилетел первый удар, от коего Бо сумел легко уклониться, торговец уже успел отвесить каждому из противников, по меньшей мере, по три тумака.

Боевой зык гномов сменился жалобными стонами. Как успел убедиться за время странствий толстяк, все карлики мнили себя безудержными храбрецами, но, получив достойный отпор, тотчас проявляли считавшуюся столь постыдной среди их народа трусость. Взять хотя бы того же Хилмо, кой с вящей безропотностью сносил побои более матерых сородичей.

Корабль загудел, будто разворошенное осиное гнездо. Из чрева судна послышались хриплые крики и топот. Дверь в камору Бо с хлопком отворилась.

Крепкие руки ухватили толстяка за плечи. Пудовый кулак несколько раз воткнулся ему в спину. Спереди его двинул по ребрам Сивый.

— Наших бьют! — огласил коридор яростный вопль.

Там также возникла возня. Верно, кто-то решил вступиться за торговца, али под шумок поколитить дунфаев. Бо сумел освободиться из захвата и двинул кулаком в скулу седобородому, но сам получил по уху от Могутного, а Ражий — карлик с обгорелой головой — ухватил торговца за шею. Пытаясь освободиться, Бо яростно забарабанил по округлым бокам гнома.

Драка продолжалось секунд тридцать. За это время торговец успел осознать, что ему расквасили нос. Потасовку прервал резкий окрик де Баталья. Фритониец самыми гнусными словами проклинал нарушивших его сон негодяев. Дерущиеся так и замерли, занеся руки для ударов.

— Дык, капитано, пока мы тут почивали, энти подлецы-дунфаи на нас набросились и давай орясить, — послышалось из коридора.

— Кто зачинщик? — грозно вопросил де Баталья.

— Щедривый, Дебелый, Утлый, Пустоголовый, Согбенный, Шалый, Хмурый! — почали на перебой обвинять друг друга моряки.

После получасовых препирательств в качестве провинившихся выбрали трех дружков Хилмо: Мешкотного, Ботелого и Дебелого. Несмотря на то, что последний, с заспанной физиономией напяливая халат, появился в коридоре уже после завершения потасовки.

Де Баталья грозно повелелел означенным гномам идти наверх драить палубу, а остальным приказал немедленно убраться в кубрик и продолжить почивание.

— Мы еще не закончили, пузан, — шепнул купцу Сивый, протискиваясь из комнаты.

В ответ Бо лишь с показным безразличием хмыкнул.

— Хорошо вам выспаться, — стальным голосом звякнул капитан, прежде чем покинуть нижнюю палубу. Сие пожелание прозвучало с дюжей неприязнью, если не сказать отвращением.

Недавние драчуны с неохотой поплелись спать. Торговец остался в каморе один. Первым делом он облачился в свою старую одежду, поскольку во время схватки его бархатное одеяние обратилось в лохмотья. С сапогами из чешуи он предпочел не расставаться.

Усевшись на ящик, толстяк вытер текшую из носа кровь обрывками мантии. Ежели вчера он не собирался воровать вверенные ему вещи, то теперича уже не сомневался, что гномы обязаны возместить ему нанесенный ущерб.

Задвинув щеколду, торговец зажег свечу и принялся копаться в имуществе моряков. Золото и драгоценности его интересовали мало, он хотел найти редкие, желательно магические предметы.

Поначалу ему не везло. Попадались лишь все те же монеты, украшения, ткани да дорогие, но явно неволшебные безделушки. Он обнаружил эльфийскую дагу в обшитых алым атласом ножнах. Оружие и инкрустированный самоцветами пояс для его ношения перекочевали в торбу торговца.

Много раз ему попадались драгоценные и полудрагоценные камни. Бо осторожно ощупывал их, тщась ощущить легкое покалывание, свойственное наполненным магической силой вещам. Одначе все эти корунды, адаманты, бериллы, эвклазы и топазы оказались «пустыми», лишенными колдовской энергии.

На дне одного из самых дальних ящиков, торговец обнаружил увесистую черную шкатулку с замком в виде оскаленной морды рогатой бестии. Сия вещь вельми походила на украденную у какого-нибудь малефика утварь.

Ключа от ларя поблизости обнаружить не удалось, посему купец почал ковыряться в выглядевшем зловеще замке пальцем.

Тяжелый удар в дверь заставил Бо встрепенуться. Шкатулка едва не вывалилась из его рук. Торговец оторвал взгляд от агатового ларя.

Удар повторился.

— Открой, Бо… — донеслись из-за двери стенания.

Толстяк узнал голос рыжего обалдуя.

— Что тебе нужно? — зло защипел купец.

— Открой… — повторил мольбу Хилмо.

— А вот и нет, — огрызнулся Бо, припомнив слова Сивого.

— Впусти… — заскулил сын Килто.

— Нет! — отрезал Бо.

— Впусти, толстяк, а то я вышибу дверь! — заревел гном.

Очередной удар выдался более мощным, нежели предыдущие. Казалось, что вздрогнул весь корабль.

— Открой или я разбужу всю команду и скажу, что энто ты тут бузотеришь! — пригрозил Хилмо.

— Хорошо, — после короткого раздумья, в течение коего из-за двери доносилось недовольное сопение, согласился Бо.

Щелкнул засов, и деревянное полотно отошло в сторону. На пороге стоял сын Килто. От гнома сильно разило кислятиной. Рыжий неловко покачивался, будто его давеча огрел по башке громадной дубиной тролль.

Карлик неуклюже наклонился вперед, и его с бульканием вырвало прямо под ноги торговцу.

— Это что еще такое? — взвился торговец. — Проваливай тошнить где-нибудь в другом месте!

— Бо, мне плохо. Я серьезно занемог, — выпрямляясь, молвил рыжий. Его изгвазданная желудочным соком и остатками непереваренной пищи борода мерзко блестела.

— Похоже, ты напросто перебрал грога и рома, — недовольно пробурчал торговец, собираясь схватить нерадивого приятеля за шкирку и выставить вон.

— А вот и нет… — сплюнув на пол остатки рвоты, просипел Хилмо. — Энто морская хворь, она меня доканает…

— И чем я могу тебе помочь? — безразлично поинтересовался Бо, не без усилия подавив желание сказать «поделом тебе».

— Вообще я пришел за новой одеждой, — прохрипел сын Килто, бессильно оперевшись на стену. — Моя вся в тошнотах, а Сивый сказал, что у тебя тут платья целые сундуки.

— А еще Сивый сказал, что ты ему поведал, будто я жулик, плут и мошенник, — зло бросил торговец.

— Врет старый козел, — рыкнул Хилмо. — Про плута я точно не говорил.

— Проваливай отсюда, пока я не поднял ор и не обвинил тебя в том, что ты тут бузотеришь, — взял на вооружение угрозу гнома толстяк.

— Ах, вот как? — обиженно фыркнул карлик. — Я-то думал мы друзья.

— Друзья обыкновенно не клевещут и не обвиняют шельмовстве, — ледяным тоном отрезал торговец.

— Я говорил правду! Сам знаешь, гномы никогда не врут! — горячечно возопил сын Килто.

— Проваливай, дуралей! — Бо ухватил приятеля за шкирку и потащил прочь из комнаты.

Рыжий действительно чувствовал себя скверно, поскольку почти не сопротивлялся. Вытолкав Хилмо, торговец захлопнул дверь. Спустя секунду вновь раздался стук.

— Открой, Бо… — донеслось снаружи.

— Нет.

— Ну, открой…

Препирательства продолжались еще около получаса. Наконец не выдерживший торговец, коего уже зело клонило в сон, отворил дверь и сунул гному подобранную с пола мантию.

— Держи, — проворчал купец.

— Энто же какое-то отрепье, — Хилмо растянул одеяние перед собой, разглядывая внушительные дыры.

— Забирай и проваливай, — бросил Бо, звучно хлопнув дверью.