Честь и Доблесть (СИ) - Анпилогов Андрей - Страница 24

– О да! Ваше величество. Этот молодой человек более других достоин титула дворянина, – сказала знакомая мне Агнесса Сорель, возлюбленная фаворитка короля, бывшая в свите его величества на первом месте…

Я сделал поклон (как мне говорили) и поблагодарил его величество за столь высокую милость и честь…

Теперь и я стал Le Chevalier (шевалье), то есть дворянином, не имеющим собственного домена (личных земельных владений)… Таких дворян в армии короля было абсолютное большинство…

– Мы планируем отлить осадные пушки раза в два или в три больше этих по размеру, – говорил между тем коннетабль, стоя рядом со мной, – и попробуем их в деле, в ближайшее время, ваше величество…

– Да, да, это надо сделать непременно, чтобы сбить с англичан их уверенность в безнаказанности за толстыми стенами… я распоряжусь, чтобы выдали деньги из казны на это дело, если у вас не хватит, – сказал король хитро улыбаясь…

Его величество Карл VII Победитель пожелал следующий раз увидеть наш небольшой отряд непременно в новой форме канониров с вышитыми обязательными лилиями и золотыми пушками на камзолах, что по цвету совпадали с новенькими бронзовыми…

Помимо короля и его свиты, во дворе замка графа Дебюсси, появилась и Беатрис со своими друзьями из университета (я почувствовал её присутствие даже не поворачивая головы…). У меня к Беатрис возникло новое и хорошее чувство, чувство старшего брата к младшей сестре… Такое же отношение к нашей юной графине испытывали, я думаю, и все наши шевалье и рыцари, несмотря на её графский титул, благодаря ёе искренности и простоте в общении…

У Беатрис была своя свита из университетских друзей. Молодые люди при виде короля сделали поклон, но очень незначительный, и с чувством собственного достоинства, что нельзя было не заметить…

Когда на замкнутом пространстве, в данном случае во дворе графского замка, появляются две явные красавицы, то происходит и разделение общества на два лагеря… Внимание придворных мужей, конечно же, переключилось на Беатрис. Она, не долго думая, подошла к Кристоферу и попросила его зарядить пушку, тем самым ещё больше приковав к себе всеобщее внимание… А когда сама прицелилась, подожгла порох на полочке моим коробком спичек, и продырявила кирасу точно посередине, все дружно зааплодировали..

– Ваша младшая дочка, граф. ни только красивая, но и смелая девушка, – громко произнёс король.

После этих слов граф Дебюсси просиял как золотой ливр…

На прелестном личике Агнессы Сорель промелькнула тень неудовольствия. Лексия, находившаяся с ней рядом, как личный телохранитель, смотрела на свою младшую сестру пристально и без улыбки…

Его величество Карл VII остался доволен всем увиденным и скоро удалился вместе со своей свитой, одарив всех нас небольшими мешочками золотых ливров и чудесными пирожными из фруктового теста и глазури…

Я начал думать о пистолетах и разрывных ядрах… ни того ни другого (по крайней мере в Европе), как я думал, ещё не производили…

Чтобы сделать разрывное ядро, надо было в центре формы для его отливки, прочно закрепить (при помощи проволоки) правильный куб из листового железа… При заливке металла внутри круглого ядра образовывалась квадратная пустота для пороха; и стенки самого ядра становились разной толщины, что способствовало более сильному его разрыву на осколки…

Что и было сделано. Подходящие фитили уже были в наличии… Вот только испытать такое разрывное ядро во дворе графского замка не представлялось возможным. Но мы сделали несколько таких ядер для передовой…

И всё же одно ядрышко (с разрешения графа Дебюсси) решили испытать здесь, во дворе замка. Мы подожгли фитиль и накрыли ядро железной бочкой…

Взрыв получился такой силы, что бочка разлетелась на несколько кусков, на десятки метров, а осколки ядра и того дальше… Один из них выбил стекло в графском замке… К счастью, никто не пострадал… Конечно же, подобные испытания на территории замка, мы больше не проводили…

Ко мне подошла Беатрис с загадочной улыбкой на лице, когда мы делали новую форму для осадных пушек, и сказала:

– Можно вас, шевалье Альбер, на минутку.

Я догадывался о значении её улыбки и спросил:

– Вы с ним встречались, ваша светлость?

– Нет, как таковой встречи не было, но он сказал мне, где оставить небольшое количество этого вещества; а через два дня я забрала с того самого места пергамент с названием этого вещества и описанием доступного способа его получить в лаборатории нашего университета…

– Отлично, – сказал я, – и как же называется это вещество?

– Это фосфорная соль растёртая в пыль, – ответила Беатрис… – Я буду молиться за ваш отряд, когда вы будете на войне…

Я искренне поблагодарил эту замечательную девушку…

Мы расстались с Беатрис, и я не сразу понял, почему так обрадовался… И не столько тому, что Николя Фламель действительно существует, а той реальной мысли, что у меня появляется шанс попасть в моё – в родное время… благодаря знаниям и способностям великого алхимика…

Один из моих воблёров для ловли форели был составным и имел резьбовое соединение. Я показал как оно сделано и как работает… Барнабас очень заинтересовался такой механикой и попросил этот воблёр у меня на время…

Резьбовые соединения металлов были необходимы нам для производства нового огнестрельного оружия…

Глава 14. Разгром цитадели

– Если делать разрывные насечки на внешней поверхности ядра, то пороховые газы будут частично выходить через них, и дальность стрельбы значительно уменьшится… – говорил я Барнабасу.

Старый оружейник соглашался…

Но мы сделали несколько гранат с фитилями такого типа для ручного броска…

Новая военная форма для отряда канониров очень быстро была пошита и доставлена в нашу казарму. Форма была ярка и красивая, но наши физиономии не выражали особой радости… на передовой, в такой форме, мы выглядели бы привлекательными мишенями: в яркое удобно целиться издалека… Поэтому Гастон решил оставить эту форму в казарме на случай прибытия короля во двор графского замка, если таковой случай представится…

Две осадные пушки большого калибра и несколько десятков ядер к ним (в том числе и разрывных) были отлиты и доработаны до боевого состояния. Испытать эти мощные пушки можно было только при штурме вражеской крепости… И эта возможность нам скоро представилась…

Наш отряд канониров мы поделили на расчёты. Первым расчётом на осадную тяжёлую пушку были назначены наши рыцари – Даймонд и Лемюэль. На вторую пушку такого же калибра был определён второй расчёт – это сам Гастон и его оруженосец Жюль. На три малые пушки, соответственно: Кристофер и Николас; Мариус и Арне; и я, на пушку с лёгким передвижением, на небольшом лафете… Пушку Гензеля мы решили оставить в замке, по просьбе Лексии, что было обоснованным решением, и передали её графу Бернарду Дебюсси с запасом ядер и пороха…

Я сидел в своей комнате со смартфоном в руке и читал о пяти наиболее крупных сражениях Столетней войны. Последним из них была битва при Кастийоне в 1456 году. Французская армия полностью разгромила англичан…

В этом сражении решающее значение в победе над врагом имела артиллерия и другое огнестрельное оружие…

До этой битвы оставалось менее двух десятков лет… Значит наш отряд должен стать примером для развития французской армии в ближайшем будущем…Такое развитие события ясно мне представилось, и я почувствовал личную ответственность за ход истории…

Прежде чем выключить смартфон, я посмотрел на состояние батареи… Оставалось пятьдесят процентов заряда. "Надо бы изобрести зарядное устройство из гальванических элементов на базе парижского университета…" – подумал я то ли в шутку, то ли всерьёз…

Следущим утром мы отправились на северо-запад Франции, к морскому побережью, в составе отряда из двухсот королевских гвардейцев…