А Саша делает, как может (СИ) - Козьякова Наталья Дмитриевна - Страница 6

— А, так это вы меня раздели? И чего сразу — странные? Нормальные джинсы, даже на утеплителе. Или у вас не принято всяким леди в брюках ходить? Только платья?

Генри утвердительно кивнул. Я в беседу пока не вмешивался, изучая девушку.

— Бедные леди! — картинно заломила ручки она. — Никакой жизни им не дано! Ни тебе по деревьям полазить, ни в догонялки-пряталки поиграть…. Сиди тычкой, этикет зубри, да сплетни перебирай….

Тут девица решила встать. До этого момента она сидела в кровати, укутав плечи покрывалом — в комнате было холодно.

Из-под одеяла медленно-медленно показалась ножка. Узкая ступня с маленькими пальчиками. Ногти на них розовые, как у ребенка. Тонкая щиколотка, гладкая кожа голени, круглая коленка….

— Бесстыдница! — зашипел Генри, стремительно отворачиваясь. — или ты из блудниц? Поэтому тебя в снег выкинули? Не угодила кому-то?

— Ш-ш-ш-што?! Как раздевать бессознательное тело — так норма, а как коленку голую увидел — сразу шлюха? Подойдите сюда, Генри-как-там-вас, и получите по морде!

А я залюбовался. Вот, честное слово — залюбовался этой рассерженной кошкой! Девчонка стояла на кровати, вытянувшись во весь свой невысокий рост, гордо вскинув голову, и взирала на нас с видом императрицы, которую попытались оболгать. Кстати сказать — она не была раздетой, ни в коем случае! Синее атласное покрывало окутывало ее худенькую фигурку, стекало с плеч драгоценной мантией, подчеркивая синеву глаз.

Не скажу, что она красавица, скорее так, ничего особенного. Но все же, все же…. Было что-то в ее облике…. Что-то, что не давало пройти мимо и забыть. Яркие синие глаза? Пушистые непослушные волосы цвета спелой пшеницы? Они у нее, кстати, длиной чуть ниже лопаток, на концах скручиваются в тугие кольца.

И…. девчонка — маг?!!

С ее ладони внезапно сорвался вихрик. Подхватил валяющийся на столике пыльный томик и треснул Генри по макушке.

— Да как ты…. Кто ты такая!

— Сам дурак!

— Да я ж тебя сейчас….

— Сначала догони! Ваше Высочество! С дороги!

И эта ненормальная, оттолкнув меня, бросилась вон из комнаты, звучно шлепая по паркету голыми пятками.

Генри за ней. Запнулся о внезапно выскочившую на дорогу банкетку, и во весь немаленький рост растянулся на полу, схватившись за ушибленное колено.

— Генри, ты что? — осторожно спросил я, подходя к пострадавшему. — Чего это тебя пробило на игрища?

— А это он взбодриться решил, — прокомментировала из-за поворота коридора девчонка. — И согреться. Как петух.

— Какой еще петух? — простонал Генри, сев-таки на банкетку. — При чем здесь петух?

— Петух-то? А это он кошку клюнуть хотел, — осторожно выбралась поближе к нам девчонка. — Бежит по двору и думает: «Сейчас кошку найду, ка-ак напугаю! Она ка-ак побежит! А я за ней…. Не догоню, конечно. Зато согреюсь». Ну что — мир? А то у меня ноги замерзли. Не топят у вас, что ли?

— Ладно. Мир, — согласился Генри. — Иди сюда, чудо. Как тебя зовут — скажешь?

— О, имя у меня замечательное! Прямо героическое имя. Александра я. Первая.

— Как это? — не поняли мы оба. — Ты из королевского рода? Принцесса?

— Нет. Из самого обычного. Рабоче-крестьянского. Александра Первая. Это фамилие такое.

— ???

— Ой, мальчики, какие же вы! Все вам надо разжевывать! Пращур мой, по отцовской линии, имя имел Первак, так как у родителей своих первым сыном родился. Его сыновья так и звались — Первые. Потом со временем, прозвище превратилось в фамилию. Теперь все мои родственники по мужской линии носят фамилию Первый. А поскольку я девочка — то, соответственно — Первая. Что тут непонятного?

— Так…. Ага…. Ясно…. — глубокомысленно высказался Генри. — Александра — это Алекс? Или Лекси?

— Ты еще Сандру приплети! — вздернула верхнюю губку девчонка, показав ровные белые жемчужинки зубов. — Саша я. Саша — и никак иначе!

— А родом откуда? — задал вопрос уже я, подозревая, что не может она быть родом из нашего королевства. И даже не из соседних. Потому как в нашем мире людей мало. Эльфы — основное население. В горах живут кланы гномов — рудокопов. В диких лесах есть оборотни. О драконах слышали — куда ж без них, этих Хранителей Устоев. Правда, до сих пор никто не знает, какие именно Устои и как они хранят. И главное — где! А люди — в смысле, человеки — проживают где-то далеко. Насколько мне помнится, наше королевство ни разу за многие века своего существования ни разу не принимало у себя послов из человеческого государства — настолько мы далеки друг от друга. И в пространстве, и в общности интересов.

— Вот прямо все вам расскажи! — снова вздернула губку Саша. — Может, пойдем уже? Куда-нибудь, где печка есть? Надеюсь, вы меня не для того спасали, чтобы в доме заморозить?

Где-то в Горних Высях

— Сори! Ты опять напутал в цифрах! Почему у тебя показатели ниже, чем в прошлом году? Что значит — столько есть?! И почему опять показываешь снижение в плане по рождениям у эльфов? Что значит — в этом году их меньше на миллион?! Ничего не знаю! Главный сказал, чтобы было ровно столько же, сколько за прошлые годы, ни одним рожденным меньше! Что значит — где их брать?! А премию за выполнение плана хочешь? Я знаю, что хочешь. Все хотят. Забери свою филькину грамоту и напиши, как положено. Можешь даже душ сто прибавить. Тогда и главный премию получит, и мы.

И какое тебе дело, что души — мертвые? Главное, чтобы есть не просили. Дотации? Будто нам некуда их пристроить…. Лишь бы они были, дотации…

Сори, в сторону:

— А на меня бочку катят — зачем я из сопредельных миров попаданцев таскаю. Как по-иному план выполнять прикажете? Это ж эльфы! Они ж детей рожать не желают! У гномов тоже — те еще уложения! Больше двух в семье — ни-ни, а то тяжело. Много трудиться приходится, чтобы деток до ума довести, обучить и пристроить. Дочке приданое собрать, сыночку выкуп за будущую жену…. Одни оборотни и радуют, у них в каждом помете от двух до пяти, а то и семи деток рождается.

Виль, насмешливо:

— А что люди? Они же ежегодно рожать могут! И двойни у них случаются. Может, на них ставку сделать? Излишки потом можно к эльфам приписать. Вот и выровняешь показатели.

— Но ведь это подлог?!

— А тебе что с того? Главный пусть и отчитывается…. Кто там будет проверять — эльфы они, или люди. Главное, чтобы циферки сошлись….

Саша

Да, не ахти какие мне подарочки на Новый год подкинули! Это вот из этого я должна дракона сделать? Это же он вроде как меня спас от замерзания в сугробе. Принц Энгельберт, его Высочество лопоухое. Нет, такого даже раздраконить затруднительно, я так вам скажу. Абсолютный ноль в плане эмоций. Его секретарь и то поживее как-то.

Привели меня, значит, на местную кухню. Хорошая кухня. Большая, просторная — не то, что моя. Если ко мне в гости братец Гришенька заглядывал — а делал это он регулярно, можно сказать, каждый день — нам обедать или ужинать приходилось по очереди. Аленка, та и вовсе шутила, что моя кухня ей в бедрах узковата.

А на этой мы едва не заблудились. Правда, меня вежливо пристроили в уголок между окном и стеной. Сказали: «Сидите, леди Александра, мы сейчас». И испарились в неизвестном направлении.

А я девочка послушная. Временами. Тем более, в том же углу столик на четыре персоны расположен, на нем скатерка цветная, на скатерке ваза на высокой ножке. В вазе фрукты — овощи разные. Краснобокие яблоки, груши желтые, спелые, сочные — у меня даже слюнка побежала. Другие фрукты я не опознала, потому и трогать не решилась. А грушу взяла. О покрывало, в которое поутру завернулась наподобие сари, вытерла и в бочок, соком брызнувший, вгрызлась. Проголодалась за ночь и от волнений непредвиденных.

Сижу, грушу ем. Сок по ладошкам течет — я ж не виновата, что она такая спелая! Наслаждаюсь, одним словом. И тут в кухню входит старушка — божий одуванчик.

Наверное, когда-то она была довольно высокой. Стройной и красивой. Наверное. Сейчас передо мной стояла худенькая, сгорбленная седая бабуля в белом платочке, завязанном концами назад.