Ненаучный подход (СИ) - Келин Алекс - Страница 60

Шеф покривился (он был бы рад гнать имперцев от расследования поганой метлой), но одобрил. Теперь-то куда деваться.

Сейчас следователь сидел в своем кабинете, ждал загадочного имперца с полномочиями и старательно заполнял очередную форму отчета. Политика, крупные корпорации и большие сложности — это очень интересно, но городовые ждут оплату сверхурочных.

«Война войной, обед по расписанию», как сказал бы Эрик.

Точно в назначенное время на пороге возник смутно знакомый молодой человек в черном мундире канцелярии Кавалергардского Корпуса.

Виктор встал ему навстречу.

— Добрый день, — гость протянул руку, — я Петр Румянцев, советник третьего ранга.

— Рад видеть, — Виктор ответил на рукопожатие. — Я вас помню.

Петр улыбнулся — счастливо и чуть смущенно. Как улыбался когда-то невероятно давно, в прошлой жизни Виктора.

— И я очень рад, — сказал Петр уже совсем неофициальным тоном. — Рад, что вы живы и в порядке, несмотря на всё… И что узнали меня. Я не надеялся, что вспомните, уж простите за откровенность.

Впервые Петр оказался в Бергене лет в десять, вместе с дядей. Пока взрослые танцевали и беседовали, дети развлекались под присмотром гувернанток. Виктор был бы рад удрать от компании шумной малышни (в тринадцать чувствуешь себя таким солидным!), но долг гостеприимства требовал проследить, чтобы всем было комфортно и интересно.

Петр явно не вписывался в общество сверстников. Он старательно делал вид, что так и надо, но Виктор даже тогда понимал — не от хорошей жизни мальчишка сидит в сторонке, вместо того чтобы веселиться с остальными.

Нельзя, чтобы кто-то грустил на скамейке, уткнувшись в книгу об истории архитектуры.

И где раздобыл-то такую скукотищу?

Виктора тогда гораздо больше интересовали доспехи и выездка лошадей, но воспитанный человек должен уметь поддержать любую беседу.

Он совершенно не помнил, что сказал одинокому гостю. Что-то дружелюбно-вежливое, как и пристало будущему барону фон Бергену. Кажется, потом они пошли смотреть на коллекцию оружия, собранную многими поколениями князей Бельских. И выяснилось, что стеснительный мальчик знает о мечах, копьях и самострелах кабы не больше самого Виктора. Правда, обращаться с ними не умеет совершенно, что очень странно для отпрыска не особо знатного, но все-таки старого рода. Пришлось показать пару приемов. А гость рассказал Виктору, как менялся ритуал приветствий за последние три века…

Еще недавно следователь Берген не захотел бы ворошить прошлое. Мрачно скривился бы про себя, убедительно изобразил равнодушие и перешел к делу.

Сейчас все было иначе. Виктор снова чувствовал себя живым (да, звучит пафосно, но зачем о таком говорить вслух?). Память — тоже жизнь.

Виктор сделал шаг назад и изобразил старомодный рыцарский салют — точно как в детстве.

Петр ответил ему таким же.

Солнце заливало бледным золотом крошечный кабинет следователя. За окном жизнерадостно орала во все горло очередная пичуга. Ветерок из форточки шуршал бумагами на столе. В Гнездовске настала настоящая весна.

— Хочу сразу отметить, — сказал Петр, — что в моем появлении нет никакой интриги и попытки втереться в доверие. Шеф просто отправил того, кто оказался под рукой. Плюс у меня есть опыт поиска денежного следа.

— Считайте, что все равно втерлись, — со смехом ответил Виктор. — Идем в банк?

— Конечно. Я не стал их предупреждать. Свалимся как снег на голову.

Через час Виктор и Петр сидели в роскошных креслах в гостиной для самых важных клиентов Имперского банка.

Незадолго до этого Виктор показал управляющему замызганную бумажку, извлеченную из кармана мертвого охранника бомбы на перевале.

Управляющий покивал, записал номер и пошел было в архив за информацией о счете, но Петр ему не позволил.

Да, мы идем с вами. Полномочия? Вам мало предъявленных? Дело Кавалергардского Корпуса. Да, господин следователь гнездовской стражи со мной. Согласно параграфу…

Дальше Виктор не слушал. Идеальная память Петра за годы не ухудшилась, а пользоваться ею он стал с гораздо большей элегантностью. Сейчас он в тонкий блин раскатал несчастного банковского управляющего цитатами из Уложений Гётской Империи.

Вскоре они получили тощую папку с данными по счету. Управляющий проводил их в гостиную,

раскланялся, вызвал секретаря с чаем и печеньем и удалился, чтобы не мешать господам изучать улики.

Процесс, на который один Виктор потратил бы в лучшем случае три дня, Петр ускорил до двадцати минут. Надо бы, наверное, поблагодарить…

Виктор бесцеремонно забрал папку и достал листок, из которого следовало, что на искомый анонимный счет деньги поступили из банка Магической Академии. Так себе след, там многие хранят капиталы. Проценты низкие, зато надежность — не в пример остальным. И конфиденциальность. По счету Академия справок не даст. «Тайна вклада» — и гуляйте.

— Бред какой-то, — фыркнул Петр, заглянув через плечо Виктора. — Чушь.

— Поясните?

— Номер счета. Сейчас… — Петр выложил все бумаги перед Виктором. — Смотрите. Деньги пришли с основного расчетного счета Академии.

— Мы это знаем, потому что?.. — скептически спросил Виктор.

— Потому что я уже два года плачу за обучение жены. У меня все еще хорошая память, и ручаюсь — это тот самый счет, куда уходит львиная доля доходов Лунного поместья.

— Кхм… Неожиданно. Госпожа Румянцева — студентка? Кто бы мог подумать. Но почему? Насколько я знаю, Академия учит всех, у кого есть способности?

— Учит. Обычно маги заключают кредитный договор и много лет возвращают деньги. Но можно и заплатить самому.

— Вы решили, что жене имперского госслужащего не стоит влезать в долги к магам? Логично.

— Примерно так. Давайте не отвлекаться, — чуть смущенно сказал Петр. — Посмотрите сюда, — он достал из папки две солидные бумаги с золотыми печатями. — Перечисление было через векселя, это стандартная практика. Вот только векселя не совсем обычные. У случайного человека таких бумаг быть не может, не продают их первым встречным. Это либо кто-то из руководства Академии, либо, например, герцог Кошица. Владетельные господа так хранят часть своих денег. Самое, пожалуй, надежное вложение.

— В чем особенность?

— В личной ответственности. По обычному векселю отвечает банк Академии. Просто и незатейливо. Но эти — именные. Их имеют право выдавать только маги из правления Академии. Даже не Ученый совет, а выше — ректор, проректоры, управляющий и некоторые деканы. Те, кто контролирует денежные потоки. А теперь посмотрите на подпись.

— Ого! — выдохнул Виктор. — Ректор Академии фактически оплачивает работу бандитов? Оставив четкий бумажный след?

— Не только бандитов, — сказал Петр, глядя в выписку. Было еще несколько платежей.

— Разберемся, — кивнул Виктор. — Но я, кхм… сомневаюсь. Ректор Веслав и прямая уголовщина? Скорее, его уровень — зарезать диссертацию перспективной колдуньи.

— А если он идиот и полез не на свое поле?

— Не имею чести быть знакомым с главой Магической Академии, — задумчиво ответил Виктор. — Но не стоит исключать этот вариант. Или Веслав поручил это дело идиоту.

— Или не привык работать с наличными, — хмыкнул Петр. — Или он вообще ни при чем, а кто-то из его доверенных лиц провернул это в одиночку… Или его кто-то подставляет. Думаю, никто не рассчитывал, что чек всплывет.

— Вы правы, если бы удалось взорвать бомбу, мы никогда не узнали бы об этом счете, — Виктор размышлял вслух. — Придется задать мессиру Веславу пару вопросов… Любопытно, как далеко он нас пошлёт?

— Зато можно исключить Ингрид Эзельгаррскую из списка подозреваемых, — пожал плечами Петр. — Нет у нее серьезных рычагов давления на Академию. И векселей Веслава тоже нет, на оплату захвата Эзельгарра они выгребли всё до нитки…