Вкус крови (СИ) - Гранд Виктория - Страница 30

— Чего ты боишься? — спросила я его, хотя намеревалась задать совсем другой вопрос.

— Что мы не продвигаемся к границе, — тихо ответил он.

— Ты можешь примкнуть к другой группе и топать, куда тебе вздумается, — немного резко ответила я.

— Это не спасет от магии, — сердито засопел он. — В столице или где-то рядом остался мой хозяин. Он очень сильный маг, и он так просто не сдастся. У него много опасных заклинаний для своих врагов.

— Нам-то какое дело? Мы никому не враги. Просто поможем местным и уже послезавтра свалим отсюда.

— Ты очень странная вампирша, — чуть улыбнулся Фунтик. — Хотя это и понятно: ты же не совсем вампирша. Это магия Эрке сделала тебя такой.

— А когда я вернусь домой, я останусь вампиром? — внезапно пришло мне на ум.

— Скорее всего, нет. Ведь вампиры — магические существа, а в твоем мире, как ты говоришь, нет магии. Ты снова станешь человеком, как и любой другой вампир, попавший туда.

— Прикольно, — задумалась я о перспективах. — Но буду я пытаться или нет, зависит от одного обстоятельства…

— Да, я понимаю. Ты это и хотела спросить? Жив ли твой любимый?

— А это возможно узнать? — занервничала я.

— Да, если у тебя есть какая-нибудь вещь Хольгерда. Нам поможет вестник, у него много других возможностей кроме передачи новостей.

Я призадумалась. Никаких вещей Хольгерда у меня не было. Даже платьев, как назло, осталось всего два, и те из замка Дассенди. Вдруг меня осенило:

— Стилет! Хольгерд подарил мне вампирский стилет еще там, в лесу. Это подойдет? Правда, времени прошло уже много, может, информация перекрылась моей?

— Смотря, сколько он владел этим стилетом. Если хотя бы пару лет, то все в порядке.

Стилет оказался подходящим. Гоблин положил его рядом с хрустальным шаром, помахал над ними руками, как будто настраивал какие-то невидимые мне магические нити, и начал бормотать заклинание.

— Смотри в шар, — тихо и отрешенно сказал он. — Ты все увидишь.

Я всматривалась до ломоты в глазах, но в шаре метался только темный вихрь. Гоблин подошел ближе и тоже всмотрелся. Внезапно я увидела силуэт вампира. Образ был нечетким, лица невозможно было разглядеть, только общий контур — мужчина, крылья, сложенные за спиной, его неторопливые движения. И вдруг все исчезло. Разочарованная, я посмотрела на Фунтика и увидела его страшненькую улыбку.

— И что это значит? — не поняла я.

— Значит, что он жив, — недоуменно пожал плечами гоблин. — Ты же видела!

— Но я не видела лица! Только какой-то мужчина… Вампир… — слезы опять покатились из глаз, — почему ты уверен, что это он? Может, это кто-то другой?

— Что значит, может? — нахмурился гоблин. — Магия — самая точная наука! В ней нет вариантов и исключений. Прочитал заклинание, взял вещь Хольгерда — увидел Хольгерда! Никто другой там появиться просто не мог! А изображение нечеткое, потому что вестники для этого и не предназначены. Это надо настоящий магический шар брать, он специально чаруется под поиск. Не плачь! Больше никогда не плачь! Твой Хольгерд жив!

— Да? — всхлипнула я и разрыдалась уже по-настоящему. А маленький гоблин гладил меня по волосам, бормоча что-то успокаивающее.

Конечно же, я поделилась радостной новостью с Эльтонтом и Вирджиной. А от них информация расползлась по всем нашим людям. В эту ночь все засыпали с улыбкой на устах. Я легла спать абсолютно счастливая.

На следующее утро мы все, ни свет ни заря вышли в поле. Мы с вампирами сопровождали чуть более сотни людей, которые быстро и с радостью кинулись в поля. Было видно, что они действительно переживали за свои труды и за будущий голод в случае пропажи урожая. Наши люди тоже присоединились к работе, раз им обещали хорошо заплатить. Хозяин замка носился между ними, приговаривая:

— Начинаем с кукурузы, знаю, что рановато, но лучше все-таки сейчас, чем потом все потеряем. Там что собирайте все початки до единого, ничего не оставляйте! — он заодно проверял повозки, на которые планировали складывать урожай.

Мы же с вампирами распределились вокруг кукурузного поля так, чтобы каждому досталось по одной стороне. Мы патрулировали свою территорию с дрессированными вульдами из замка. Не думаю, что они могли причинить какой-то реальный вред крупному хищнику, но мародеров и бродячих вампиров отпугивали неплохо. Охранять людей и правда, стоило: к полю все еще двигались беженцы, их надо было отправлять по другим дорогам. Встречались и голодные вампиры, которые очень зло смотрели на хорошо вооруженную охрану людей. Один раз на Эльтонта со стороны леса выскочил огромный тарг, и если бы не мгновенная реакция вампира, он бросился бы на людей. Эльтонт же увернулся, распоров ему лапу стилетом. Тут же подключился гоблин, который, хоть и был на другой стороне, смог кинуть магический удар в зверя. Тарга это замедлило, и Эльтонт нанес ему смертельные раны.

Тут же, откуда ни возьмись, к еще хрипящему таргу сбежались трое незнакомых вампиров из леса, чтобы подкрепиться свежей кровью. Я поспешно отвернулась.

После кукурузы люди смогли собрать урожай еще с нескольких полей, работали до глубокой ночи. Тяжело груженые повозки с припасами тянулись в замок. Мы закончили, когда уже совсем валились с ног. Но урожая оставалось еще много. Было ясно, что за пару-тройку дней мы не управимся.

Хольгерд и Миксаль сидели дома, не показывая носа на улицу. Делать было нечего, и они потихоньку рассказывали друг другу о себе. В основном, конечно, Хольгерд: в его жизни хватало интересных событий. Рассказал он и своей неожиданной любви, синеглазой Вике, о которой теперь думал день и ночь. У Миксаль же вся жизнь уместилась в несколько предложений. Жила до пятнадцати лет с семьей недалеко от Брюменталя, потом дядя, который работал поваром во дворце, позвал к себе, на освободившееся место помощницы по кухне. Миксаль два года работала в столице, жила в домике у дяди. После той страшной ночи с захватом дворца дядя не вернулся.

Вопрос еды Миксаль сначала не волновал: в домике было немного продуктов. Так что она сварила замечательную кашу и даже предложила ее вампиру, но потом осеклась, смутившись.

— Ничего, — улыбнулся ей Хольгерд, — мне даже приятно, что ты не воспринимаешь меня как кровожадного монстра. Но кашу, извини, есть не буду.

— А хочешь моей крови? — девушка и не знала, как загладить свою оплошность. И ей было ужасно жалко красивого голодного вампира.

— Нет, спасибо, — отказался он. — Не переживай за меня, вампиры могут обходиться без еды очень долго.

На самом деле у него уже живот сводило от голода, но пить кровь у хозяйки дома совесть пока не позволяла.

На третий день припасы в доме закончились. Хольгерд дал Миксаль деньги, радуясь, что захватил с собой во дворец немного, и отправил на базар, наказав идти как можно осторожнее, лучше всего рядом с отрядом новых стражников, патрулирующих город.

Миксаль убежала, вернувшись где-то через час. Вместе с ней на крыльцо зашел какой-то рослый парень. Хольгерд мог видеть его через приоткрытое окно. А заодно и слышать.

— Я сказала, нет! — раздраженно говорила Миксаль, пытаясь отделаться от сопровожающего.

— Но ты же теперь живешь совсем одна! Пусти хоть на минутку, может, надо что-то починить? — по тону парня было ясно, что он ничего чинить не собирается, а хочет лишь проникнуть в дом. А там Миксаль будет беззащитна.

— Уйди, прошу! — девушка открыла дверь, и назойливый парень нагло втолкнул ее в дом. Он так и не понял, каким образом хрупкая Миксаль смогла вышвырнуть его обратно на крыльцо: с ярко освещенной улицы непривычная темнота дома скрыла подробности. Парень опомнился перед захлопнувшейся дверью.

— Я же говорила, что в дом не пущу! — весело прокричала ему Миксаль из окна и скрылась в глубине дома. Разочарованный кавалер зло пнул камень у крыльца и удалился.

— Что это за придурок? — сердито спросил Хольгерт, потирая запястье. Полностью показываться из-за двери он поостерегся, а вытолкнуть парня одной рукой оказалось сложнее, чем он думал.