Академия «Кристалл». Семейные тайны 2 (СИ) - Октябрьская Оксана - Страница 40

― Да кто вы такой? – пленница неосознанно царапала ногтями стену, и липкая кровь размазывалась по пальцам.

― Я тот, кто восстановит справедливость! Тот, кто будет править вашим мирком, крепко держа власть! Я уничтожу конкурентов так же, как уже уничтожил вампиров. С бытовиками – ещё проще! Мне нет нужды от них избавляться. Риварская кровь давно разбавлена, бытовых магов всё меньше, а местная магия слабеет с каждым поколением. Достаточно отобрать возможность получать образование и развивать свой дар, чтобы бытовики перестали быть угрозой и проблемой. Пара десятков лет, и вопрос решится сам собой. Власть и магия принадлежат мне по праву! Игры в равенство закончились. Этот мир перейдёт в руки высших магов, как это и должно было случиться изначально. Именно таков был план до перехода. Но, Тивры единолично решили, что местные заслуживают уважения, что они не уступают нам в искусстве магии… Они не хотели противостояния с коренным населением? За слабость приходится платить!

― Вы не справитесь с Королевским Кристаллом и погубите Ривару и весь мир!

― Дитя моё, – он в два шага оказался возле Нэл, и потрепал по щеке, отчего она дёрнулась, ударившись затылком так, что перед глазами заплясали искры. – Мой план гораздо сложнее, и гибель мира, в нём не значится. Не сердитесь… Вы смиритесь, со временем. Другого выхода нет, я сумею вас… урезонить. Ничего личного, вы всего лишь средство для очистки крови Высших магов. Таково место вампиров.

― Я никогда не смирюсь! – Нэл плюнула в него и кинулась вперёд, пытаясь сорвать капюшон.

Пальцы железной хваткой сдавили ей горло, с силой ударив несколько раз головой о стену. Декан хрипела, пыталась оторвать его руку, и сделать хоть вдох, но противник оказался силён. Она вонзила ногти в его запястье, «капюшон» взвыл, а на неё обрушились несколько тяжеловесных пощёчин. Похититель схватил Нэл за плечи, оторвал от пола и швырнул о противоположную стену камеры, словно куклу.

Женщина сдавленно вскрикнула, едва не потеряв сознание от боли. Кровь заполнила рот и побежала струйкой по подбородку, глаза застили слёзы.

― Ты смиришься, вампирское отродье! Или я уничтожу всех, кто тебе дорог! Кроме твоего ищейки, конечно! Он тоже станет свидетелем их смертей! Будет мучиться неизвестностью, корчиться от осознания своей вины, и продолжать бесполезные поиски... А потом ты увидишь, как он наложит на себя руки, уж я помогу ему принять это решение. Сомневаешься? Посмотри на бывшего жениха!

― Будь ты проклят!

Он лишь рассмеялся, с яростью пнул её в живот, и процедил:

― Привыкай, рабыня. И не зли меня. Ты знаешь, к чему приведёт упрямство. Смирись, и те, кого ты любишь будут живы и здоровы. Я приду, когда понадобишься. Здесь полно крыс и насекомых, разбуди вампиризм, который безмозглая мамочка-бытовичка связала. Ну… или жри их так, если поймаешь. Пока же, советую начать с бывшего женишка, потренируйся. Он всё равно не жилец.

Выродок собрался уходить, Нэл сумела подняться на четвереньки и схватила полу его плаща:

― Ты уже использовал Римта в своих грязных замыслах, оставь ему жизнь! Отпусти!

― Зачем? – в голосе мелькнуло искреннее удивление. – Он сыграл свою роль в этой драме. А тебе нужно что-то есть. Интересно, кто станет чьим обедом? Кто победит, Нэл? Ты или крысы?

― Я сожру тебя, тварь! – прорычала декан, когда он отпихнул её ногой, как мусор.

― Ты правда думаешь, я не позаботился о собственной защите от твоих способностей? Не обломай зубки, красотка, они тебе ещё пригодятся.

Подонок ушёл, смеясь, и унёс с собой факел.

***

Шаги растаяли. Нэлис съёжилась в комочек и беззвучно плакала. Ощущение времени и пространства исчезло в темноте. Избитое, израненное тело затекло, и сырость пробирала до костей. Казалось, она тут уже вечность!

Со стороны коридора послышались шорохи. Множество маленьких лапок шуршали и шлёпали по камням пола. В тяжёлой, как могильная плита, тишине этот звук казался нестерпимо громким, а может, просто слух обострился, раз зрение не могло побороть тьму.

― Крысы… – Нэл прошиб холодный пот, а зубы непроизвольно застучали.

― Уходи отсюда, – слабый, сиплый голос Римта заставил вздрогнуть. – Оставь им меня.

― С ума спятил?! – декан бросилась к бывшему жениху, споткнулась и повалилась на пол, добавив кровоподтёков ладоням и коленкам. Громко выругавшись, превозмогая боль, она подползла к мужчине и нашла его руку.

― Я всё равно умираю, Нэл.

― Йан спасёт нас! Не смей сдаваться!

― Надеюсь, он найдёт тебя. Этот ищейка… – Римт усмехнулся и закашлялся. – Я рад, что оставляю тебя с ним. Он лучше, чем был я.

― Ты не «был»! Ты живой! Заткнись и береги силы!

Крысы, услыхав шум и разговоры, затаились, но Нэлис чувствовала их взгляды, голод и нетерпение. “Как надолго хватит их нерешительности?” – мелькнула паническая мысль.

― Нам надо говорить! Они пока боятся…

― Ты просила заткнуться, – невесело усмехнулся бывший.

― Эрса! Не время для шуток!

― Другого у меня не будет, милая…

Повисло молчание. Он переплёл их пальцы и легонько сжал. Нэлис сглотнула слёзы и часто заморгала. Когда-то эти руки были такими родными!

― Нэл… Прости меня. Я втянул тебя в дерьмо! Моя тупость, ревность и жадность всему виной.

― Замолчи! – прикрикнула декан. – За что мне тебя прощать? Мы оба стали игрушками для этого подонка.

― Но я..

― Хватит! Не смей себя казнить! Если на то пошло, ты не оказался бы здесь раненым, если бы не связался со мной!.. Никто из нас не виноват, Эрса. Это всё он с нами сотворил.

Нелис сильнее сжала его руку, наклонилась и положила голову на плечо. Он прильнул щекой к её макушке.

― Этот твой запах… – Римт сделал судорожный вдох, словно пытался втянуть побольше аромата любимой. – Я так соскучился… Перед тем, как в моей дурной голове засела мысль о расставании, я собирался уволиться из клиники, поискать другую работу, и сделать тебе предложение. Теперь это не важно, просто хочу, чтобы ты знала… Те лилии… Я отчаянно надеялся вернуть тебя.

― Знаю, – прошептала женщина, и поняла, что верит ему. Сердце сжалось от боли за него, за всё, чего их лишил этот нелюдь.

Они лежали рядом, согревая друг друга. Время измерялось только ударами сердца, и Нэлис чувствовала, как он растворяется в этом невидимом потоке, уходя от неё. Дыхание Эрсы становилось всё слабее.

Что-то задело ногу, декан взвизгнула и лягнула маленькую мягкую тушку. Вскочив, сорвала плащ, и кинулась в сторону коридора, хлеща по сторонам тканью. Её отчаянные вопли отдавались эхом где-то в глубине их темницы.

― Нэл, – прохрипел мужчина. Она вернулась и снова опустилась рядом с ним. Римт сделал судорожный вдох, шаря рукой в темноте, и декан вложила пальцы в его ледяную ладонь. – Нэл, ты должна спастись! Сделай, как он сказал. Пока я жив, забери мою силу, всё, что осталось! А потом, попытайся найти выход. Крысам будет, чем заняться некоторое время. Это твой шанс…

Нэлис покрылась гусиной кожей, услыхав его слова. От возмущения воздух выбило из лёгких.

― Нет! – крикнула она. – Нет! Я не монстр!

― Ты должна выжить, – совсем тихо пробормотал он. – Позволь мне хоть так позаботиться о тебе. Я умру, зная, что попытался помочь…

― Нет! – она обхватила ладонями его лицо и склонилась к самым губам. – Держись! Нас спасут! Уже скоро!

― Я люблю тебя, Нэл. Только тебя одну… Всегда! – его голос был едва различим. Невероятным усилием он приподнял голову и коснулся её губ коротким поцелуем. – Постарайся выжить…

Его тело обмякло, испустив последний тихий стон. Эрса Римт умер. Нэл закрыла ладошкой рот, сдерживая крик. Боль рвалась наружу, готовая раскурочить рёбра и разодрать грудь в клочья.

― Прости меня, – покаянно прошептала она и поцеловала его. Провела ладонью по векам, но красивые синие глаза были итак закрыты, длинные ресницы мягко пощекотали кожу. Женщина уткнулась в широкую грудь, залитую кровью, и дала волю слезам.

Рыдания лишили остатков сил, она всхлипывала, хватая ртом воздух. Щёки саднило от соли, губы пересохли, слюна стала вязкой, пришла жажда.