История уголовного розыска. 1918–1999 - Холодов Сергей Альбертович - Страница 39

Через час на месте происшествия работали оперативники МУРа. Из материалов уголовного дела: «Потерпевшие частично обнажены, привязаны к деревьям. Отсутствуют мягкие ткани в области ягодиц и спины».

Последнее обстоятельство особенно насторожило сотрудников уголовного розыска. Дело в том, что как раз в конце 1970‑х годов в Казахстане объявился… каннибал. Он не только убивал, но и частично съедал тела своих жертв. Для Советского Союза брежневской поры это казалось почти невероятным, но факт остается фактом: на счету советского каннибала Николая Джумагалиева как минимум десять убийств. И вот нечто похожее произошло в Москве, за три тысячи километров от казахстанской степи.

Впрочем, прибывший на место происшествия эксперт‑криминалист Валентин Сукотин уверенно заявил: женщина и ребенок погибли в результате переохлаждения, а трупы обглодали бродячие собаки.

И тем не менее двойное убийство для тех лет — событие чрезвычайное. Дело взял под личный контроль начальник МУРа Олег Еркин. Опытный сыскарь, на счету которого к тому времени были десятки раскрытых преступлений, Еркин сразу же выдвинул версию: женщина и ребенок стали жертвами ограбления. Ситуацию осложняло то обстоятельство, что на месте происшествия сыщики не обнаружили никаких следов. Документы у жертв отсутствовали, опрос местных жителей также не принес никаких результатов. Непонятно было и то, каким образом женщина с маленьким ребенком оказались в лесу в жуткий мороз.

Буквально на следующий день — новое ЧП. На окраине Москвы в частном секторе найден замерший человек. Никакой одежды на нем не оказалось, только на ногах — войлочные ботинки, которые в народе называли «прощай, молодость». Такая обувь, несмотря на непрезентабельный вид, стоила дешево и отлично спасала от морозов. Поэтому в 1970‑е годы была весьма популярна, особенно у тех, кто любил зимнюю рыбалку, охоту или просто длительные прогулки на свежем воздухе.

Вот такие ботинки и обнаружили на мертвом мужчине. И снова — никаких следов вокруг. Экспертиза показала: смерть наступила от переохлаждения, алкоголя в крови не обнаружено. Тело было привязано к дереву. А мужчина, к слову сказать, был богатырского телосложения и недюжинной физической силы, однако это не помешало преступнику раздеть свою жертву, ограбить и оставить умирать на морозе. Значит, преступников, скорее всего, было несколько. Однако следов, как и в первом случае, они не оставили.

Тем временем в милицию обратился житель одного из домов неподалеку от места трагедии. Он рассказал, что накануне вечером рядом с домом заметил какого‑то странного человека. Тот бродил с электрическим фонариком и явно что‑то искал. Потом фонарь погас, послышался шум автомобильного мотора, и все стихло. А на следующий день в соседнем лесу обнаружили труп.

Следствие явно буксовало. Информации было ничтожно мало. Даже личности погибших неизвестны. В течение нескольких дней сыщики тщательно отрабатывали все данные о пропавших без вести людях, причем на территории не только Москвы и Подмосковья, но и соседних областей. Возможно, погибшие приехали в столицу из какого‑нибудь провинциального городка. И тут муровцам улыбнулась удача: выяснилось, что в канун Нового года в милицию обращалась пожилая женщина, которая заявила о пропаже своей дочери и внучки. По словам заявительницы, ее дочь Татьяна Аллегрова и маленькая внучка Леночка поехали в гости к родственникам в Сокольники. Больше их никто не видел.

На опознании в морге, несмотря на то что тела были сильно изуродованы, женщина узнала свою дочь и внучку. А еще заявила сыщикам, что знает убийцу. По ее словам, на такое мог решиться только один человек: некто Мухин, директор гастронома, где работала погибшая Татьяна. Дескать, он давно и неровно дышал к своей сотруднице и даже неоднократно делал ей непристойные предложения. Татьяна всякий раз отвечала отказом. И тогда Мухин решил отомстить.

Сыщики проверили информацию. И она подтвердилась. Действительно, Мухин не только не давал Татьяне проходу на работе, чему было немало свидетелей, но и регулярно звонил девушке домой. Заступиться за Татьяну было некому: после развода она одна воспитывала маленькую дочь. Мухин знал об этом, а потому день ото дня предложения становились все более откровенными, а поведение начальника все более пошлым. И закончилось все тем, что Мухин буквально силой затащил Татьяну к себе в кабинет. Лишь чудом девушка вырвалась из рук похотливого начальника. Последнее, что она услышала, выбегая из кабинета, слова Мухина, брошенные ей вслед: «Ты еще пожалеешь, стерва!» Случайным свидетелем этой мерзкой сцены стала кладовщица гастронома. В тот момент она проходила по коридору мимо кабинета директора и видела выбегавшую в слезах Татьяну.

К директору гастронома немедленно отправились сотрудники уголовного розыска. Но на месте Мухина не оказалось. Тогда сыщики решили навестить его дома. Директор гастронома жил в роскошной трехкомнатной квартире на 5‑й Парковой улице. Когда оперативники подъехали к его дому, Мухин как раз выходил из подъезда и направлялся к своим «Жигулям». Заметив, что к нему идут оперативники, Мухин с силой метнул в сыщиков свой дипломат и побежал в сторону парка, явно надеясь затеряться среди деревьев. Стрелять было нельзя: вокруг прохожие, могли пострадать случайные люди. Сыщики бросились в погоню. Когда до парка оставались считанные метры, неожиданно Мухин поскользнулся и упал. Его тут же скрутили. Во время задержания Мухин отчаянно брыкался и даже укусил одного из сыщиков за палец…

Так же вызывающе он вел себя и на допросах. Кричал, что любил Татьяну, хотел склонить ее к сожительству, но к убийству девушки и ее маленькой дочки не имеет никакого отношения. И хотя многие работники гастронома в беседах с оперативниками отзывались о Мухине как о человеке крайне негативно, тем не менее у него нашлось железное алиби: в день, когда произошло убийство, директор гастронома отдыхал в одном из подмосковных пансионатов. И это подтвердили многие свидетели.

Пока разбирались с Мухиным, в другом районе Москвы была найдена очередная жертва неизвестного преступника. Неподалеку от Рогожской заставы мальчишки, катаясь с горки, внезапно наскочили на торчавшую из сугроба женскую руку. Приехавшие на место врачи скорой помощи и сотрудники милиции извлекли из‑под снега девушку. Она была полураздета и еле дышала. С диагнозом «сильное переохлаждение» ее отвезли в больницу.

Несколько дней врачи боролись за ее жизнь. Девушка выжила, но ноги пришлось ампутировать — обморожение оказалось слишком сильным. Придя в себя, пострадавшая назвала свое имя — Надежда Крутикова — и вспомнила некоторые подробности произошедшей с ней истории.

В тот вечер Надежда возвращалась домой. Жила она за городом, пользовалась электричкой. К сожалению, как ни спешила, последняя электричка ушла буквально из‑под носа. Следующая только утром. На улице трещал тридцатиградусный мороз. Знакомых в Москве не было, а ночевать на вокзале не хотелось. Такси у вокзала тоже не оказалось. Ситуация принимала не самый хороший оборот. И тут Надежда заметила неподалеку симпатичного парня. Тот помахал ей рукой. Надя ответила. В советские времена люди были куда более доброжелательны и приветливы, так что подобного рода безобидный флирт на улице ни у кого не вызывал опасения.

В общем, Надя ответила. Молодой человек подошел, представился Игорем и поинтересовался, чем занимается такая красивая девушка одна в морозный зимний вечер на вокзале. Надежда поведала свою грустную историю с ушедшей электричкой. Игорь предложил подвезти барышню на своей «Волге». Ему, дескать, в ту же сторону, а ехать одному скучно. Надежда радостно согласилась.

Всю дорогу Игорь шутил, пел песни и угощал попутчицу мандаринами. За разговорами Надежда даже не заметила, как они свернули в сторону и поехали другой дорогой. А затем водитель предложил Надежде шампанского. Мол, у него сегодня радость: сын родился. Сам он не может, потому что за рулем, а вот Надежда просто обязана выпить за новорожденного. Надя сделала несколько глотков. Что было потом, девушка не помнила: перед глазами мелькали какие‑то картинки, было приятно и тепло. А потом вдруг стало очень холодно. И девушка отключилась.