Немая смерть (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 87

Какие бы качества он во мне ни разглядел, наши планы не изменились. Мне по-прежнему предстояло общаться с верхушкой Учиха и Орочимару, что, учитывая их нелюбовь друг к другу, задача нетривиальная.

Встречали нас с пышностью невероятной. Вообще-то говоря, ещё на границе Огня к обозу присоединились символические «проводники», в чью задачу якобы входило указание дороги и которые в самом деле разруливали мелкие неприятности, неизбежные в пути. Общались с чиновниками, обеспечивали ночлег и всё в таком духе. За один дневной переход до деревни посольство встретил почетный эскорт, куда помимо представлявших Хокаге Анбу также входили представители многих кланов Конохи. Причем каждый считал своим долгом сказать несколько приветственных слов, отчего церемония растянулась на три часа.

Впрочем, уровень пафоса достиг своего максимума при въезде в деревню. Ради торжественного случая открыли почетные Северные ворота, в обычное время запертые на замок и носящие скорее декоративный характер, причем встречал посольство лично Хокаге-сама. При его появлении народ принялся вытягивать шеи — смотрели, сделает ли он несколько шагов вперед, выходя за пределы деревенской черты, или останется на месте. Второй случай следовало рассматривать как что, по его мнению, гости важны, но их предложения не нравятся, или просто не слишком желанны. Сделал, шагнул.

Сарутоби Хирузен, Сандаймё Хокаге Конохагакуре но Сато, ощущение производил внушительное. Любой шиноби в той или иной степени харизматичен, но Хирузен-доно буквально пропитывал окружающих исходящим от него чувством благожелательной мощи. Неудивительно, что бесклановые и многие клановые его боготворят.

Сколько в оказываемом воздействии непроизвольного влияния собственной личности, сколько осознанных усилий и сколько действия кеккей генкай, сказать сложно. Не исключено, что значение имеет только первая часть. Бездетный Тобирама любил своё детище, Коноху, всей математически-выверенной душой и выбрал наилучшего преемника из возможных. Юный, не старше двадцати лет, Сандаймё удержал власть. Он справился с нападками обозлённых Учих, рассчитывавших увидеть на троне Кагами-сама, не позволил сделать себя марионеткой Сенджу, за которыми стоял авторитет двух удачных правителей, умело маневрировал среди группировок и альянсов остальных кланов. Его опорой стали потомственные шиноби, приходившие в Лист в поисках безопасности, именно они составили костяк Анбу и разведки. Он оказался не очень хорошим полководцем, но прекрасным политиком, и не факт, что без него деревня не развалилась бы. Во всяком случае, грызня кланов шла бы намного сильнее и того доверия, что существует сейчас, не возникло бы.

Раскланивались мы примерно час. Со стороны могло показаться, что без пышных костюмов, напыщенных поз и выспренних речей легко обойтись, но на самом деле это не так. Основные слова говорятся именно сейчас. Изощренно-витиеватые намеки высокого наречия прекрасно подходят для того, чтобы сделать предложение, ничего не сказав впрямую. Язык, непонятный простолюдинам и позволяющий сторонам сохранить лицо при любом развитии событий. Аой-сама озвучил, зачем мы прибыли, Хирузен ответил, что этого давно ожидали, и пригласил устраиваться поудобнее, потому как вопрос непростой. Вкратце, так.

Квартал Узумаки очень сильно изменился за прошедшее время. Причем дело даже не в том, что стало больше строений, границы участка расширились, а барьерные печати явно недавно обновлялись и перенастраивались. Дети появились. В прошлый свой визит я никого, моложе подростков-генинов с хитайате, не видела, а сейчас вокруг носятся стайки вопящей ребятни, что-то высматривают, пристают к взрослым.

— Да, Кушина-сенсей? — повинуясь жесту, Сачико подошла поближе.

— Задание для вас. Выясните, сколько детей проживает в квартале, как давно они здесь и к каким семьям принадлежат.

— Хай, сенсей! А нам можно будет побродить по деревне?

— Если найдёте сопровождающего.

Или, скорее, я его найду. Дипломаты уже вовсю работают, список встреч вчерне согласован и найти сопровождающего трём генинам будет сложно. Попросить кого-нибудь из Сенджу или Учиха? Первые нарасхват, вторым я учеников не доверю, потому что по части внедрения поведенческих схем носители шарингана уступают разве что Яманака. Есть ещё Курама, но связь с ними деревенским наблюдателям неизвестна и пусть так останется.

Людей приехало больше ожидаемого и места всем не хватило, и от соседей заявился хмурый слепой дедуган, мокутоном вырастивший двухэтажный домик. Уверена, к завтрашнему утру об этом услышат все, кому надо. В сердце кланового квартала пустили чужака, никак его не контролировали и позволили применять родовые техники — вряд ли можно измыслить более явное доказательство крепости союза Сенджу и Узумаки. После такого шепотки об ослаблении дружбы двух великих кланов, вызванные смертью Мито-сама, сойдут на нет.

Никто не узнает, что после ухода старца его творение в прямом смысле насквозь просветили. И никаких серьёзных разговоров ни внутри, ни около дома в дальнейшем не вели.

Ну а на следующий день началась гонка. Помощники Аой-сама носились, словно укушенные, рассылая десятки писем и организовывая встречи, периодически забегая к ирьенинам или казначею. Меня тоже не миновала доля сия, но в значительно меньшей степени — я отослала Каташи-сану записку с напоминанием о его обещании сводить меня в местный театр и напросилась с коллегами в госпиталь, чем и ограничилась. Первое послужит для организации встречи с Нобору-сама, через Цунадэ я надеюсь послать весточку змеиному саннину. С Орочимару просто так не пообщаешься, личность он занятая и скрытная до невозможности. Впрочем, госпиталь я бы в любом случае навестила.

Ответов следовало ожидать не раньше вечера, таким образом, у меня образовался относительно свободный день. То есть кое-какие дела имелись, но ничего важного. Чтобы не терять времени даром, внаглую пошла к счетоводам и потребовала показать отчетность за последний год. Отказать мне не посмели, зато принесли какие-то ничего не поясняющие бумажки, которые я с недовольным видом вернула обратно. Следующая партия оказалась более информативной. Полноценной аналитики по продажам мне, разумеется, никто не даст, для получения этой информации нужен соответствующий допуск, но учитывая, что моя семья как раз и отвечает за поставки, сложить кусочки было не трудно. Происходи дело в Узушио, так и допуск бы не потребовался, просто в Конохе на ключевых постах сидят Узу и Зеленые.

Больше всех денег на печати тратят Хьюга. Их кеккей генкай дает многое, в то же время отнимая возможность использовать нин- и гендзюцу. Получается странная картина — прекрасные сенсоры, они издалека видят врага и в то же время не могут его достать, потому что специализируются на ближнем бое. В прошлом их выручали пространственные техники, на освоение которых уходило много времени, после присоединения к Конохе ситуация улучшилась, глазастиков берегли. Тем не менее, по старой памяти и из нормальной осторожности они продолжают активно использовать свитки с запечатанными техниками и барьеры. Их верхушку не устраивает появление ещё одного великого клана, но их можно тупо купить, пообещав скидки.

Следующее место, исходя из примерных подсчетов, в равной пропорции делят Учихи, тройственный союз Нара-Акимичи-Яманака и продажи в лавках. Учихи берут не много, у них есть свои мастера для производства расходников типа кибакуфуд, зато все приобретаемые ими фуин высокого качества и стоят дорого. Часто заказывают барьеры, от них стабильно поступают заявки на медицину и защитные артефакты. После их помощи при отражении штурма Узушио мы сделали немало дружественных жестов в отношении друг друга и теперь вопрос в том, сочтут ли Учиха наступившее потепление в отношениях временным или постоянным. Скоро узнаю.

В тройственном союзе всё не так благостно, как кажется на первый взгляд. Нара сидят по штабам и всем довольны, Яманака заняли прочные позиции в разведке и, в целом, у них тоже всё хорошо… Акимичи теряют статус. Раньше они были необходимы союзникам в качестве боевиков, но теперь острая нужда отпала, дефицита бойцов в Листе не наблюдается. Сенджу могут предложить не менее качественные стимуляторы, Инузука точно так же прекрасно ориентируются в лесу, в торговле продовольствием толстяков после смерти Акимичи Торифу потеснили Сарутоби. Если подумать, союз можно расколоть, только нужно ли? Они — едва ли не единственные союзники Хокаге, не возражающие против переселения Узумаки в Коноху.