Любовь на страницах (СИ) - Хусаинова Нигина - Страница 16

— Знаю, вы хотите уйти отсюда, и самое главное мечтаете отомстить тому, кто вас сюда загнал…

Щерчэл усмехнулся.

— Продолжай.

— Того кто вас сюда изгнал нет в живых. Но, есть его потомок. Дочь. Она сейчас занимает важный пост. Сама Избранная богини Пумииль! Живет во дворце, горя не знает…

— К чему ведешь, красавица? — поинтересовался еще один, собираясь хлопнуть Кьяру по кру́пу. Но она ловко увернулась и лягнула его.

— А ты, я смотрю, необъезженная лошадка… — рассмеялся предводитель всех монстров.

— Я пришла сюда по делу, — процедила Кьяра. — Если не желаете получить вожделенную свободу, то я пошла!

— Хорошо, продолжай! — милостиво разрешил главарь.

— Я помогу вам попасть во дворец. Вы можете творить все что угодно. Можете перегрызть всем глотки. Но не тронете только одного. Эрмераха.

— Хм, маленькая, миленькая лошадка. Если этот Эрмерах, будет активно нам мешать, то за его сохранность поручиться не могу…

— Не будет! Я беру это на себя.

— Ну, хорошо. Как ты собираешься воплотить это в жизнь?

— Очень просто. Хоть эта мерзавка и отдала приказ о том, чтобы меня не пускали на территорию дворца, я все равно вхожа в комплекс. Совру охране. Дальше вообще все просто. Есть у меня травка волшебная и достаточно окурить ею помещение и дворец погрузится в сон. Ну, так как? Вы хотите обрести свободу и отомстить?

Щерчэл рассмеялся. От этого смеха кентаврийка поежилась. Но отступать не собиралась.

— И еще одно…

Внимательный взгляд желтых глаз сверлил ее, словно смотря сквозь нее.

— Я хочу, чтобы Избранная страдала. Умирала долго и мучительно.

— Какая ты кровожадная. Если бы не копыта, я бы решил, что ты моя дочурка, — он демонстративно поклонился. — Будет исполнено. Когда выступаем?

— Я пошлю голубя…

Глава 11

Проследить за служанкой не составило труда. И вот Эрмерах уже стоял на крыльце возле охотничьего домика. Он переминался с ноги на ногу, держа в одной руке букет, а в другой того ежика, которого подарил ей не так давно. Эрмерах стоял на двух человеческих ногах, тем самым хотел показать равенство. Несколько раз постучал носком ботинка, но хлипкая дверца не открылась. Вместо этого, Эрмерах услышал недовольный голос Лоры.

— Ну, и чего приперся?

— Лора, — начал Эрмерах, но она его перебила.

— Меня не волнует все, что ты сейчас скажешь. До церемонии осталось шесть дней, вот тогда и встретимся…

— Он, — Эрмерах протянул ей ежика. — Совсем изголодался без своей хозяйки. А я…

— А ты, — снова перебила она. — Мне неинтересен! — Лора забрала из рук кентавра ежика и вошла в дом, захлопнув дверь, прислонилась спиной к ней. — Я без ума только от сексуального художника. — Чехова демонстративно закатила глаза. — А его поцелуи…

— Лора прекрати! Прости. Я идиот. Видел лишь то, что хотел видеть. Но я не могу вот так. Я люблю тебя…

— Это все слова, Эрмерах. Меня еще никто так не динамил, как это сделал ты! Собственно я ни для кого так никогда не старалась, а ты просто взял и наплевал в душу! А теперь что? Извините, не в вас целился, так?

Слова закончились, оправдания тоже. Эрмерах чувствовал, что виноват. Но не мог ее отпустить. Пока он шел сюда, то заготовил целую речь, но сейчас все вылетело из головы. И Эрмерах просто вывалил все, что накопилось на душе.

— Лора, — тихо окликнул он, — не молчи. Ответь что-нибудь…

— А что ты хочешь услышать? «Я тебя прощаю»? «Я люблю тебя»? Да?

Эрмерах молчал.

— Но между нами не может быть любви.

— Почему?

— Потому что нет доверия. А без доверия, нет и любви! Понимаешь? Даже если я сейчас скажу, «Все окей, Эр». «Меж нами все по-прежнему!». Сколько будет длиться идиллия? День? Три? Неделю? До очередного выкидона этой стовосьмушки?[1]

— Что? — переспросил Эрмерах незнакомое слово. Вообще речь Лоры была ему малопонятна, но суть он понял. По крайней мере, о ком говорила Чехова.

— Забудь, — махнула она рукой. — Долго объяснять. Я хочу сказать, что если Кьяра снова подстроит что-нибудь эдакое, то ты вновь поведешься. А я должна страдать? Нет уж, увольте!

— Лора, а как бы ты поступила на моем месте? К примеру, если бы застала меня с Кьярой?

— Пф, — фыркнула Чехова. — Все космы бы повыдергала. Обоим! А ты? Просто сбежал! Трус! Я думала, что это в нашем мире перевелись мужчины, которые шли бы на подвиги ради своей женщины. Ан, нет, тут тоже трепла полно!

— Лора…

— Хватит! — оборвала Лорка очередное оправдание. — Не хочу ничего слушать.

— Хочешь, чтобы я ушел?

— Если я скажу да, уйдешь?

— Нет. — Твердо заявил Эрмерах. — Ни за что. Буду сидеть под дверью…

— Смешно! — хмыкнула Чехова, и открыла дверь.

Оказалось, что Эрмерах, как и она, прислонился спиной к двери. И, когда та открылась, он провалился в пустоту, машинально утягивая Лору за собой. В конце концов, оба оказались на дощатом полу. Кентавр за короткое время «полета», сгруппировался и в итоге, на земле лежал он, а Лорка сверху.

— Ну, ты и засранец!

Чехова попыталась встать. Но Эрмерах не позволил, крепко обхватив ее за талию.

— Не отпущу, — шепнул он, приподнимая голову, чтобы заглянуть ей в глаза. — Никуда не отпущу. Плевать я на все хотел! На Кьяру, на этого художника. Мне нужна только ты, слышишь? И теперь, я буду верить только тебе.

— Нет Эр, мне не нужна вера. Мне нужно доверие, а это разные вещи…

— Я доверяю тебе. И верю в тебя… — исправился Эрмерах. — Прошу, дай нам шанс…

Кьяра заключила сделку с монстрами. Было страшно, но уж очень ей хотелось утереть нос Избранной выскочке. А то, что погибнут многие люди и кентавры. Кьяру не интересовало. Но задача немного усложнилась. Вход во дворец был закрыт. Кентаврийка размышляла, как попасть на запретную территорию. И пришедшая на ум идея, казалась замечательной.

Кьяра расхаживала возле ворот дворца, в ожидании Избранной. План заключался в том, чтобы покаяться, извиниться и пообещать вести себя хорошо. Ну, а когда доверие Лоры будет получено, можно действовать.

Солнечный луч играл на красивом лице Избранной. Эрмерах, убрал локон со лба и наблюдал, как она спит, и как просыпалась. Ресницы подрагивали, но глаза Лора так и не открыла. Она уткнулась ему в плечо, скрываясь от яркого света.

— Давно за мной бдишь?

— Нет, — он погладил ее по волосам.

Кровать была более чем узкая для двоих, но они как-то чудом уместились. Лора ни о чем не жалела. Ночь, проведенная с любимым мужчиной, была еще одним звеном, крепко связывающая их обоих. Лишь внутри зарождался страх. И она не могла понять, откуда он. Может потому, что скоро Чехова должна была вернуться в свой мир? Или…

Об «или» думать не хотелось. Но как говорится, слов из песни не выбросишь. Так же не выбросишь из головы и тот сон, который ей приснился в святилище. Эти чудовища напали на дворец. И вопрос, который все это время вертелся на языке, но задать было некому. Так это: «Почему? Что послужило пенделем? Смерть короля? Вряд ли! Иначе бы они напали раньше».

— О чем думаешь? — вырвал из размышлений голос Эрмераха.

— Да так… — она сильнее прижалась к нему, словно боясь, что он исчезнет. — Мне страшно.

— Страшно?

Эрмерах опустился чуть ниже, чтобы оказаться с ней лицом к лицу.

— Чего ты боишься?

— Потерять тебя…

— Ты меня не потеряешь. Слышишь? Я всегда буду рядом…

— Правда?

Кентавр кивнул.

— Ну, тогда быстро обними меня!

Эрмерах усмехнулся.

— С удовольствием…

Даяна перелистывала страницы. Сколько времени прошло, она не знала. Стрелки неизменно показывали три часа ночи. Девушка испытывала странные чувства. Словно смотришь кино и знаешь обо всех героях, даже злодеях и ничего не можешь поделать. А только хочется сказать, неужели ты не видишь? Как ты можешь не замечать интриг? Но умом понимаешь, что героиня просто не знает об этих интригах. По крайней мере, не так как сторонний наблюдатель и может лишь догадываться о том, что затевается против нее. И если раньше Даяна причитала о том, какая героиня идиотка. Ну, как можно не замечать происходящего? То теперь, она понимала ее. План Кьяры был ужасен. Но самое страшное, что Даяна не знала, как об этом предупредить Лору. А что случится, если вдруг Лора умрет в книге? Она вернется? Или исчезнет? Даяна резко мотнула головой, прогоняя плохие мысли.