Забор, чердак и прочие неприятности (СИ) - Митро Анна - Страница 23

‒ А остальные звонки?

‒ Вот тут начинается странность. Второй звонок в половину одиннадцатого был сделан из ее офиса с общего телефона. Сейчас Горин выбивает для нас разрешение посмотреть видео с камер, так как учет прихода-ухода сотрудников там не ведут, а задерживаются многие, и понять, кто из них это был, невозможно, так как нет даже списка возможных фамилий, а из опрошенных ни кто не признался. Третий же звонок вводит в ступор, он сделан за минут сорок до времени смерти и с номера, зарегистрированного на нее же. Короче, тупик, ‒ парень отметил звонки на шкале.

‒ А что по документам? ‒ вдруг встрепенулась девушка.

‒ Да ничего, ее бумаги мы просто так тоже не можем просмотреть, так как там «частная информация» клиентов. То есть будем ждать вестей от Александра. Все зависит от того, как будет добр к нам прокурор. Все же убитая работала в такой конторе, где каждая уборщица на зубок свои права знает и даже допросить никого нельзя. Да еще и со способом убийства непонятно, следов насилия, одна колотая рана нанесена уже посмертно, сделанная для того что бы оставить рисунок, это не удушение, ни огнестрел…

‒ Ее отравили, ‒ Антон застыл с телефон в руках и выслушивал собеседника. ‒ Как не прозаично, вот только яд интересный, нитрит натрия.

‒ Долгов, не томи, в чем заключается интерес? ‒ Саша заерзала на стуле.

‒ Его можно было добавить в еду или питье, уж очень похож на соль, только желтоватого оттенка, но когда ее нашли и приехали мы, посуда была чистая, и не следа, что она ела.

‒ Это значит, что убийца был хорошо знаком с ней, они сели, поужинали, он подсыпал ей отраву, а пока она умирала, помыл посуду и уничтожил все следы своего пребывания, устроив небольшой погром, как будто искал документы, ‒ подскочил Марк.

‒ Ты прав, документы тут не причем, слишком уж не вяжется такая тщательность с уборкой на кухне и небрежность со всей остальной квартирой, ‒ Антон положил трубку. ‒ Но перед смертью жертва пила «кровавую мэри», а до этого ела морепродукты и гренки с чесноком.

‒ Они что и в желудок залезают? ‒ скривила лицо Саша, напарник кивнул. ‒ Вот гадость-то. Но набор продуктов очень странный. Хотя, у кого какие вкусовые предпочтения, а все это солится от души. Вот только готовить должен был убийца, а если он готовил, то где-то могут остаться его пальчики, не вымыл же он всю кухню, хотя и в этом случае остается надежда на швабру и ведро.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Это идея, нужно снова отправить туда экспертов, заодно солонку проверят, ‒ Антон вновь поднял трубку и позвонил криминалистам. ‒ Но если честно, почему-то мне не кажется, что действовал профессионал, слишком все сумбурно, рисунок, документы, звонки, просто мы чего-то не видим, что-то упускаем. Или просто еще не дошли до нужных зацепок.

‒ А что теперь? ‒ было начала девушка, но тут открылась дверь, и вошел следователь Горин.

‒ А теперь, товарищи опера, мы поедем опрашивать коллег убитой и смотреть дела, что она вела, ‒ он потряс бумажками. ‒ Я добил-таки прокурора.

Почти до позднего вечера ребята сидели в адвокатской конторе. Сначала просмотрели видео той ночи и определили около десяти человек, что тогда задержались. Семеро из них ушли с работы во временной отрезок между вторым звонком и убийством, и только трое звонили с общего телефона, причем судя по времени на камере, Наталье звонила женщина, ее помощница, которую с того момента никто не видел. Дав на нее ориентировку, они отобрали дела за последние полгода, и, по настоянию девушки, попросили личные карточки мужской части фирмы. Саша мотивировала это тем, что не будет начальница с подчиненной распивать алкоголь под креветки, темной ночью без свидетелей, странно это. Даже комментарий парней, что жертва потому и могла быть одинокой, что она больше по девочкам, ее не смутил. Девушка прищурила глаза и ответила, что ей интуиция другое говорит. Она была стойко уверенна, что у убитой был роман, именно на работе, а потому о нем никто не знал. Просто так было во многих фильмах, а откуда ей черпать линию поведения детектива, если собственного опыта еще нет? Но этот день больше ничего им не дал, поэтому голодные, немного злые они разъехались домой.

Не успела Саша сесть в машину, и помахать капитанам, как перед капотом возник клубок дыма, трансформировавшийся в парня, смутно знакомого. Он стоял и злобно ухмылялся. Девушка испугалась, она пока не была готова к встрече с демонами, поэтому, когда он пошел к ее двери, ударила по газам и понеслась прочь от этого места, понимая, что скорость не поможет, но по-иному она пока не научилась думать, и повадки остались человеческими. Вспомнила последнее прочитанное защитное заклинание и произносила его вслух до тех пор, пока не закрылись за спиной ворота. Из машины она вприпрыжку понеслась на чердак, ей нужно было срочно найти какую-нибудь охранку для своего транспорта, ведь никто не мог гарантировать, что в следующий раз эта гадость не возникнет у нее на заднем сидении. Спустя час она, немного труся, вышла во двор, вооруженная острым кинжалом, зеленой свечой и фонариком. Дошла до дуба, что рос у колумбария, отрезала кусочек коры, заранее попросив прощения у дерева, и вернулась к машине. Не успела она зажечь свечу, как зазвонил телефон.

‒ Любимая, ты совсем про меня забыла, так увлеклась новой работой, что даже не позвонила ни разу, ‒ раздался слегка обиженный голос в трубке.

‒ Прости, Елизар, совсем закружилась, а что ты сам не позвонил?

‒ Боялся отвлечь тебя, вдруг ты пытаешься расколоть преступника, а тут я, так не вовремя.

‒ Ты не можешь быть не вовремя, я тебя всегда жду, ‒ невольно заулыбалась Саша.

‒ Даже сейчас? ‒ девушка заозиралась по сторонам, в ужасе посмотрела на калитку и предметы для обряда, но быстро взяла себя в руки.

‒ Конечно, ‒ как можно бодрее произнесла она.

‒ Ну тогда я выезжаю из офиса к тебе, рассчитываю на ужин и десерт, ‒ последнее мужчина буквально мурлыкнул в трубку, а щеки его возлюбленной заалели.

‒ Хорошо, все будет готово к твоему приезду, заедешь за сливками для утреннего кофе?

‒ Конечно, уже мчусь, ‒ в трубке пошли короткие гудки.

‒ Так, магазин задержит тебя минут на пятнадцать, но этого мало, то есть нужно ускориться.

Саша зажгла свечу, обошла вокруг «русалочки» три раза, повторяя вслух:

«Путь мой опасен, далека дорога,

И работа не легка,

Духа предков заклинаю,

Помоги немного, прикрой дланью

От врага».

Потом уколола палец, обмазала клинок своей кровью и, нарисовав охранный символ на кусочке коры, положила ее себе под сиденье. Поглядела на часы, увидела, что у нее осталось двадцать минут, рванула переодеваться и на кухню. Пока на медленном огне размораживалась и подогревалась паэлья-полуфабрикат, она сбегала в душ, надела коротенькую черную кружевную сорочку и накинула сверху плюшевый халатик.  Очень вовремя, так как не успела она выключить плиту, как раздался звонок домофона.

Мужчина с порога, оглядев девушку, заявил:

‒ Сначала десерт, ‒ и скинув пальто на тумбочку в прихожей, притянул девушку к себе за ремень халата, который тут же развязал, отвлекая ее поцелуем. До спальни влюбленные не дошли, страсть не дала им уйти далеко, и вот уже Саша толкнула Елизара на диван в гостиной и села на него сверху, руки мужчины заскользили по бедрам девушки, задирая подол сорочки, а она, не разрывая поцелуй, расстегнула его рубашку.

‒ Ты серьезно, полуфабрикат? Аленька, да ты настоящий коп, ‒ засмеялся Елизар. ‒ Скоро мы будем питаться пиццей и китайской лапшой в коробочках, а того хуже бургерами, хот-догами и ролами с доставки.

‒ Ну ладно тебе, все не так страшно, просто сегодня был полноценный первый рабочий день.

‒ В том-то и дело, милая, а через пару дней закончатся каникулы, и времени станет еще меньше. Да ладно, не куксись, ты справишься, я в тебя верю. Если что ужины будут на мне, ‒ подмигнул, улыбаясь, мужчина.