Музей магических артефактов (СИ) - Кальк Салма - Страница 37

И только бабушка усмехалась и говорила, что жить нужно тогда, когда эта жизнь у тебя есть, а не когда-то потом. Кто его знает, что там вообще окажется, когда ты выйдешь замуж? Всё будет зависеть от того, кто тебе свыше достанется в мужья. А пока ты зависишь от себя – и от старших в семье, вот и делай то, что нужно тебе, и не навредит тем самым старшим. А то очнёшься в шестьдесят лет немощная – и тогда-то уже точно будет поздно.

Правда, бабушка посмеивалась и не велела повторять эти наставления сестрице Эжени. Потому что, говорила, та – не маг, она не сможет, как надо. А ты, говорила, сможешь. А поскольку бабушкин дар из всех внуков передался только Эрмине и маленькой Мадлен – кажется, у неё вроде тоже что-то выходит, то с ними бабушка и разговаривала чаще всех и дольше всех. И любила их больше других внуков, что уж говорить.

И про господина Буасси бабушка тогда сразу шёпотом сказала, что он доигрался – с кем-то там, Эрмина не поняла. Но бабушкины слова вообще не понять, если она сама того не захочет. Наверное, она поговорит с батюшкой и всё ему расскажет, что знает. А знает-то она много, уж всяко побольше напыщенного господина Ламбера, который приезжал вчера к госпоже Маргарите и пытался совать везде свой нос!

Вот ещё придумал – госпожа Маргарита виновата. Да она здесь ничего не знает, и никого тоже, и она, если честно, мухи не обидит! Она хорошая и добрая. Она щедро благодарит за помощь, хоть и сама пока не очень-то уверена в том, чем владеет, а чем – нет. И помочь госпоже Маргарите – одно удовольствие. Дома нет столько интересных дел, и столько свободы тоже нет.

Правда, когда Эрмина добросовестно перечислила батюшке всё, чем они с Бабеттой занимались в доме господина Гийома, тот нахмурился и спросил – что, только уборка, ремонт и шитьё? И всё?

- И всё, - подтвердила Эрмина, потому что это была чистая правда.

- И эта особа ничего не говорила ни обо мне, ни о других членах городского совета? Ни о том, кто её подослал?

- Да как она может говорить, она здесь никого не знает! И никто её не подсылал, её господин Валентин привёл откуда-то издалека.

Эрмине показалось, что батюшка не поверил, ну да он никогда не относится к Эрмине серьёзно. Как только решился отправить её сюда? И спасибо ему за то, что решился!

А ещё был господин Филипп. О котором Эрмина не поняла – кто он и откуда, и как очутился в доме, а сам он об этом помалкивал. И она ничего не рассказала о нём батюшке – потому что батюшка не спросил. О госпоже Анне спросил – кто одел госпожу Маргариту. Эрмина и ответила, как есть – госпожа Фонтен. Да и всё.

Снимать мерки волшебной лентой Эрмине очень нравилось – только успевай записывай, и всё, а она сама ляжет, как надо, и остановится в той точке, где положено, и обхватит с той силой, с какой нужно, чтобы оставить припуски на свободное облегание – так объясняла госпожа Анна. Эрмина была уверена, что госпожа Анна лучшая портниха, чем госпожа Аделин, у которой шьётся матушка, просто матушка дружит с госпожой Аделин, и супруга господина Сюлли, и супруга господина Курси тоже, поэтому они у неё платья и заказывают.

Измерить господина Жиля, сидящего на столе в гостиной,  было несложно. Эрмина прикинула, сколько батиста нужно на ту сорочку, и подумала, что уж сразу нужно сшить сорочку и госпоже Марго. Её тело казалось с виду таким же, как у господина Жиля, но следовало убедиться в этом лично, и Эрмина отправилась в библиотеку. А потом уже она сходит в старинную гардеробную и там присмотрит батист и кружево.

Она как раз спустилась на второй этаж, когда в библиотеке что-то грохнуло. Ой, она и забыла, там же господин Филипп книги расставляет!

Дверь распахнулась легко и без скрипа, и Эрмина увидела Филиппа – сидящего на верхней ступеньке высокой лестницы с несколькими книгами в руках.

- У вас что-то упало, господин Филипп? – спросила Эрмина.

- Увы, да, - улыбнулся он. – Две книги. Сейчас я спущусь за ними.

Господин Филипп очень красиво улыбался. И хоть Бабетта и говорила, что он нищий оборванец, скорее всего, потому что как бы иначе он оказался тут, совсем один-одинёшенек? Так же не бывает, вот правда, всегда есть дальняя родня, или опекуны, или друзья родителей, или кто-то ещё! Уж наверное, там какая-то тёмная история случилась! В общем, несмотря на все недобрые слова Бабетты, господин Филипп Эрмине нравился. Он не задирал нос перед Эрминой, как молодые люди, которые приходили со своими родителями к ним в дом, например - как Адриан, сын доктора господина Курси. Как же, он ведь учится в медицинском колледже столичного университета, и пойдёт по стопам отца, и знает так много! Или как Жан-Жак, сын господина Сюлли, который и так поздний и единственный ребёнок, и ещё ему оставила наследство какая-то дальняя родственница его матери, и он поэтому считает себя пупом земли. И некоторые другие – тоже.

А ещё никто из тех молодых людей не был магом. А господин Филипп – был.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Господин Филипп, не спускайтесь. Сейчас я вам помогу. Скажите, упали те книги, которые лежат сейчас на полу, под лестницей?

Там и вправду лежали два толстых тома, переплетённых в коричневую кожу. Один упал плашмя, а второй раскрылся в полёте, и следовало проверить, не повредились ли страницы.

- Что вы, госпожа Эрмина! Вы ведь заняты, так?

- Так, но я могу ненадолго прерваться, - улыбнулась Эрмина, улыбаться господину Филиппу было легко, он не истолкует её улыбку превратно. – Что вы будете спускаться из-под потолка, а потом забираться обратно? Я сейчас.

Она смотала мерную ленту госпожи Анны и сложила её в карман передника, и застегнула карман сверху на булавку – чтоб не выпала случайно. Подняла одну книгу, которая упала правильно, смахнула с неё пыль магическим образом и положила на ступеньку. А потом подняла вторую книгу, перевернула… и во все глаза уставилась на иллюстрацию.

Очевидно, книга была старая, потому что хоть и печатная, но рисунки в ней, похоже, нарисовали уже после того, как напечатали текст – руками. У бабушки была одна подобная книга – учебник магии, доставшийся ей от её собственной бабушки, там тоже были чудесные иллюстрации – яркие, красивые, подробные, с тщательно выписанными деталями, и бабушка позволяла Эрмине читать ту книгу только в своей комнате. А тут… бери и читай, сколько хочешь.

На картинке были нарисованы двое в старинной одежде – двое молодых мужчин, как сначала подумала Эрмина, а потом присмотрелась и поняла – один из них девушка! Коротко стриженая, в мужской одежде, но по фигуре – несомненная переодетая девушка! Пара стояла под раскидистым дубом, обнявшись, вокруг полыхал огонь – наверное, магический, а эти двое так смотрели друг на друга, что не оставалось сомнений – они влюблены.

Эрмина глянула на заглавие – «Анжелика». И подзаголовок – «История Анжелики де Саваж, рассказанная ею самой, записанная её внучкой Теодорой де Саваж, и изданная в типографии Ордена Света, что в Фаро». С момента издания книги прошло примерно двести лет.

О Саважах рассказывала бабушка – её матушка, прабабушка Эрмины, в юности была дружна с одной дамой из этой семьи. Семья была древняя и магическая, таких сейчас почти не осталось. Кажется, Саважи не то все погибли в революцию, не то почти все – Эрмина не прислушивалась. Ей было интересно о чудесах, а не о смертях.

Она подняла голову – господин Филипп смотрел на неё сверху.

- Зачитались? Вот, и я так же. Тут что ни книга, то сокровище, в этом-то шкафу.

- Как вы думаете, если я попрошу у госпожи Маргариты разрешения почитать эту книгу – она дозволит? – спросила Эрмина.

- Мне дозволила, - кивнул господин Филипп. – Но уверяю вас, если вам интересны книги о магии, то здесь есть, из чего выбрать! Вот та, что вы положили на ступеньку, лично мне кажется намного более перспективной.

Эрмина взглянула – о, язык южного полуострова Лацио, Фаро, Феррайи и прочих тамошних мест. Как хорошо, что бабушка заставила её научиться читать на этом языке, и немного говорить – тоже! «Астальдо Аурелио Нери. Общая теория ментальной магии. Издание пятое, дополненное» - так было написано на обложке.