Жулики-Призраки и прочие негодяи (ЛП) - Аннетт Мари - Страница 36

Я пролистал протест до двухсот сорока четырех подписей, занимающих несколько страниц документа. И первое имя, имя основателя «Мификов против Комплексора», кричало мне с экрана.

Филип Шелтон.

Блин, блин, блин.

Я прокрутил страницу и остановился. Еще два знакомых имени смотрели на меня: Меркури Тибаян и Сорая Садеги. Две другие взрослые жертвы Радомира.

Филип, Меркури и Сорая были основными силами группы МПК, самого громкого голоса против постановления Комплексора.

Мои пальцы дрожали от волнения, пока я собирал кусочки вместе. Я знал, что кто-то в МП сливал информацию Радомиру, и до этого я думал, что маг света подкупал или шантажировал предателя. Но, может — эта теория могла оказаться правдой — предатель из МП был мерзким агентом, который нанял Радомира похитить людей, которые боролись с постановлением Комплексора.

Дедукция Шерлока-Морриса начинала серьезную игру.

Но что же Дэниел? Среди подписавшихся не было никого с именем Дэниел, и в этом был смысл — подросток вряд ли стал бы подписывать такой документ.

Как он подходил ко всему этому?

Я рылся в результатах поиска, искал больше информации о постановлении. Самым важным был день голосования комитета МП: воскресенье, 27 января.

То есть, сегодня.

Это был глобальный видеозвонок с основой в Нью-Йорке, назначенный на 23:30 по восточному времени, то есть, в 20:30 по времени Ванкувера. Оставалось меньше семи часов.

Если целью Радомира — или его нанимателя — было изменить исход голосования, у него оставалось семь часов на это. Он заглушил Филипа, Меркури и Мораю, но кто еще мог пострадать, чтобы голосование было на пользу его нанимателя?

Только один человек в городе был важен в этом голосовании: член комитета Ванкувера. Кто это был?

Ответ: Эми Бьюканан.

Я открыл ее профиль в базе данных МП и чуть не упал со стула. У нее из семьи был только сын. И сына звали Дэниел Бьюканан.

Я нашел адрес дома Бьюкананов, убрал ноутбук в рюкзак и выбежал из кафе. Я грузил рюкзак на пассажирское место машинки, когда телефон загудел в кармане. Линна.

Момент истины: она переживала или злилась?

Я сел за руль и поднес телефон к уху.

— Эй, — сказал я, стараясь звучать ровно, пока заводил двигатель. — Я сейчас за рулем. Прости за шум.

— Куда ты едешь?

— Над чем ты работаешь? — увильнул я, уверенный, что она не одобрит мой визит к семье жертвы.

— Гримуар, — медленно ответила она.

— Что-нибудь выяснила?

— Еще нет.

Она позвонила не для новости о содержимом чемодана? Неловкая тишина повисла между нами.

Я кашлянул.

— Что насчет алиби Дариуса?

— Да, алиби подтвердилось, — признала она.

Я подавил ответ «Я же говорил».

— Я… — она утихла, а потом начала снова деловитым тоном. — Мне позвонила библиотекарь из «Arcana Historia». Кто-то искал сведения о заклинании отрицания, и она решила, что я могу помочь.

— Думаешь, это связано с похищениями?

— Нет, но мне стоит взять гримуар в библиотеку и поискать там ответы. Ты… не хочешь встретиться там?

Она приглашала меня? Это ощущалось как оливковая ветвь, но высохшая, ее стоило полить.

— Я перевела запись на закладке про лунные циклы, — добавила она, поливая эту оливковую ветвь. — Лунные фазы и расчеты совпадают с астральным расположением с декабря. Думаю, заклинание было построено недавно.

— Зак помог тебе с этим? — с надеждой спросил я.

— Нет. Когда я не дала ему гримуар, он ушел. Сразу после тебя.

Он ушел? Просто так? Хм.

— Моя встреча в семь, — продолжила она, — но я отправлюсь туда сейчас, чтобы начать работу над недавно использованным заклинанием. Встретимся там?

— Я проверяю кое-что другое.

— Еще зацепку? — спросила она, голос стал заинтересованным.

— Я дам знать, если что-то выясню.

После очередной неловкой паузы она сказала:

— Так и сделай. Скоро поговорим?

От ее вопроса мое горло сжалось.

— Да. Пока.

Я закончил разговор, ощущая себя ужасно по множеству причин. Я сомневался в ней, она — во мне, признание, что она боялась, что я снова стану преступником, и пропасть недоверия, которую я не знал, как пересечь — и это была лишь верхушка айсберга.

К сожалению для срока в семь часов, дом Бьюканан был в Лэнгли. Мой навигатор подсчитал путь в сорок пять минут, но из-за пробок, перевернутой машины на шоссе и перекрытой дороги времени я потратил вдвое больше.

Я остановил машину на тихой улице перед домом Бьюканан в 15:30. Это был старый одноэтажный дом с рядом кедров, закрывающих двор ото всех с одной стороны. Пока я шел к двери, две мысли тревожили меня.

Во-первых, а вдруг дома никого не было? Я потратил полтора часа на поездку к пустому дому? Я думал, что, раз ее сын пропал, Эми Бьюканан будет держаться близко к дому, но гарантий не было.

А, во-вторых, что я собирался сказать? Здравствуйте, госпожа Бьюканан. Вашего сына похитил безумец-луминамаг, чтобы шантажировать вас насчет голосования за новое постановление? Хорошо. Вряд ли вы знаете, где он, да? Ясное дело, не знаете. Иначе вы бы уже спасали своего ребенка.

Я вдохнул, успокоился. Я буду импровизировать, как обычно.

Через секунды после звонка в дверь член комитета приоткрыла дверь, чтобы выглянуть на меня. У нее было дружелюбное лицо, омраченное стрессом и усталостью. Ее кудрявые седеющие волосы были собраны в свободный хвост, и она была в удобном шерстяном свитере и потертых джинсах.

Она настороженно взглянула на меня, на улицу, потом на мое лицо и обратно.

— Здравствуйте, — вежливо сказал я. — Я — агент Моррис.

Она отпрянула от порога.

— Агент?

Я вытащил значок из-под футболки, снял через голову и показал ей.

— МП.

Она не обрадовалась, а сильнее встревожилась.

— Как могу помочь, агент?

— Зовите меня Кит, — сказал я ей, стараясь говорить теплым голосом. — Я расследую исчезновение Дэниела. Можно…

Ее глаза расширились от упоминания ее сына, а потом она схватила меня за руку, втянула в дом и закрыла дверь за нами.

— Вы не должны тут быть, — прошипела она, пока я возвращал равновесие. Ее ногти впились в мою руку. — Откуда вы знаете? Я не заявляла о его пропаже!

— Почему?

— Из-за сообщения о выкупе, — она заперла дверь на засов и посмотрела на меня со страхом. — Если я поговорю с властями, он убьет Дэниела. И он всегда наблюдает.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

— Кто наблюдает? — спросил я, хотя подозревал, что знал ответ.

Эми сжала губы так, что они побелели, и на миг я подумал, что она выгонит меня. Но после двух с половиной дней без сына она, видимо, отчаянно хотела помощи, потому что сжала меня за локоть и повела по коридору на кухню в дальней части дома. Большие двери, ведущие во двор, занимали стену за столом со стеклянной поверхностью, но шторы были задвинуты.

— Я получила первое сообщение два дня назад, — сказала она, нашла место за стойкой-островом, чтобы скрыться. — Он сказал, что Дэниел у него, и если я свяжусь с полицией людей или МП, он убьет его.

— Что-то еще?

— Что он пришлет указания позже, и я должна слушаться их полностью, если хочу снова увидеть сына, — ее губы дрожали. — Он прислал пару фотографий, но я не могла по ним понять время дня. Дэниел может уже быть м-мертв.

Она с дрожью вдохнула.

— Я видел Дэниела вчера, — быстро сказал я, убрав значок в карман. — Я не смог забрать его у похитителя, но он был в порядке. Хотел вернуться к вам.

Слезы выступили на ее глазах и пролились.

— В-вы видели его?

— Да, мы с моей напарницей трудимся, чтобы вернуть Дэниела домой невредимым, — я указал на стул, который был ближе всего ко мне. — Можно мне присесть?

— Конечно.

— Спасибо, — я опустил уставшее тело на стул. — Давайте по порядку. Дэниела похитили у библиотеки «Arcana Historia». Что он там делал?

— У него окно среди уроков по утрам, — она нервно заламывала руки. — И он ходил в библиотеку до первого урока.