Изгои (ЛП) - Кин Брайан - Страница 11

Джесси снова посмотрел назад. Мэтью смотрел на него, не мигая. Джесси улыбнулся, стараясь выглядеть вежливым и бесстрастным.

- Жарко, а?

Мэтью подмигнул.

- Бывало и хуже.

Мэтью, казалось, не беспокоила ни гнетущая, удушающая жара, ни надоедливые насекомые. Он не жаловался, не потел и не дышал тяжело. Он просто молча шел позади них, используя свое бамбуковое копье как посох.

Джесси снова обернулся, когда Марк отодвинул с дороги ветку низкого дерева и напевал под нос песню Молли Хэтчет. Тонкая ветка отлетела назад и ударила Джесси по лицу. Вскрикнув, он потрогал щеку. Она была горячей. Он посмотрел на свои пальцы и с облегчением увидел, что крови нет.

- Что случилось? - спросил Марк.

- Ты чуть не выбил мне глаз этой веткой, парень! Ты прешь, как танк.

- Господи, прости.

- Чертовски больно.

- У тебя рана. Мне очень жаль, что... - Марк запнулся, заметив, что Мэтью ухмыляется. - В чем дело? - спросил он участника. - Ты думаешь, это смешно?

Мэтью пожал плечами, но ничего не ответил. Его улыбка снова исчезла, а выражение лица стало каменным.

- Да ладно, - сказал Джесси. - Я буду в порядке. Давай просто покончим с этим и перейдем к более важным вещам.

Он услышал презрение в своем голосе, но его больше не волновало, уловил ли его Мэтью, понял ли тот, что интервью с ним они считали совсем не важным и не интересным, и только формат шоу приписывал им записать мысли, чувства и размышления каждого участника, в том числе и такого невидимки, как он. Было слишком жарко, чтобы беспокоиться.

Марк пошел дальше, продолжая напевать. Джесси последовал за ним. Он прошел около пяти шагов, когда что-то острое и заостренное уперлось ему в поясницу, прямо между позвоночником и левой почкой.

- Достаточно далеко, - сказал Мэтью. – Не двигайся, или будешь ссаться в памперсы до конца своих дней.

Растерянный и рассерженный, Джесси начал крутиться на месте. Боль и давление в его спине усилились. Острие - должно быть, бамбукового копья Мэтью – больно кололо его в поясницу, и по-видимому уже проткнуло кожу. Джесси задыхался, морщась от боли.

- Я серьезно, - сказал Мэтью. - Не двигайся, мать твою.

Марк повернулся.

- Что происходит?

Он застыл, уставившись на них. Если бы обстоятельства сложились иначе, Джесси могло бы позабавить выражение лица его друга. У Марка отвисла челюсть. Он застыл с открытым ртом, как герой мультфильма. Что бы ни происходило, это шокировало обычно невозмутимого Марка. Увидев это, Джесси почувствовал первый приступ настоящего страха. Бросив свое оборудование, он поднял руки вверх.

- Хватит дурачиться, - сказал он. - Ты не...

Мэтью снова ткнул его копьем. Боль усилилась. Джесси застонал.

- Заткнись и стой спокойно. Марк, включи эту гребаную камеру и начинай снимать.

Марк облизал губы и начал говорить, но Мэтью снова ткнул Джесси. На этот раз боли было такой сильной, чтобы он закричал.

- Делай, как я говорю.

Руки дрожали, Марк возился с камерой.

- Полегче, - заикался он. - Ты - босс. Что тебе нужно?

Мэтью положил руку на плечо Джесси и заставил его опуститься.

- На колени.

Джесси повиновался. Его глаза встретились с глазами Марка. Камешки и ветки впивались ему в колени, комары кружились вокруг его лица, но он не обращал на них внимания. Он попытался помолиться и понял, что забыл, как это делается.

Пожалуйста, - подумал он. - Пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста...

Давление в спине исчезло. Джесси вздохнул. Он почувствовал движение позади себя и увидел, как Марк вздрогнул. Секундой позже Мэтью схватил его за волосы и дернул голову назад. Прежде чем Джесси успел что-либо сделать, острие копья вернулось. На этот на этот раз оно было прижато к его шее. У Джесси перехватило дыхание.

- Теперь, - сказал Мэтью, - я хочу, чтобы вы оба слушали меня очень внимательно. Я работал над этим копьем с той ночи, когда мы приехали. Оно очень-очень острое. Да, я бы предпочел нож или пистолет, но поскольку нам не разрешили взять оружие с собой в качестве предметов роскоши, придется обойтись этим, и поверьте, я воспользуюсь им, если вы дадите мне повод.

- Чего ты хочешь? - прохрипел Джесси. - Речь идет о победе?

Мэтью рассмеялся.

- Нет, речь идет о чем-то более важном.

- Что? - боль в горле усилилась.

- Марк будет снимать меня, а ты будешь играть роль хорошего, послушного заложника. Если кто-нибудь из вас сделает какую-нибудь глупость - вообще любую - я воткну эту штуку тебе в горло и пущу кровь, как свинье. Для меня это ничего не значит. Я резал свиней дома, когда был мальчишкой, и у меня не дрогнет рука и сейчас. Вы оба поняли?

- Д-да, - прошептал Марк.

В его глазах выступили слезы.

Джесси тоже хотел ответить, но обнаружил, что острие копья еще глубже вонзилось еще глубже вошло в его кожу. Он постарался оставаться как можно более неподвижным.

- Скажи мне, когда будешь готов, - сказал Мэтью.

Марк кивнул:

- Только не дергайся, хорошо? Можешь начинать.

- Разве ты не должен дать мне обратный отсчет или что-то в этом роде?

- Я могу, если ты хочешь.

- Мне бы этого хотелось. Это сохранит профессионализм. И, Марк, тебе лучше снимать. Не пытайся со мной играть. Только если ты не хочешь помочь окрасить эти джунгли в красный цвет.

Джесси закрыл глаза и попытался не дрожать. Он слушал, как Марк отсчитывает от трех и слышал страх в голосе своего друга.

- Два... один...

- Привет, Америка, - голос Мэтью был спокойным и размеренным. - Ваша регулярная трансляция умопомрачительного дерьма была прервана сегодня вечером Сынами Конституции.

Джесси вздрогнул. Как и большинство американцев, он был знаком с этим названием, и оно внушало ему ужас. Сыны Конституции - это боевая группа, целью которой была вторая американская революция и свержение существующей политической системы путем проведения кампании взрывов, убийств и других террористических актов. Они активно действовали в 90-х годах и с тех пор исчезли из поля зрения, сменившись более актуальными призраками исламских радикалов и других религиозных фанатиков. Самыми известными их актами были взрыв базы данных ФБР и здания криминалистической лаборатории в Куантико, а также убийство нескольких политических и общественных деятелей.

- Слишком долго, - продолжал Мэтью, - вы сидели сложа руки и ничего не делали, пока нашей страной распоряжались корпорации и группы с личными интересами. Вы болели за республиканцев и демократов, как за свою любимую футбольную команду, слепо повторяя их тезисы, не думая самостоятельно, проглатывая любую пропаганду, которой вас кормили финансируемые корпорациями медиа-группы.

- Наши репортеры больше не сообщают новости. Они просто пересказывают все, что им говорит правительство. Война, наша экономика, наши социальные проблемы - обо всем этом сообщают как о серии пресс-релизов, которые зачитывают нам пустоголовые, симпатичные дикторы новостей.

- Наши молодые мужчины и женщины гибнут в далеких странах. Лучшие умы утекают за границу. Нашу страну заполонили иностранцы, которые не уважают ни нашу культуру, ни язык, ни идеалы. Наши суды - это издевательство над правосудием. Наши дети тупы и безграмотны. Наша экономика сливается в выгребную яму, и пока большинство из нас работает на двух или трех дерьмовых работах, чтобы прокормить свои семьи, избранные и могущественные немногие разделывают эту страну между собой и богатеют на нашем горе.

- Политкорректность - это новый расизм. Наша культура и убеждения подвергаются нападкам. Война против них ведется уже несколько десятилетий. Она была медленной и коварной, и вам было все равно, потому что вас учили этого не делать. Вас заставляли молчать - жиреть и успокаиваться - на диете из фильмов, телевидения и поп-музыки. Вместо того, чтобы показывать вам кадры из Ирака или из наших внутренних районов, СМИ показывают вам поп-звезд и браки знаменитостей. Вместо того, чтобы голосовать на наших выборах, вы голосуете за участников реалити-шоу. Вы не можете назвать Билль о правах, но можете назвать всех участников какой-нибудь музыкальной поп-группы. Вы демонизируете нас за нашу тактику, но зато позволяете своим детям боготворить музыкантов, которые прославляют наркоторговлю, убийства и распущенность. Вы смотрите премии "Грэмми", "Оскар" и "Золотой глобус", но не интересуетесь тем, что происходит в собственной стране.