Аркейн. Трилогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 33

Чудовища почуяли меня и помчались в атаку, бросив крестьян. Сейчас я — их цель номер один.

— Криас.

Я провожу рукой по лезвию меча, рассекая ладонь до кости. Сила в бешенстве рвется наружу, мир подергивается алой дымкой, и я вижу их.

Демоны толпятся вокруг, с вожделением глядя на мою ладонь. Кровь не капает, она хлещет ручьем, но у них нет права меня тронуть.

— Договор.

Мой голос звучит хрипло и слабо. Но этого достаточно, чтобы меня услышали. Часть демонов тут же уходит, они не готовы на такой риск. Ведь заключив со мной контракт, демон будет питаться моим даром, а я далеко не самый сильный чародей. При этом риск сдохнуть без шанса на возрождение возрастает многократно.

— Договор, — повторил я громче, чувствуя, как в груди впервые ударило сердце.

Время замедлено, но оно все же идет. И если сейчас ничего не выйдет, меня порвут чудовища Хибы.

— Ну же! — крикнул я, чувствуя, как испаряются мои шансы.

Я ведь теряю кровь, и вот она истекает, наплевав на замедление времени. Еще минута, и я рухну в обморок.

— Договор, значит?

Рядом со мной присел на корточки здоровый демон. Его нижняя часть тела покрыта короткой шерстью, верхняя — желто-зеленой чешуей. Зрачки сверкают расплавленным золотом в черной мгле глазниц.

— Я заключал такой договор с другим человеком, он давно мертв. Вашим магам слишком страшно, чтобы так рисковать. Откуда ты знаешь о таком договоре?

— Прочел в записках Яниса Вагнера, — ответил я, понимая, что если этот демон не согласится, мне все равно умирать.

— Старина Янис, — вздохнул тот, покачивая головой. — Он погнался за силой, и эта сила убила его. Готов ли ты заплатить такую цену, Киррэл «Чертополох»?

Это совсем не билось с официальной историей, официально Янис Вагнер закончил свою жизнь у себя дома, окруженный родными в глубокой старости. Но не спорить же сейчас о трактовках прошлого?

Я почувствовал еще один удар сердца и выдохнул:

— Готов.

Глаза демона блеснули торжеством, а из меня будто все силы вытянуло. Едва не рухнув навзничь, я оперся ладонями на испачканную кровью землю, голова закружилась, глаза слипались.

— Договор.

Лапа демона уперлась мне в лоб, заставляя поднять голову. Черный коготь сверкнул, и я ослеп. Но это продлилось всего мгновение — зрение тут же вернулось, хотя я и знал, что это уже не мои глаза.

— Договор, — двумя голосами одновременно сказал я, поднимаясь на ноги.

Время набрало скорость резко, будто компенсируя задержку. Рана на руке затянулась, я был полон сил и готов сражаться. Магия, до сих пор недоступная мне, промелькнула в голове списком сокрушительных заклинаний, и в первое мгновение я даже растерялся.

Но на сомнения времени не было — священник был в шаге от меня, уже вскинул свою лапу.

— Хольт, — выдохнул я с улыбкой.

Перед самым кончиком костяного лезвия возникла черная пленка, и лапа монстра погрузилась в этот мрак. Монстр завизжал от ужаса и боли, но вытащить конечность не смог. Прокол закрылся, отсекая мутировавшие мышцы вместе с лезвием, и священник покачнулся, теряя равновесие.

Игнорируя меч, вонзенный у моих ног, я сделал шаг вперед, вскидывая руку с отросшими черными когтями. Они растекались в воздухе, оставляя за собой шлейф черного дыма.

Одержимый демоном. Я теперь сам мишень для ордена.

Пальцы сомкнулись на скользкой покалеченной ноге монстра, и я зарычал, даже не пытаясь разобраться, кто из нас двоих это делает — я или демон. А вот священник орал отчаянно.

Но черные когти вонзились ему в глазницы, прошли сквозь череп, снимая лицо. Чудовище вздрогнуло, заваливаясь вслед за моей рукой. Я отпрыгнул в сторону, чтобы меня не придавило — веса в твари было порядочно, таким накроет и замучаешься выбираться.

Его товарищи уже были рядом.

— Хайз, — выдохнул, сплетая пальцы в замысловатую фигуру.

Из моей тени ударили черные дымящиеся копья, прошивая ближайшего монстра, как пулеметной очередью. Чудовище не прекратило бег, хотя уже сдохло. Лапы заплелись, урод упал, и его протащило по земле, поднимая пыль. Туша замерла в шаге от моих ног.

Оставались еще трое, и нападать по одному они не планировали. Разбежавшись на три стороны, прыгнули одновременно. Я присел на колено, вскинул руки, создавая еще одно заклинание из демонического арсенала.

— Рифт, — выдохнул я, с трудом удерживая чудовищный вес.

Переливающаяся пленка, похожая на бензиновую, растеклась от сомкнутых над головой ладоней. И монстры, попав в нее, резко утратили скорость движения. А мое сердце зашлось в бешеном темпе, напоминая, что силы у меня не бесконечные, и вот-вот закончатся, после чего я упаду без сознания.

Опустив руки, я схватил ближайшую лапу и вырвал лезвие у чудовища. С трудом удерживая этот склизкий клинок, я вогнал его в морду бывшего хозяина и, провернув внутри, нанес удар второму сверху вниз, перерубая монстра напополам.

Третий успел отскочить — действие моего заклятия окончилось, и монстр рванул прочь, спеша сбежать. Подняв костяной клинок над головой, я набрал в грудь воздуха. А потом опустил руки, на выдохе посылая трофей вслед бегущему уроду.

Снаряд вошел в свисающее между лапами тело сожженной жертвы. Тварь протащило несколько метров, и монстр еще попытался дернуться, чтобы сбежать, но через секунду замер.

Вот и все. Теперь нужно собрать этерний, и убираться отсюда куда подальше.

С того момента, как я согласился подселить к себе демона, никакой орден не станет меня защищать. Наоборот, я теперь для него представляю интерес только в качестве добычи.

Потому что одержимость — это куда хуже, чем прорыв. Ведь демон не просто вызван из своего измерения, отныне он и я — одно целое.

Запретная магия в чистом виде, пусть это и не магия даже, а обряд на крови. Одержимых истребляли, и сам Янис Вагнер этим и прославился.

Но мне хватило ума сложить детали паззла из его записей. И ломать голову, кто подсунул это в книгу для начинающих демонологов, я не стану. Главное, что я выжил.

С этой мыслью я подхватил мешок с кристаллами и принялся собирать разбросанные по земле камни. Закончив, перетянул его вшитым в горловину шнурком.

И на этом заемная сила кончилась. Откат ударил по дару, заставив меня почувствовать себя пьяным. Руки и ноги налились свинцом, голова закружилась. Движения стали вялыми и скованными.

Я даже не заметил, как рядом оказалась Салэм. Искоренительница смотрела на меня, держась за поврежденные ребра и сплевывая новую порцию крови под ноги. А у меня сил не нашлось, чтобы просто рот открыть. Оставалось либо мычать, либо молчать.

— Мы обязаны сообщить, что здесь произошло, — выдохнула она, садясь возле меня на колени.

Голова Салэм уперлась мне в плечо, я чувствовал, как искоренительницу шатает.

— Мы должны… Понимаешь, Киррэл, должны.

Я не мог ей ничего ответить. Мои новые глаза уже не видели потоков магии, но я все равно ощутил по шевелению волос на затылке, что Салэм, несмотря на травмы, колдует вновь.

Сил защищаться уже не было, однако время шло, а я все еще оставался жив. Зато разрушенный дредхорст медленно собирался вновь. Дохлый паук поднялся на ноги и, бережно подхватив меня лапами, погрузил вместе с мешком кристаллов, который я так и не выпустил из рук, себе в брюхо.

Спинка опустилась, погружая меня во тьму. А через несколько секунд дредхорст помчался прочь из деревни, пережившей кошмар.

Меня везут на казнь, подумал я, переваривая случившееся. А потом открыл мешок зубами и проглотил еще один камень. Если потребуется, я сожру весь этерний. Но так просто не сдамся.

Демон внутри меня радостно хохотал, предвкушая новую драку.

Глава 16

Где-то в королевствах.

— Итак, что мы имеем, господа?

— Хиба не обманул, — последовал ответ.

— Подробности?