Аркейн. Трилогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 162

– Вольным охотником? – хмыкнул я. – Бегать в Катценауге и молиться каждую секунду, чтобы меня не сожрала какая‑нибудь новая тварь, которых там под каждым камнем по сотне прячется?!

– А как ты хотел, «Чертополох»? – искренне удивился Ченгер. – Неужели ты думаешь, кто‑то даст тебе свободу? Ты – просто жалкая марионетка, которая уже пошла по рукам. Иди вон, на мятежников теперь поработай, а то не весь комплект нанимателей тебя еще поимел!

Мои руки обросли костяной броней и стол, на который я только что опирался, взлетел в воздух. Полетели в сторону бумаги, кружки с квасом. Ченгер же просто переместился к двери покоев и, показав мне язык, оскалился.

– Что, страшно слушать правду от своего единственного друга? – спросил он, растопыривая пальцы с отросшими черными когтями на них. – Давай, Киррэл, покажи, какой ты злой, а потом беги служить первому, кто тебе попадется в коридоре. Хочешь свободы? Хочешь права самому решать свою судьбу?

Я пытался унять разгоряченное дыхание, с трудом перебарывая кипящую в крови бешеную ярость. Доспех полностью покрыл мое тело, и рассудок медленно размывался под неудержимым желанием размозжить голову проклятого демона.

– Нет никакой свободы, «Чертополох». Нет никаких прав, – делая шаг вперед, сообщил мне Ченгер. – Есть сильные и слабые. Сильные берут то, что желают, а слабые сидят в гостевой комнате и плачут, как им несчастным надоело, что ими помыкают.

Злобный рык вырвался из моего горла, но я не стал приближаться и влезать в драку с демоном Страданий. Вместо этого закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. К чему громить комнату и тем более драться с демоном? Он ведь прав.

Убрав костяной покров, я медленно открыл глаза и, кивнув своему компаньону, пошел к двери из комнат. У меня осталось последнее дело, которое нужно закончить перед тем, как отправиться дальше.

Ченгер сперва загораживал мне путь, но, убрав когти, сам открыл дверь.

– Прошу, ваша милость, – с усмешкой прошипел он и тут же растворился в воздухе.

Коридор был пуст. Охранять студентов внутри Айсвальд даже не пытался. Внутри здания мы могли свободно перемещаться, так что я прошел к двери в женском крыле и, переведя дыхание, постучал костяшками пальцев по косяку.

Ждать пришлось недолго. Замок в двери щелкнул, и хозяйка открыла, даже не спрашивая, кто идет.

– Что‑то случилось? – спросила она.

Я молча кивнул ей и, подвинув в сторону, вошел внутрь.

– Нам нужно поговорить, – объявил я, останавливаясь посреди гостиной.

Глава 24

Следующим пунктом моего брожения по академии стала встреча с моим далеким родственником. Впереди был довольно сложный и опасный отрезок времени, а оставлять свое Чернотопье на волю Равендорфов, которые до сих пор там сидели, я не хотел.

Раз напали даже на Агнесс, то зачистить обоих сыновей баронессы Тамины, сам Райог велел. Коль уж вырезать клан Равен, так и эту парочку, тем более в такой дали от столицы, обязательно попробуют. А если в попытке убить королевскую родню, разрушат мое родовое гнездо? Мне‑то с этого какая выгода?

Вайссерманн отирался в столовой административного корпуса. С ним была довольно здоровая толпа студентов. И хотя перемещаться по академии было временно запрещено, особых препятствий светлым никто не чинил. А я так и вовсе плевать хотел, если кто‑то попробует меня остановить – сошлюсь на разрешение Вагнера или просто раскидаю патруль. Чего мне терять?

– Здравствуй, Марк, – кивнул я, останавливаясь рядом с молодым парнем, который присутствовал на расправе с Алонсо Рейнхардом.

Вайссерманн смутился и, оглядевшись, поманил меня в сторону. Мы нырнули в коридор, где миновали несколько дверей, пока нам не попался пустой кабинет. Войдя первым, Марк, судорожно потрепав уложенные волосы ладонью, обернулся ко мне.

– Слушаю, Киррэл.

Я постарался улыбнуться, как можно дружелюбнее.

Когда Марцин показал мне имя моей прабабки, я обратил внимание, что у нее была сестра. Так что мы со стоящим напротив нервным мальчишкой очень дальняя родня. И хотя между нами ни общего рода, ни клана, но и Вайссерманны и Шварцмаркты – из нейтральной фракции. А общие прабабки делают нас в некоторой степени естественными союзниками.

– Я знаю, что мы друг друга плохо знаем, Марк, – заговорил я.

По глазам парня было заметно, что по его мнению, меня лучше бы и вовсе не знать, но все же ему хватило ума не отказываться от диалога сразу. Может быть, постарался отец, заранее предположивший, что у нас может возникнуть контакт в академии?

– Мой отец рассказал мне о наших общих корнях, – покачал головой парень. – Так что, если тебе нужна помощь…

Я с облегчением, которого не показал, кивнул.

После откровений Ченгера на свое умение плести интриги я уже смотрел иначе. Что может знать землянин, который в высшее общество вступил только вчера, когда его противники – уже родившиеся на этом поле старики? Да ничего. Максимум, на что я могу рассчитывать – это выбор, кто будет мной руководить.

Я барон Чернотопья, захолустья, на которое всем плевать, и только поэтому мной никто всерьез так и не занялся. Слишком мелкая мошка, чтобы обращать внимание аристократических родов.

– По приказу короля я вынужден покинуть Крэланд, – перейдя на шепот, сообщил я большой секрет. – Но мне некого просить взять мое Чернотопье под свое крыло. Ты же знаешь, клан Шварц…

Пауза помогла парню самому додумать, что не так с чужим, пусть и формально союзным кланом. Понятное же дело – они плохие, и только Вайссерманны хорошие. Так что тут он с готовностью кивнул, подтверждая недосказанное.

– Сейчас там должны обитать Равендорфы, но в текущей ситуации их могут в любой момент вызвать в столицу, и баронство останется без пригляда, – продолжил я, когда по лицу парня понял, что тот готов меня воспринимать.

– Наверняка гонцы уже отправлены, – подтвердил мои мысли Марк.

– Вот, – кивнул я. – Поэтому у меня к тебе и твоему роду будет просьба. Я напишу распоряжение, что ты или любой член твоей фамилии может стать моим управляющим.

Судя по блеснувшему взгляду мальчишки, у него уже защелкали шестеренки в голове. Похоже, мои слова действительно легли на уже заранее подготовленную почву. В таком случае нужно будет потом познакомиться с главой его рода, вряд ли Марк сам просчитывает ситуацию.

– Но король… – вернув себе самообладание, вякнул Вайссерманн.

– Король уже подтвердил мои полномочия, и ждет только вашего согласия.

Я достал из‑за пазухи заранее написанную бумагу. Копия, с уже вписанным именем Марка Вайссерманна, уже лежала в моей комнате под печатью. Баронство, пусть и захудалое, но с прямым доступом к анклаву Аркейна – это жирный куш, и вряд ли отец Марка откажется. Это у меня не было возможности товарами ордена обмениваться с другими лордами, Вайссерманны такой проблемой не обременены.

– Конечно, я согласен, Киррэл! – с излишней горячностью заверил меня все еще немного шокированный предложением Марк. – Мы же все‑таки родня!..

Ага, седьмая вода на киселе. Впрочем, тут он прав – с таких вот соглашений и начинается спайка двух родов. Вот только я в этом союзе буду на вечной роли просителя, которого не уважают, но дают кормиться объедками с барского стола.

Но я с улыбкой пожал ему руку и вручил бумагу.

– Когда я смогу вернуться и приступить к своим обязанностям, как барона Чернотопья, я не забуду о помощи – и твоей, и твоего рода, Марк.

* * *

Последний аккорд лебединой песни прозвучал той же ночью в моих покоях в общежитии темных магов. Марцин Вагнер явился на встречу вторым, и был сильно удивлен, обнаружив, что у меня в гостях уже попивал горячий чай брат Осий.

– Декан, – едва заметно кивнул демонологу священник с довольной улыбкой.

Мне показалось, обстоятельство, что успел первым, грело клирику душу куда сильнее, чем обжигающий напиток в подрагивающих от возраста руках. Но оно и понятно, в сложившейся обстановке каждый представитель власти уверен, что солнце светит у него из задницы.