Аркейн. Трилогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 145

Оказавшись на земле, призванный Адский Полоз раскрыл глаза, полыхающие ярко‑красным огнем, и рванул вперед, разевая пасть, полную белых зубов. Яда у него было, но это нисколько не мешало укусить от всей широты души.

– Шаххаззад ! – выкрикнул Генрих, и Полоза поразила мощная вспышка молнии.

Черный змей засиял изнутри, будто просвеченный рентгеном, но удар чародея его только разозлил.

От полоза осталось облако дыма, зависшее в воздухе, а сам он уже свился кольцами на руках врага и, оскалив пасть, зашипел.

– Я сдаюсь! – заорал Аугстар, с ужасом глядя на тянущиеся к небу белые зубы.

Я поднял руку и сжал пальцы. Полоз распался на частицы, будто его и никогда и не было, и в этот же момент я ощутил, как артефакты барьера включают режим поглощения магии – видимо, на тот случай если кто‑то из нас решит закончить бой радикально.

Серое марево исчезло также быстро, как и появилось. Меня оглушил довольный крик темных и тонкий радостный визг Равентурм. Баронесса быстро взяла себя в руки и просто хлопала в ладоши.

А вот факультет Воздуха сохранял молчание. Даже их декан смотрел на меня весьма неприятно. Интересно, он правда думал, что я проиграю светлому мастеру? Ничему‑то их жизнь не учит.

– Генрих Аугстар сдался. Киррэл «Чертополох» победил! – объявил Марцин, наплевав на пребывающего в расстроенных чувствах декана Воздуха.

Я взглянул на его довольную улыбку и… Пошел к своему противнику.

Аугстар явно не ожидал от меня ничего хорошего. Кажется, знакомство с Полозом оставило несколько седых прядей в волосах мастера, но я все равно улыбнулся ему и протянул руку.

– Достойный поединок, мастер, благодарю.

Он не виноват в том, что клан Равенов натравил мальчишку на меня. Та ярость, с которой он бросал мне перчатку – она была наигранной, а здесь на полигоне он уже показал себя достаточно хорошо. Тот же Алонсо обделался, не сумев показать ничего умнее Воздушного кулака. А вот Генрих Аугстар не только вплел друг в друга три заклинания, но и сумел вовремя применить Разряд. Способный парень, ни к чему с ним воевать.

– Но… – неуверенно выдохнул он, а затем фыркнул и с самоуверенным видом схватил мои пальцы своими. – Достойный поединок, адепт, благодарю.

И я вновь услышал, как недовольно пыхтит Марцин Вагнер. Старик хотел моими руками добиться нескольких целей, но я не член ордена, мне плевать, какие там у магистра Аркейна влажные мечты. Мне не нужны лишние враги среди аристократов, а вот нормальные адекватные если и не союзники, то нейтралы – пригодятся.

– Студенты, – взяла слова Агнесс, подходя ближе к барьеру, – напоминаю, что скоро у вас начнутся занятия. Прошу всех покинуть территорию полигона и заняться подготовкой. А вас, Киррэл, попрошу задержаться.

Я спокойно кивнул и вышел из круга. Что ж, раз преподаватель общей теории магии хочет поболтать с одним из учеников, только что победившим на дуэли, у меня нет повода отказываться.

Глава 16

Форма была ей к лицу. Сегодня Агнесс не стала накидывать мантию, вместо этого надела широкую черную юбку до пола и зеленую блузку под горло. Поверх нее был наброшен форменный пиджак с гербом академии. Волосы собраны в простой хвост, перехваченный зеленым шнурком без украшений.

– Пройдемте, господин Шварцмаркт, – вежливо улыбнулась Равентурм и протянула руку.

Я подставил ей локоть, и девушка взялась за него. Но далеко мы уходить не стали – вместо того, чтобы направиться к административному зданию, Агнесс утянула меня в обратную сторону, подальше от чужих ушей, но так, чтобы нас могли видеть.

– Я рада, что ты победил, Киррэл, – с улыбкой сообщила она, остановившись за пределами тренировочного полигона.

– Это было неизбежно, – пожал я плечами, любуясь преподавательницей. – Светлые очень самонадеянны, если считают, что могут одолеть темного.

– Думаешь, у нас нет шансов? – хмыкнула та.

– Не думаю, это факт.

– Ты был великолепен, – с легким придыханием сообщила Агнесс.

– И вы сразу же вспомнили, что король приказал вам под меня лечь? – с улыбкой уточнил я.

Ее лицо дрогнуло, глаза сузились. Баронесса явно не ожидала такого перехода от светской беседы к открытому оскорблению, но все же возмущаться не стала. Жаль, я надеялся, получится ее отпугнуть.

– Грубость тебя не красит, Киррэл, – сказала баронесса, чуть приподняв подбородок. – Равен тут ни при чем, это мой выбор.

– И в какой же момент я стал твоим выбором, милая Агнесс?

– В тот самый, когда ты убил Алонсо Рейнхарда и заставил Равена Второго подписать бумаги о протекторате, – мило улыбаясь, ответила Агнесс. – Не скрою, меня интересует возможность стать свободной от предложений повторного брака. Но в твоем случае…

Я кивнул, принимая ее ответ.

– Ты почуяла, что трон под его величеством зашатался, поняла, что клан Равен может не удержаться у власти, и их сомнут. Но Агнесс нужна врагам короля только до тех пор, пока она Равентурм. А со Шварцмарктами связываться побоятся.

Баронесса улыбнулась.

– Ты умен, проницателен, силен, имеешь связи с орденом. Отличная партия.

Я покачал головой.

Бывали у меня всякие сделки. И женщины, продающие себя за блага – тоже. После развода с Ольгой я был не слишком разборчив. Однако Агнесс ведь не в любовницы метит. Просто затащить ее в постель не получится, тут речь о куда более важных отношениях.

– К сожалению, вынужден вам отказать, госпожа Агнесс. Я не собираюсь обзаводиться семьей в ближайшее время. У меня другие планы.

Она ничуть не смутилась.

– Я и не ожидала немедленного согласия, Киррэл. Но со временем ты поймешь, что я – наилучший вариант. А теперь проводи меня к учебному корпусу.

Путь до здания администрации мы проделали в полном молчании. Однако на нас бросали внимательные взгляды – как студенты, так и сотрудники академии.

И я прекрасно понимал, что здесь и сейчас Агнесс выиграла несколько очков. Мы отошли в сторону, о чем‑то беседовали, а теперь Равентурм улыбается. И какие выводы сделают окружающие?

Киррэл Шварцмаркт тесно общается с баронессой Равентурм. Трогать баронессу нельзя, так как Киррэл известен своей силой, наплевательским отношением к авторитетам, за ним стоит орден.

В общем, Агнесс, может быть, и не стала моей невестой, но какую‑то защиту получила. В ближайшее время она может не опасаться поползновений в свою сторону.

Хитра, красива. И обыграла меня всухую.

– Благодарю, что уделили мне время, – чуть наклонила голову Агнесс, когда мы дошли до крыльца учебного корпуса.

Я кивнул в ответ и направился в сторону отведенного нам общежития. Вернувшись в свои покои, я рухнул в кресло и прикрыл глаза. До первого занятия еще было достаточно времени, так что я скинул обувь и погрузился в дрему.

Будем надеяться, сюрпризы на сегодня окончены. Жить в режиме с парой часов сна в сутки – не самое приятное ощущение. Тело‑то выдержит, но моральная усталость никуда не девается. Да, цейтнот помогает быстро набирать знания, но у всего есть предел. Рано или поздно такое обучение даст сбой, и я ошибусь в заклинании. И ничем хорошим это не кончится.

* * *

– Официально считается, что магия всегда была в Эделлоне, – проходя вдоль стола, рассказывала Агнесс, держа руки сложенными на груди. – Но существует несколько теорий происхождения силы. Так, например, братья Райога верят, что бог, создавший мир и все живое в нем, даровал особенно чутким душам возможность изменять саму природу Эделлона, чтобы люди смогли усовершенствовать уже созданный Райогом мир. Довести его до идеала по своему усмотрению.

Солнце, бьющее из окна, осветило лицо преподавательницы, и та улыбнулась.

– Однако если о происхождении дара и ведутся диспуты, доказательной базы не имеет ни одна из гипотез. Для нас важно другое – магия есть, и мир меняется под ее влиянием. Но происходит это не в связи с нашими заклинаниями, а эволюционно. Равновесие поддерживается самим Эделлоном – ни один чародей не способен радикально изменить эфир, он постоянно приходит к стабильному состоянию.