Аркейн. Трилогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 129

Мимо меня прошла волна арестов благородных людей из числа оппозиции и конфискации их имущества. Стража и гвардия только вчера прекратили вламываться в поместья Белого города, и теперь город зажил прежней жизнью. Если кто и жалел о попавших под горячую руку короля, я об этом не слышал.

Горожане уже, кажется, свыклись с мыслью, что его величество периодически проливает благородную кровь на камень дворцовой площади. Но ведь простых‑то честных людей не трогал, а все какую‑то зажравшуюся мразь казнил, так на что тут жаловаться?

Аристократов не то чтобы ненавидели, но и особенной любви к ним не питали. Это в столице знать еще как‑то следила за своим поведением и соблюдением законов, но стоило им выйти за черту Херцштадта, и там уже превращались в опьяневших от собственной привилегированности зверей.

Я гулял по городу, собирал сплетни, останавливался в разных трактирах, чтобы послушать, о чем болтают жители столицы. Соваться к аристократам, чтобы пытаться с ними поговорить, я даже и не думал. Как и предупреждал короля, никто бы не стал откровенничать не просто с бастардом, но к тому же – обласканным его величеством.

Моей целью были совсем другие люди. И потому по ночам я колдовал, подслушивая и подсматривая за населением одного особняка, а на следующий день гулял по столице, выслеживая слуг. С кем‑то знакомился, за другими просто смотрел.

Ченгер тоже подключился к работе. И старался, не опуская флага. Кажется, за эти несколько дней он уже воткнул его в такое количество женщин, прислуживающих оппозиционной фракции, что я только головой качал. Демон не пропустил ни одной, даже какую‑то совсем уже старую матрону умудрился охмурить.

Но никто из них ничего не знал. Если за прошедший месяц и проходило собрание аристократов, мечтавших сменить династию, оно проводилось не в столице.

Высшая раса Эделлона, не способная на горшок сходить без помощи слуг, вела себя тихо и спокойно. Относительно, разумеется, потому как за эти несколько дней у меня уже хватало компромата на несколько влиятельных родов – подделка документов, наемные убийства, поджоги конкурентов, взятки. Вот только все это было обычным делом и никак не касалось нападения. Оппозиция жила по своим законам, да, но не зарывалась.

Почему я допрашивал слуг? На них никто не обращает внимания, но я‑то знаю, что это такие же люди. А вот благородные, потомственные лорды относились к ним, как к мебели. А ведь они многое видят и еще больше слышат.

Вот, к примеру, графиня Шерман очень любила конюха и каждый вечер, когда супруг доберет нужную кондицию, напившись вина до ползания на бровях, посещала оного молодца. Знал о том граф? Да помилуйте! Он был свято уверен, что двое младенцев, рожденных его женой за последние два года, его родные дети!

Самое смешное, что настоящего своего сына он исключил из рода после свадьбы на дочери нейтрального клана.

И таких историй уже набирались вагон и маленькая тележка. Но все это было не то. Слишком мелко и слабо.

Однако даже эти бумаги я сохранил – не для его величества, он наверняка обо всем этом знает, для себя. Мне предстояло учиться в академии, где окажутся потомки этих родов, и подобная информация может быть крайне полезной.

Сегодня я заканчивал прогулку по аристократам Белого города. Оставалось переговорить с последним слугой, и я уже не питал никаких надежд на успех.

Если никто не выезжал из города и не встречался с товарищами по интересам, их можно смело вычеркивать. Переговорных артефактов у них не имелось – я же не просто так трудился по ночам, анализируя магический фон их поместий. Конечно, от светлой магии они были защищены по всем правилам, но как раз таки поэтому у меня и не возникало особых проблем. Хотя с расшифровкой возмущения, разумеется, приходилось повозиться.

В принципе, уже сейчас я пришел к неутешительному выводу. Не только особняк Равендорфов не имеет никакой защиты перед культом. Ее не имеет никто в Херцштадте. Кроме, разумеется, гостиницы ордена, но соваться туда с темной магией наперевес может только конченый самоубийца – с магистром прибыли весьма опытные чародеи, которые четко знали, для чего нужны боевые заклинания.

Шагая по улице, я чуть щурил глаза, чтобы закатные лучи не жгли сетчатку. Ченгера рядом со мной не было – демон отрабатывал награду последней служанке, поделившуюся по секрету сплетнями о своем господине.

Вокруг толпилось достаточно много людей – все‑таки Желтый город место густонаселенное. Если тебе здесь ничего не продают на одной улице, за углом постараются срезать кошелек.

Я с собой носил только пфеннинги и пару грошей – чтобы всегда была возможность оплатить лишнюю бутылку вина собеседнику, да нанять извозчика, если лень пешком идти. Да и защитные заклинания на наручах просто не позволят залезть мне в карман, а потому воришек и не боялся.

Дом слуги, к которому я шел, располагался в паре кварталов, и я был намерен пока только посмотреть, чем он живет. Подкупать и подливать будем завтра, а сегодня только ознакомиться с местом.

Понятно, что если ты говоришь с одним слугой рода, а завтра уже выпиваешь с другим, это выглядит подозрительно. Это же люди, и всегда есть риск, что они расскажут о новом знакомом, а потому я не общался с ними подряд, постоянно перемешивал список, чтобы от встречи с первым человеком поместья прошла хотя бы пара дней, прежде чем встречусь с его коллегой. Не ахти какая конспирация, но пока что меня никто не трогал, так что, похоже, мой расчет в целом был верен.

Впереди показалась вывеска трактира, и я чуть сбавил шаг. Искомый слуга как раз поднимался по ступенькам крыльца, уже изрядно пошатываясь, но все еще достаточно уверенно стоя на ногах. Мелькнула мысль поговорить с ним прямо сейчас, и я решил сперва зайти внутрь и осмотреться.

Заведение явно не могло похвастаться званием лучшего бара страны. Видно, что публика тут собирается специфическая – самая дешевая одежда, грязный пол, вонь пота и гари. Кислый приторный запах немытых тел смешивался с таким же отвратительным духом перегара.

Но один столик был свободен, хотя и заляпан до ужаса. Если и были в этом трактире тараканы, то они в панике разбежались от чудовищной антисанитарии. А вот пара псов под столами носилась – хватали брошенные посетителями кости, рычали и кусали друг друга. Но выглядели собаки такими худыми, что можно на самих скелет изучать.

Стряхнув со стула какие‑то остатки чьего‑то обеда, я опустился на сидение, радуясь тому, что кое‑какие бытовые заклинания все‑таки изучил. В частности – удаления грязи, так что если где и испачкаюсь, потом можно будет убрать все последствия.

Нужный мне человек отдыхал в компании отморозков. Есть такой тип людей, при одном взгляде на которых сразу понятно – мразь. Да и повадки, интонации, переодень такого в земную одежду, и моментально получишь типичного шестерку, подсасывающего у криминального авторитета. Им не доверят серьезных дел, но в качестве мяса именно таких и набирают в начале карьеры. Минимум мозгов, много гонора, тормоза отсутствуют как класс.

Интересно, а что делает слуга уважаемого графа в обществе подобных отбросов?

Передо мной возник здоровый мужик в давно нестираном фартуке. Голова лысая, но на руках шерсть густая, почти звериная.

– Чего? – низко прогудел он.

– Выпить и поесть.

На стол легла пара монет, которые мгновенно исчезли в покрытой жестким волосом ладони, напоминающей лопату. Работник заведения молча удалился, а я откинулся на спинку стула и, глядя в сторону, краем глаза наблюдал за столом бандитов.

Вот так и пожалеешь, что еще не освоил должного заклинания, чтобы подслушать разговоры. В трактире было шумно, кто‑то уже принял на грудь достаточно, чтобы петь пропитым донельзя голосом, другие орали, не сдерживаясь, перекрикивая друг друга. Разобрать, о чем идет общение даже за соседним столом – нереально.

Я постукивал пальцем по липкой столешнице, продолжая наблюдать. Однако ничего примечательного не происходило. Компания гопников просто напивалась, слуга от них не отставал, да и вообще выглядел своим в доску парнем. Я бы уже и перестал за ними наблюдать, но в один момент показалось, что нужный мне человек передал под столом какой‑то сверток.