Загадочный Чонрэй - Архарова Юлия - Страница 13

Я нервно кусала губы. То, что сейчас происходило на площадке, было неправильно. Это не честный бой, а избиение! Мне самой инстинктивно не нравился Ши-Вэйн, а у Марка, наверное, имелся немалый счёт к сокурснику, но это не значит, что стоило опускаться до подобного.

Чонрэйцы продолжали подначивать Марка. Ни один не пытался его остановить.

Времени раздумывать и оценивать последствия не было.

Я метнулась вперёд.

– Стася!.. – испуганно крикнула мне вслед Маина.

Мгновенно оказалась между Марком и лежащим на земле Вэйном. И следующий удар приняла на свой шест. Сила его была такова, что шест чуть не выбило из рук, а на ногах я удержалась с трудом.

– Остановись! – закричала я.

Лицо Марка перекосилось от ярости. Глаза безумно горели. Он с трудом сфокусировал взгляд на мне.

– Уйди…

– Остановись, – повторила я. – Ты убьёшь его!

На лице парня отразилась внутренняя борьба, а затем он, прорычав ругательство, откинул шест. Развернулся и направился прочь. Круг молча расступился перед ним.

Сделав несколько шагов, Марк обернулся. Бросил тяжёлый взгляд на нас с Вэйном и глухо сказал:

– Может, и стоило убить…

Да что, Тьма побери, здесь происходит?!

Однокурсники, перешёптываясь, тоже начали расходиться.

Вэйн лежал на земле. Казалось, на нём не осталось живого места – тело сплошь покрывали ссадины и кровоподтёки. Рубаха и штаны порвались, испачкались в грязи. Парень смотрел на небо, затянутое грозовыми облаками, и улыбался.

Чокнутый мазохист! Угораздило же связаться с придурком!

– Давай помогу, – со вздохом я протянула ему руку.

Приподнявшись на локте, Вэйн окинул меня взглядом исподлобья. Сплюнул кровь и криво усмехнулся.

– Сам справлюсь!

– Сам так сам… – пожала плечами. Навязываться я не собиралась.

Да и улыбочка у Вэйна жуткая вышла. Вообще, сам он был жутким…

Как оказалась, я вовремя прекратила избиение – из замка к нам бежали учитель Догэн, профессор Тэян и несколько слуг.

Ко мне тут же подлетела Маина. Зашептала на ухо:

– Что бы ни случилось, не выдавай Марка!

Я неуверенно посмотрела на Вэйна, который, опираясь на шест, пытался подняться с земли. Пусть я не питала нежных чувств к отличнику и с удовольствием стёрла бы мерзкую ухмылочку с его лица, но оставлять безнаказанным поступок Марка было нельзя.

– Вэйн заслужил, – поняв мои сомнения, сказала Маина, а затем добавила: – Он убил девушку Марка.

– Он… что?..

– Вечером расскажу.

– Ага… – кивнула я, пытаясь справиться с потрясением.

Если Вэйн действительно убийца, то картина вырисовывалась совсем иная и поступку Марка, при всей внешней неприглядности, можно найти оправдание.

Но как в школе могло произойти убийство? И более того, как убийца мог остаться здесь учиться? Безумие какое-то…

Вэйна унесли на носилках в лазарет, а всему курсу приказали выстроиться в ряд. Догэн обрушил на нас отборную брань, затем Тэян попытался выяснить, что произошло. Но ни одного вразумительного ответа ни первый, ни второй так и не получили.

Вскоре появился ректор Хон в развевающихся небесно-синих одеждах.

– Данный инцидент я не намерен оставлять безнаказанным. Драка – само по себе серьёзное дисциплинарное нарушение. Но избиение и самосуд – это уже преступление. Зачинщик будет отчислен, остальные участники понесут серьёзное наказание.

– Ректор Хон! – выступил вперёд Джитэ. – Вам не кажется, что в поединке всегда виноваты двое? И если наказывать…

– Ан-Джитэ, – сухо сказал профессор Тэян, – минус пять баллов за неуважение к главе школы.

Дружок Марка тут же трусливо попятился.

– С Ши-Вэйном, разумеется, тоже будет проведена беседа, – добавил ректор. – Но, зная характер этого ученика, сомневаюсь, что он выступил зачинщиком.

По ряду пронеслись шепотки, общая суть которых сводилась к «ничего вы, ректор Хон, не знаете, и знать не хотите».

– Анастасия, вы ничего не хотите мне рассказать? – вдруг спросил Хон-Шин.

Я почувствовала, как ко мне обратились десятки взглядов.

– Никак нет! – вскинув голову, сказала я.

– Ки-Маина?

– Я ничего не знаю…

– Марк Флин, может быть, вы расскажете, что здесь произошло?

– Мне нечего сказать, – хмуро ответил парень.

– Тин-Хойя?

– Никто ничего не скажет. Среди нас трусов и предателей нет.

Моя недавняя противница оказалась права – ректор по имени обратился к каждому и собравшихся ребят, но ни один не рассказал ничего.

– Тогда у меня нет другого выхода. Каждый оштрафован на пятьдесят баллов!

Вновь дружный вздох.

– Но я сниму штраф с того, кто расскажет о случившемся. Есть желающие?

Пятьдесят баллов – это очень много! Если оштрафуют всех, то невелика беда, но если кто-то решит донести о произошедшем, то значительно продвинется в рейтинге успеваемости – войдёт в десятку лучших учеников или упрочнит свои позиции.

Эх, мне бы эти пятьдесят баллов очень не помешали…

Выждав несколько минут и убедившись, что никто не хочет говорить, ректор кивнул.

– Что ж, такое единство похвально и должно быть щедро вознаграждено! До захода солнца у вас будет время подумать над своим поведением и решить, чего хотите добиться в жизни! Разумеется, ужина вы сегодня лишены.

Уже не вздох, а стон пронёсся по ряду.

– Можете на меня положиться, ректор Хон! – вытянувшись по струнке, заявил учитель боевой и физической подготовки. – Я обещаю, что…

– А вам, Догэн, надлежит не мешкая отправиться в родной город.

– Вот после захода солнца и поеду. Моя вина в случившемся тоже есть, а потому…

– Ваше наказание обсудим, когда вернётесь, – оборвал учителя глава школы. – Пока же настоятельно советую поспешить домой. Некоторые дела не терпят отлагательств.

– Я тоже несу ответственность и прослежу за детьми, – шагнул вперёд профессор Тэян.

На лице Догэна отразилась внутренняя борьба, а потом он кивнул и поклонился.

– Спасибо! Я вернусь, как только…

– Считайте, что вы в отпуске, – сказал ректор Хон. – Но если через месяц от вас не будет вестей, мы будем вынуждены взять нового учителя.

Догэн ещё раз поблагодарил Хон-Шина и спешно покинул площадку. Видимо, с его матушкой и правда случилась беда.

– Что ж, если кто-то захочет поговорить, мои двери всегда открыты, – обратился к нам ректор. – Профессор Тэян, надеюсь на вас.

– Можете на меня рассчитывать, – кивнул куратор второго курса.

Собравшись уходить, ректор обернулся и вновь пристально посмотрел на меня.

– Анастасия, вы уверены, что вам нечего сказать? Лучше бы в вашем положении…

Сглотнула.

– Да, ректор Хон. Я ничего не видела.

Увы, должной уверенности в моём голосе не прозвучало. Почему я должна страдать из-за Марка, который по дурости устроил поединок? Или из-за Вэйна, который позволил себя избить? Почему должна тратить ценное время и силы вместо того, чтобы учиться?.. Ректор прав, моё положение весьма шаткое.

Но я не могла предать однокурсников и не хотела, чтобы отчислили Марка.

– Что ж, раз такое дело, проверим вас на стойкость и выдержку, – сказал Тэян, когда ректор ушёл. – Каждый, кто шелохнётся, будет наказан. За каждое движение буду вычитать по баллу!.. Впрочем, если кто-то одумается и захочет рассказать о случившемся, милости прошу, – учитель криво улыбнулся. – Вот и посмотрим, насколько вы доверяете друг другу.

Некоторые время, заложив руки за спину, профессор Тэян стоял перед нами. Затем уселся прямо в воздухе и достал (не иначе как из пространственного кармана) книгу в старинной обложке. Закинул длинные ноги на подлокотник невидимого кресла и, не забывая время от времени поглядывать на нас, принялся за чтение.

Время тянулось томительно медленно. Ноги гудели, нещадно чесались правая лопатка и кончик носа, но я стоически терпела.

Тэян иногда отрывался от чтения, чтобы снять балл с того или другого ученика. Непоседа Джитэ, по моим подсчётам, потерял уже восемь баллов.