Соколов. Дилогия (СИ) - Хай Алекс - Страница 66

Ну ё моё.

– Мы не закончили, – я направился к двери и обернулся. – Я докопаюсь.

Только осталось дождаться повода, который развяжет мне руки перед Корфом.

***

Черный немецкий монстр медленно катился по загруженному Вознесенскому. Нас с Матильдой угораздило въехать в город в самый час пик, поэтому мы добрых полтора часа толкались по городу. Леня недовольно урчал, жрал бензин в исполинских масштабах, а я все прокручивал в голове предостережения бабушки.

Все, кроме Радаманта, настойчиво намекали на то, что мне не стоило ворошить прошлое. Из всех одаренных и посвященных в связь нападений лишь человек с кривым лицом подначивал меня влезть в это дело еще глубже. Вербовал, зараза.

А я лавировал где‑то посередине, не желая примыкать ни к тем, ни к другим. Но любопытство брало верх. И что‑то подсказывало мне, что когда я наконец‑то докопаюсь до истины, и если докопаюсь, то одну из сторон мне все же придется занять.

Выбор все равно придется сделать. Но прямо сейчас я предпочитал играть за себя, не вредя при этом другим. Интересно, долго ли у меня получится так выплясывать?

– Аллилуйя! – Матильда припарковалась на именном месте во дворе особняка. – Не выношу пробок.

– Согласен. Бессмысленная трата времени, – рассеянно ответил я.

– Михаил, ты чего?

Я поднял на нее глаза.

– В смысле?

– Чего раскис?

– Все нормально, ваше благородие. Просто задумался.

– Ты мне главное скажи – с силой стало понятнее?

Я пожал плечами.

– Не рискнул пробовать что‑то мощное в Ириновке, а то опять людей Корфа сорвем с места. Как вернемся в ваше Лебяжье, там на Полигоне и проверим. Но, думаю, все встало на свои места.

– Расскажешь, что там было?

Я покачал головой.

– Прошу прощения, но не могу. Семейная тайна.

Матильда отнеслась к этому с уважением.

– Понимаю. Но хотелось спросить. Я мало что знаю о родовой магии, углубленный курс не брала.

– Думаю, и не стоит, – мрачно отозвался я.

Но если поступлю в Аудиториум, то займусь этой специализацией вплотную. А то после встречи с этим духом Мишей почти что мальчики кровавые в глазах…

Мы выбрались и зашли в особняк с дворового хода. Слуги, переполошившиеся от нашего внезапного появления, торопливо поклонились. Невозмутимый Василий подобающе поприветствовал нас, а затем наклонился к уху Матильды и что‑то шепнул.

Наставница насторожилась.

– Он еще здесь?

Василий кивнул.

– Ждет вас в гостиной.

– Хорошо, подайте туда кофе, – баронесса обернулась ко мне. – Идем, Михаил.

В гостиной нас дожидался один из людей Корфа. Я запомнил этого молодого парня – он оформлял мои документы, когда меня замели вместе с Андрюшиным. Только его фамилия напрочь вылетела у меня из головы. А вот Матильда его, как выяснилось, знала.

– Здравствуй, Кеша.

“Ищейка” поднялся в знак приветствия.

– Матильда Карловна. Михаил Николаевич…

– Что стряслось? – Сразу перешла к делу наставница. – Я всегда рада видеть бывших сослуживцев, но, прости за откровенность, что‑то вы зачастили.

– У меня есть вести от его превосходительства. Вальтер Макарович сказал, что это может вас коснуться. Не напрямую, так косвенно. Поэтому решил передать лично – все равно мне по дороге. – Иннокентий неловко улыбнулся. – Да и от вашего пуэрториканского кофе грех отказываться…

– Что за новости, Иннокентий…

– Гурьевич.

В гостиную внесли дымящиеся чашки, и наставница дождалась, пока слуги уйдут.

– Кеша, не томи, – поторопила она.

– Сегодня снова был инцидент, – понизив голос, сказал “ищейка”. – Нападение.

Матильда нахмурилась.

– Кто на этот раз?

– Берут все выше. Шуваловы.

– О господи. Что с их сиятельствами? Есть жертвы?

Иннокентий кивнул.

– На этот раз наш таинственный друг изменил тактику. Мертвы все.

Глава 7

Если я ничего не путал, то Шуваловы были именитым и влиятельным графским родом. Родовое имение старшей ветви обширного семейства располагалась к северу от города, в сторону Выборга. Я еще по прошлому миру помнил живописный парк с прудами и тихой речкой. Только в моей прошлой жизни все это дышало ветхостью и запущенностью.

И теперь все, кто находится в Шуваловской усадьбе в этот злополучный день, погибли. Радамант действительно стал метить выше. И окончательно пересек черту.

Но почему он тогда оставил в живых остальных?

Матильда прерывисто вздохнула и опустилась в кресло. Дрожащими пальцами потянулась за курительными принадлежностями.

Иннокентий скорбно склонил голову.

– Знаю, вы были близки с некоторыми членами графской фамилии. Примите мои соболезнования, Матильда Карловна.

Наставница рассеянно кивнула.

– А что же Аркадий Павлович? – сдавленно спросила она. – И Екатерина Константиновна? Они тоже…

– К сожалению, да. Род Шуваловых обезглавлен.

Матильда достала длинную коричневую сигариллу и подчеркнуто аккуратно, словно выполняла важнейшее дело в жизни, вставила ее в мундштук, а затем прикурила от малюсенькой “Жар‑птицы”. Получилось не с первого раза.

Все краски спали с ее лица в один миг. Никогда не видел ее такой… даже не расстроенной – потерянной. Видимо, Шуваловы и правда были ей близкими друзьями. Судя по расположению имений, они вполне могли часто видеться со Штоффами – у обеих семей родовые владения находились на севере. Могли дружить семьями и даже вести совместные дела.

– А что дети? – выдохнув тонкую струйку дыма, наконец спросила Матильда. – У них же три девочки…

Иннокентий отвел глаза.

– В живых не осталось никого. Простите, что принес столь ужасные вести.

Матильда тихо всхлипнула, но быстро вытерла навернувшиеся слезы тыльной стороной ладони и дерзко вскинула подбородок.

– Как это произошло? Как их убили?

– Я не уполномочен рассказывать подробности…

– Кеша!

“Ищейка” тяжело вздохнул.

– Ладно. Но, прошу, ни одно слово не должно выйти за пределы этой комнаты. Иначе меня ожидают большие неприятности.

– Слово дворянина, – мгновенно отозвался я. – Мы вас не подставим, Иннокентий Гурьевич. Молю, расскажите хоть что‑нибудь.

Молодой человек прихлебнул немного кофе и тоже достал сигарету. Да блин, их что, Минздрав не предупреждал? Я поспешил открыть окно.

– Господский дом сгорел до основания. Красивая была усадьба. Старинная… Тела еще на экспертизе, но я слышал от специалистов, что ранения имеют и огнестрельный характер, и магический.

Я кивнул. У нас могло быть так же. И вроде так же было с остальными. И правда похоже на почерк Радаманта.

– Но почему у Шуваловых устроили смертную бойню, а нас и других пощадили? – спросил я. – Ну, относительно. Жертвы были, но скорее случайные.

Иннокентий пожал плечами.

– Этого мы еще не выяснили. Но непременно поймем, обещаю.

– Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, – тихо отозвалась Матильда. – Никогда не давай, Кеша.

– Вести дошли до императора, – ответил “ищейка”. – Случай вопиющий, и все Отделение уже взгрели. Так что тут не отвертимся. Виновного найдут и уничтожат.

– Но это будет непросто, – отозвался я. – Раз до сих пор даже не смогли предотвратить новые случаи после нас. И ставки террористы все время повышают.

– Справимся, ваше сиятельство.

Наставница молча покачала головой.

– Хуже всего то, что в свете началась паника, – продолжил Иннокентий. – Когда напали на Соколовых, инцидент удалось замять. Статья Андрюшина прошла почти незамеченной. Ну и мы со своей стороны постарались, чтобы никто не распускал слухи. С Лисницкими было сложнее – это всплыло наружу, однако Корф поднял все связи, чтобы успокоить панику. Но после случившегося с Шуваловыми…

– Потому что это катастрофа! – на грани истерики воскликнула Матильда. – Конечно, что свет паникует. Вместо того, чтобы защищать людей вы все только заминали!