Метка драконов. Княжеский отбор (СИ) - Максименко Анастасия - Страница 33

Что было еще любопытнее, подобная традиция у драконов не затрагивала императорский род.

У Артерваргов по этому вопросу, судя по написанному, не было никаких пунктиков. Кроме как передачи титула: Кирсан. И того, что в правящем роду было принято, чтобы императоры-отцы или императрицы-матери нарекали новорожденных. И только они. Мнение по данному поводу у жен или мужей не спрашивали.

Имена же были разными и могли быть совершенно не связаны ни с почившими предками, ни с чем-либо еще.

В целом, из прочитанного, я вынесла еще несколько несущественных различий. А вот перейдя на брачные традиции, нашла для себя более интересные моменты.

Браки у драконов заключались в храме, посредством брачной церемонии. Еще подобное мероприятие имело название «Брачное таинство». Не слишком мудрено, я считаю. Церемония заключала в себе прохождение через клятву и… обоюдный драконий огонь.

Клятва должна была идти из души. А обоюдный огонь создавался с помощью совета пяти.

В ритуальную чашу с красным драконьим вином с помощью заговоренного клинка капалось по несколько капель крови вступающих в брак, а затем с помощью дыхания драконов жидкость поджигалась, и после ее нужно было испить. Когда все пункты были соблюдены, и первый советник пяти давал свое благословление, на запястьях драконов проявлялись брачные метки.

По рисунку в фолианте было понятно, что мужские и женские брачные метки имели небольшое отличие. У мужчин это был широкий золотой браслет, который по кругу обвивал дракон цвета шкуры дракона избранницы. Женский же словно состоял из переплетений изящных золотых цепочек, по контуру их также обвивал дракон, только в цвет дракона избранника.

Прочитанное заставило меня задуматься. Мне стало любопытно. А какие браслеты выходят, если одна из половинок не драконической расы? А, скажем, человек?

Стоило мне об этом подумать, как щеки опалило жаром смущения.

— Великие, Лея! О чем ты снова думаешь? — проворчала, захлопывая книги и откладывая их в сторонку.

Поднявшись, налила себе воды и, медленно попивая, подошла к окну, выглянула во внутренний дворик дворца. Мой задумчивый взгляд скользил по вымощенной гладким узким камнем чистой дорожке. По коротко стриженному зеленому газону с посажеными альхеями*. По высокому, с острыми пиками, забору, резным, сейчас почему-то распахнутым воротам и по молчаливой, вытянутой в струнку дворцовой страже.

Отпив глоток воды, едва не подавилась ею, когда мой взгляд прикипел к вышедшему из дворца мужчине. В непримечательной простого кроя одежде, с сейчас откинутым глубоким капюшоном. Дыхание сбилось, а стакан в руке дрогнул, и я едва вновь не пролила воду.

Буркнув на старо-драеклонском нечто похожее на витиеватое ругательство, отставила стакан на стол и отодвинула белоснежный тюль в сторону, впиваясь взглядом в широкую спину мужчины.

Затем скользнула к коротким светло-каштановым волосам с более темными прядями на затылке, медленно поднимаясь к изящному золоченому венцу. Прищурившись, рассмотрела и играющие на солнце темно-зеленые изумруды, замечая россыпь мелких камней, и вензеля посередине заостренных пик. Все же один из главных атрибутов власти князей был изящным, но выполненным так, что никто бы не усомнился: данное украшение предназначено именно для мужчины.

Не удержавшись, опустила глаза ниже, мазнув по сильным ногам и крепкому мужскому тылу, попросту ягодицам, которые так соблазнительно обтягивала темная ткань брюк.

Облизнув сухие губы, повела головой из стороны в сторону, отбрасывая непотребные мысли, возникшие сразу, стоило мне увидеть дракона с достаточно близкого расстояния.

Когда же еще мне удастся вот так вот практически «вживую», не считая окна, поглазеть на, что уж там, заинтересовавшего мужчину.

Тяжело вздохнув, перевела взгляд на сильные ладони, держащие магифон.

Сейчас, когда мужчина стоял спиной, я не могла с точностью сказать, кто из наследников находился практически под самыми окнами комнаты Даялы, да и не настолько я была тесно знакома с будущими императорами, чтобы знать их повадки.

Но тут появилось новое действующее лицо. К наследнику вышел лэрд распорядитель. При появлении мужчины у меня вновь перехватило дыхание, и мне пришлось больно прикусить губу, чтобы сдержать новое ругательство.

Во мне взметнулась капелька раздражения и злости. А еще перед глазами промелькнул разговор с матушкой и мои громкие чопорные слова о том, что, как это так ― двое мужчин! А тут, не прошло и недели, как я стою у окна и исподтишка поглядываю на драконов, едва ли не облизываясь, словно воровка-клептоманка, увидевшая плохо лежащее серебро. И подумывающая, как бы это серебро утянуть в свое безраздельное пользование. И во-о-он те сережки еще бы прихватить, только вместо «тех сережек» был второй наследник Драеклонского престола, составляющий комплект с двумя первыми.

Недовольно прищелкнув языком, покачала головой. Самое страшное, что я ничего не могла с собой поделать. Точнее, с начинающей зарождаться нешуточной симпатией к этим троим мужчинам.

«Плохи твои дела, Лея. Очень плохи».

Это я тоже понимала как день. И что я буду делать дальше, когда вернусь в родные стены, понятия не имела.

Раздраженная из-за некой беспомощности от всей этой ситуации, выдохнула сквозь зубы и прислонила лоб к окну, присматриваясь к ведущим, судя по двигающимся губам Никлауса, диалог драконам. Нешуточно сожалея, что не умею читать по губам. Мне было интересно, о чем они говорят.

Но, увы.

Вцепившись в подоконник, я не могла заставить себя отвести от этих мужественных, красивых и опасных мужчин жадного взгляда. Получая от того, что могу вот так вот безнаказанно за ними наблюдать, едва ли не физическое удовольствие и напрочь забывая, как хотела именно этих мужчин, а точнее всякие о них мысли, выкинуть из головы.

Великие, кажется, я потихоньку схожу с ума.

Я металась от губ одного мужчины к другим, досадуя, что не могу видеть глаза одного из наследников, чтобы понять, кого из близнецов вижу.

И неожиданно для себя нашла во внешности мужчин некое отдаленное сходство, но, возможно, мне это просто казалось. Но губы, губы у них были и вправду словно вылеплены умелой рукой одного художника. Идеальные. Четко очерченные. Такие вот, как нужно. Без излишней припухлости.

Из груди непроизвольно вырвался восхищенный вздох, и в следующее мгновение оба мужчины замерли, а лэрд Никлаус прервался на полуслове, и они резко, словно по команде, вскинули головы, без промедления находя именно то окно, за которым стояла я, словно услышали этот задушенный вздох, больше похожий на всхлип.

Опешив от неожиданности, гулко сглотнула, не в силах отодрать себя от окна и сделать шаг назад, словно находилась под заклятием паралича или столбняка. Не важно. А важно то, что теперь я могла увидеть и манящие вишневые мужские глаза и лазурно-зеленые, при встрече с моими вспыхнувшие сейчас непонятной для меня эмоцией.

— Анхель, — сорвалось с губ помимо воли. И именно это и вывело меня наконец из ступора.

Понимая всю неловкость и странность ситуации, испуганно отшатнулась и наступила на край длинного тюля, запутавшись в нем, нелепо взмахнула руками и с громким вскриком рухнула на пол, больно ударившись копчиком о пол. Мне не повезло: именно там, где я приземлилась, не было коврового покрытия.

Тихо зашипев от боли, прострелившей низ спины, кряхтя и зло сопя, перевернулась на бок, покраснев от стыда.

— Вот это полет мне довелось увидеть, — услышала хоть и вялый, но полный насмешки голос. — Надо же, едва не проспала заход на посадку лэрди Стаунхаус. Ну, так и будешь пол протирать?

«Очень смешно», — мысленно проворчала, вскидывая голову и с беспокойством глядя на пришедшую в себя подругу.

Но я не могла не заметить: несмотря на некрасивое падение, меня обрадовало, что все-таки довелось узнать, кто из наследников был под окнами.

«Н-да, Лея. Сто магочков к твоей глупости».

И тут до меня окончательно дошло: подруга пришла в себя!