Метка драконов. Княжеский отбор (СИ) - Максименко Анастасия - Страница 31

— Пока сложно сказать. Но есть несколько интересных моментов.

— Я слушаю.

Император обманчиво спокойно откинулся на спинку широкого кожаного кресла, подпер подбородок ладонью, склоняя голову набок и обращаясь в слух.

Неспешно поведал императору о своих наблюдениях, не стал ничего утаивать, понимая, что Лайдвигу и без меня много чего известно. Ведь тайная личная гвардия повелителя, многих из представителей которой в лицо не знают даже наследники, не дремлет. Имея всюду и везде свои уши.

Даже проходящая мимо с виду простая служаночка, может с легкостью оказаться спец-агентом тайной стражи, выполняющей особые, одной ей и самому императору известные поручения.

И только лишь по одной этой причине что-то утаивать не только не было смысла, но и чревато. Лично мне, кроме недоверия со стороны правителя, ничем подобное не грозило. Но кому хочется потерять доверие своего сюзерена.

Лайдвиг Кирсан, выслушав мой краткий доклад, отрешенно кивнул.

— Что ж, прискорбно, что большинство девушек показали свои отнюдь не приятные стороны. Однако и тут есть свои плюсы. Да и нужно помнить о том, что некоторые из них не аристократического происхождения. Как и помнить о том, что этим лэрди не предоставили выбора. Не громят мой дворец, не вырывают друг у друга волосы, ну и отлично. Что же касательно Лорелеи Стаунхаус, тут все более интересно.

Повелитель ненадолго замолчал, словно что-то выуживая из памяти.

— Помню ее отца, хороший мужчина и покорный подданный. Жаль, что с их ценной магией все так нехорошо произошло.

— Ценной магией?

Правитель понимающе и не без горечи улыбнулся.

— Этот древний род человеческих магов владел важным и ценным магическим даром. Магией жизни, позволяющей не только исцелять серьезные раны, но и при возможности возвращать с того света.

От услышанного у меня перехватило дыхание. Да-а-а, а девочка не из простого рода. Истинных магов света и тьмы, или же, как мы их еще называли — жизни и смерти, почти не осталось. Последние же крохи «истинных» едва ли не с рождения были завербованы для службы на правительство, что и не было удивительным.

Сейчас можно было повстречать только существ с дарами целителей и некромантов. Первые могли залечивать неглубокие порезы и ранения, в первую очередь работая с зельями и травами. А вторые могли поднять обделенное при жизни магией существо, но не сильное. О разговорах с почившими и говорить не стоило. Подобное проворачивать могли только маги смерти.

Правильно понимая мое удивление и невысказанный вопрос, правитель кивнул.

— Никто не знает, почему в роду Стаунхаус перестали рождаться дети с этим даром.

— Скорее всего, именно по данной причине юная лэрди просила допуск в имперскую библиотеку. Чтобы найти некие упоминания о наследии предков, — заметил я.

— Возможно, — согласился Лайдвиг. — Понаблюдай за девочкой, может, удастся заметить за ней что-то такое, чего бы не заметила она сама.

— О чем вы, ваше Величество?

Император поморщился, раздраженно цыкнув:

— Просто понаблюдай. Не хотелось бы приставлять к девчонке агента. И перестань уже называть меня «ваше Величество», Никлаус! По крайней мере, пока мы одни.

— Принято. Об остальном я подумаю, — кивнул, поднимаясь. — Могу идти?

— Подумает он, — проворчал император, недовольно махнув рукой. — Иди, сын.

Непроизвольно вздрогнул, не смотря на правителя, коротко поклонился и вышел из кабинета, стараясь загнать поглубже вспыхнувшие эмоции.

Как давно я не слышал от родного отца подобное обращение в свою сторону.

«Сын».

Больше пятидесяти лет? Или все семьдесят?

Так и не упомнишь.

Невесело усмехнувшись, с ровной спиной отправился в свои покои, собираясь принять ванну и наконец отдохнуть. Последние деньки выдались нелегкими.

Но то ли еще будет.

* * *

Стило ― остроконечная многоразовая ручка с широким пером на конце. Цвет пера подбирается индивидуально заказчиком. Заправляется специальной жидкостью с магической составляющей самого владельца

Глава 17. Откровенные мысли

Лорелея

Разбудил меня ранний приход целителя. Но я была подобному вмешательству только рада, ведь чем быстрее целитель выполнит диагностику моего состояния, тем раньше я смогу отправиться в библиотеку.

Лэрд Томклаус, пожелав мне вежливо: «Доброе утро», попросил лечь ровно и расслабиться, и когда я выполнила его просьбу, запустил целительское сканирование, отвлекая от не очень приятного, но нужного действа расспросами о моем самочувствии.

Постаралась отрешиться от ощущения словно бы маленьких надоедливых мушек, возникших и завозившихся под кожей, слава всему сущему, что долго эта пытка не должна была продлиться, прислушалась к своему общему состоянию, честно ответив, что чувствую себя сегодня намного лучше.

Была небольшая слабость и сонливость, да и только. И то, думаю, что после принятия водных процедур, а также качественной еды и эти последствия встречи с магией наследников должны были исчезнуть.

Отвечая на расспросы дракона и выполняя его тихие просьбы то напрячь живот, то задержать дыхание, или наоборот, часто и глубоко подышать, я невольно подумала о том, что к придворному магу так мной нелюбимого целительского профиля у меня с первой нашей встречи не было никакого страха или отвращения.

Как это бывало раньше, когда нужно было раз в полгода посещать городского мага нашего Дерка, для стандартной проверки здоровья. Или же кабинет целителя в магшколе.

Не буду говорить, какой дискомфорт сие мероприятия каждый раз у меня вызывало, но вот к лэрду Томклаусу я, на удивление, ничего такого не чувствовала. Возможно, оттого, что он, во-первых, не был человеком, хотя странный вывод, или же оттого, что делал все аккуратней. Или же из-за того, что пытался отвлечь, наверняка понимая, что вся эта процедура малоприятна.

Закончив, Томклаус хоть и не сразу, но все же дал дозволение на посещение хранилища. И не успела я обрадоваться, как он, цепким, суровым взглядом окинув сияющую от радости меня, сухо припечатал: «Дозволение, лэрди, дать-то вам дал, но строго под надзором служанки, это ясно?» Я покивала. Конечно, ясно. Что же тут неясного. Также целитель порекомендовал не перенапрягаться лишний раз и обязательно принять пищу.

Еще дракон поделился, что ему удалось изучить мою кровь, и он смог выяснить, что никакой аллергической реакции на чармаил, содержащийся в розовой настойке, в крови не выявлено, как и иных посторонних примесей.

Но задал один нелегкий вопрос: «А не могли ли наследники, скажем, случайно, пренебречь правилами и слегка превысить норму дозы магии?»

Стараясь не выказать того смущения, что вспыхнуло внутри, сделала удивленные глаза и невинно пролепетала, что из того, что со мной происходило на испытании, почти ничего и не помню. И мне было совершенно не стыдно за эту грубую ложь.

Дракон хоть и являлся целителем, но я помнила слова его Светлости Вадэмиана о том, что после настойки я ничего помнить не должна вовсе.

Думаю, это касалось и воздействия на меня их магии. Да и мужчин, несмотря ни на что, подставлять не хотелось.

Лэрда Томклауса мой ответ совершенно не удивил. Дракон понятливо покивал, и я тихонько выдохнула.

Вот чего бы еще сильнее не хотелось, так это дополнительных диагностик для выявления того, почему я осталась при памяти. Или и вовсе какого-нибудь заклинания на извлечение этих воспоминаний.

От последнего меня передернуло, но, благо, целитель не заострил на этой маленькой слабости юной лэрди в моем лице внимания. Или же попросту сделал вид, что не заметил.

Ну и прекрасно.

После всех расспросов мужчина предупредил, что зайдет к моей соседке, лэрди Крижель, чтобы взглянуть на нее и продиагностировать ее состояние.

Я лишь кивнула, попросив, если не запрещено, рассказать и мне о состоянии соседки. Признаться, я не на шутку волновалась о здоровье Ялы, девушка была мне не безразлична, несмотря на всякую ревность к наследникам. Да и что такое ревность в сравнении с угрозой здоровью новообретенной подруги. Так, пшик. Целитель же, ненадолго задумавшись, согласился.