Безудержный ураган 2 (СИ) - Игнис Данта - Страница 45

Закрыв глаза, Бруснир подставил лицо под ледяной неласковый поток и мир кругом ненадолго исчез. Растворился, оставив место только этому потрясающему сейчас. Все-таки вода таит в себе маленькое чудо, думал вальдар. Когда она скользит по тебе, то кажется уносит не только внешнюю грязь, но очищает намного глубже.

Бруснир выбрался из воды, натянул штаны и вытирал волосы. Капли воды серебрились на обнаженной груди, скользили по бугоркам мышц и частично уничтожались таносом. Краткие минуты простой радости подходили к концу. Бруснир почувствовал, вот-вот что-то должно произойти. Поднял голову — с места стоянки донесся шум и крики. Из-за скалы выскочил Шаймор и позвал:

— Бруснир, скорее! На нас напали призраки! Днем!

Командир схватил меч и бросился на помощь, как был, полураздетый. Половина его отряда уже лежала на земле и не подавала признаков жизни. Остальные пытались отбиваться. То там, то здесь яркими вспышками искрилась магия огня. Она ненадолго отгоняла призраков. И они растворялись в воздухе, но вскоре проявлялись в других местах и снова нападали. Как коршуны бросались на людей. Одно прикосновение их лап убивало мгновенно. Воины падали как подкошенные.

Криза, Элерия, а с ними братья Латьен и Софар оказались прижаты к скале. Вокруг них витало больше десятка призраков, но они держались. В основном благодаря Кризе. Она устроила настоящую огненную бурю, не позволяя ягонам прорваться к ним.

Бруснир с Шаймором поспешили на помощь, но путь им преградил крупный призрак. Шаймор шарахнулся в сторону, и бестелесное существо не успело схватить его. Но тут же развернулось и, беззвучно хлопая огромными крыльями за спиной, метнулось к Шаймору. Бруснир ударил сзади огнем и ягон исчез. Но на него самого напали сразу четверо, пришлось отступать, отбиваясь. Брусниру удалось пробиться к отважно обороняющейся группе во главе с Крозалией. Они все еще держались.

Шаймор хотел последовать за Брусниром, но перед ним из ничего материализовался новый ягон. Еще злее прежнего. Он бросился на Шаймора, яростно клацая большим клювом и протягивая к нему обе руки с птичьими когтями. Вальдар подался назад, одновременно выпуская струю пламени. Это сработало, но появились новые призраки. Замелькали со всех сторон и взяли Шаймора в кольцо. Он закружился, поливая пламенем пространство вокруг себя, и понял, что долго ему не продержаться.

На помощь пришла Дара. Она завернула целый кокон из пламени вокруг них и потянула Шаймора куда-то в сторону. Там, в небольшом углублении в скалах, немногочисленные выжившие вальдары держали оборону. Шаймор с Дарой подбежали к ним, и чародейка воздвигла позади себя стену из огня. Призраки полезли сверху. Вальдары отбивались от них точечными ударами.

— Долго нам не продержаться, — сказала Дара. — Мои силы не бесконечны. Скоро я не смогу даже зажечь костер.

— Ума не приложу, почему они вылезли днем? — сказал Шаймор, запустив внушительный сгусток пламени в летящего на них сверху призрака. — И что теперь с этим делать?

Один ягон прорвался к ним, ловко увернулся от магических снарядов вальдаров и схватил Дару за горло. Она тут же упала на землю, а стена пламени пропала. Множество призраков ринулись на Шаймора. Он почувствовал уже знакомый холод, успел повернуть голову и увидеть, что кто-то держит его за плечо. А потом Шаймора захлестнул поток льда и кромешной темноты.

Бруснир с ужасом наблюдал, как гибнут один за другим все его люди. И ничего, абсолютно ничего, не мог поделать. Криза выдохлась, и ее магия стала постепенно иссякать. Призраки прорывались сквозь опадающие языки пламени. Вальдары пока справлялись с их натиском. Тидорок, видя, что Крозалия слабеет, ударил ее в плечо:

— Старайся лучше! Я не хочу здесь сдохнуть!

— Уберите от меня этого придурка, — сквозь зубы прошипела чародейка.

Бруснир шагнул к Тидорку. Тот взвился и шарахнулся от вальдара, спиной врезался в Кризу. Она потеряла концентрацию и ее заклинание исчезло. Призраки хлынули волной. Один из них схватил Крозалию за плечи, и она упала на камни. Сразу пятеро налетели на Софара и Латьена, сражающихся спина к спине. И парочка направилась к Тидорку. Мгновение спустя Бруснир с Элерией остались вдвоем. Вальдар схватил девушку за руку:

— Приготовься! Попробуем прорваться!

Залив пламенем все пространство впереди себя, Бруснир толкнул туда Элерию, едва оно спало.

— Беги! — приказал он, а сам обернулся и ударил в подлетевших сзади ягонов. Они исчезли, и Бруснир собрался последовать за Элерией, когда увидел, что ее держит цепкими мертвыми лапами призрак ягона. Бруснир развеял его магией и даже успел поймать падающую девушку у самой земли. Она была холодна как лед и не дышала. Вальдар провел пальцами по ее застывшему лицу и поднял голову. Вокруг него собрались десятки призраков. Бруснир больше не сопротивлялся. Один из ягонов отделился от остальных, плавно подплыл к вальдару и медленно коснулся его лба указательным пальцем.

Бруснир падал спиной вниз в какую-то бездонную пропасть. Вокруг клубился туман, но было тепло и сухо. Вальдар пытался пошевелиться, но ничего не выходило. Он словно был парализован. Падение это странным образом умиротворяло. Оно постепенно замедлилось, и Бруснир завис невысоко над землей.

Вскоре вальдар смог двинуться и даже выпрямиться. Он увидел перед собой пятерых ягонов с огромными белоснежными крыльями. Если верить тем книжкам, что он читал, то они очень стары. Ведь чем больше крылья, тем дольше прожил на свете ягон. Бруснир все еще висел в воздухе, как и глазевшие на него существа. Но если их такое положение вещей устраивало, то вальдару было несколько некомфортно. Он неуклюже пробовал приземлиться. С третьей попытки ему это удалось.

Ягоны молча и совершенно бесстрастно наблюдали за Брусниром. А потом заговорили с ним мысленно. Странное это было ощущение. Они стояли прямо перед ним, как недвижимые изваяния давно минувшего прошлого. А в голове звучали их голоса. Голос одного выделялся отчетливо, а остальные тихо вторили ему, будто далекое эхо, отражающееся от скал.

— Мы знаем зачем ты явился, — сказали ягоны. — Мы отдадим тебе артефакт и отпустим, если ты пообещаешь нам кое-что.

Бруснир удивился. Честно говоря, он полагал, что уже умер и застрял после смерти в Гибельном ущелье вместе с этими старыми и выжившими из ума призраками. Но поинтересоваться о чем они толкуют все же стоило. Мало ли чем дело обернется? Терять-то все равно уже нечего.

— Что же я должен вам пообещать? — вскинул бровь Бруснир.

— Что сломаешь шкатулку, прежде чем отдашь ее новым владельцам. Мы больше не желаем, чтобы она отнимала жизни. Наши соратники создали ее в момент гибели нашей расы, в миг горя, злости и слабости. Мы жалеем об этом. Она натворила слишком много зла…

Бруснир потер виски. У него звенело в голове от этих ментальных разговоров. И спросил:

— Насколько я знаю, ее невозможно уничтожить никаким известным людям способом…

— Ты прав. Способ уничтожить ее ты найдешь в Гнездовьях ягонов. Тебе это место известно. Ты там уже бывал.

— Вы убили всех моих людей… Зачем вам отпускать меня, да еще и с артефактом?

Главный ягон отчетливо хмыкнул у него в голове:

— Мы вернем твоих людей, если договоримся.

— Вернете живыми? — на всякий случай уточнил Бруснир.

— Вернем живыми. И здоровыми, — подтвердил ягон и впервые едва заметно пошевелил головой, чуть склонив серый клюв в подобие утвердительного кивка.

— Спрашивать в чем ваш интерес видимо бесполезно? — не удержался Бруснир.

— Ты прав. Бесполезно. Наша просьба проста, твои выгоды очевидны. Достаточно мыслей. Ты даешь обещание?

— Допустим. Но что если я не сдержу свое обещание?

Ягон снова пошевелился, нетерпеливо махнув тонкой рукой, похожей на птичью лапу.

— Ты сдержишь.

— Хорошо, — кивнул Бруснир. — Я обещаю, что никому не передам шкатулку ягонов, пока не найду способ сломать ее.

Все пятеро чуть склонили головы.

— Ступай, вальдар. Пусть ветер не покинет твой полет.