Благословенный (СИ) - Сербинова Марина - Страница 30

Кэрол отвлеклась от своих мыслей, заметив, что Дженни разглядывает ее. Но взгляд ее был почти безразличным.

— Каким был мой папа? — тихо спросила она, заглянув Кэрол в глаза.

— Он… он был лучшим из людей, которых я знала, — голос Кэрол вдруг взволнованно осип. — И ты… ты поразительно на него похожа. У тебя его глаза, волосы… и…

— Ни мама, ни тетя никогда не рассказывали мне о нем. Но говорили, что он был хорошим, добрым и честным. И больше ничего. Это так?

Кэрол кивнула.

— У вас есть его фотография? Почему-то у мамы не было ни одной, — голос девочки становился слабее и звучал все тише и натужнее, она стала задыхаться, и каждое слово уже давалось ей с трудом.

Кэрол вдруг заметила на тумбочке у кровати фотографию Кэт, стоявшую в простой деревянной рамочке. По шее и спине ее прошел холодок, она отвела взгляд и опустила его себе под ноги. Знала бы эта несчастная девочка, кто стоит перед ней! Та, которая сделала ее сиротой. Которая убила ее мать.

— Да, у меня есть его фотография, — ответила Кэрол, заставив себя снова посмотреть на девочку.

— Хотелось бы взглянуть. Принесете? — из последних сил прошептала та, тяжело дыша.

Доктор коснулся руки Кэрол, давая понять, что утруждать больную разговорами больше нельзя.

— Я принесу, обязательно принесу, — пообещала Кэрол. Доктор увлек ее к двери.

— Поскорее… сегодня… пожалуйста… — умоляюще выдохнула Дженни.

Глаза Кэрол увлажнились. Девочка боялась умереть, так и не увидев, каким был ее папа. Патрик вышел вслед за доктором, так и не произнеся ни слова, что на него было не похоже. Закрыв дверь в палату, Датч повернулся к Кэрол.

— Сегодня нам привезли сердце для пересадки, но тот, кому оно предназначалось, умер по дороге в операционную. У нас есть сердце, и это большая удача, потому что оно подходит для Дженни. Люди стоят в очереди на донор, и многие так и не дожидаются. Дженни я поставил на очередь давно, она уже подошла, но ее тетя так и не смогла найти денег на операцию. Сердце уже здесь, и это последний шанс для Дженни. Ведь вы пришли, чтобы помочь, не так ли?

— Я… хотела бы… — выдавила Кэрол.

— У вас есть возможность оплатить операцию? Если нет, то ничем другим вы уже ей не поможете.

— Я постараюсь… но мне нужно время, чтобы найти деньги…

— К сожалению, времени у нас нет. Вам придется принять решение сейчас. Я не могу задерживать донорское сердце, или мы делаем операцию, или я отдаю его другому больному.

Кэрол опустила взгляд, почувствовав, как Патрик больно стиснул ее руку. Он смотрел на нее такими умоляющими глазами, как никогда.

— Мы можем взять денег у Рэя. Он нам не откажет. Мам! — голос его сорвался, как будто он готов был расплакаться, и он с силой дернул ее за руку.

Доктор вопросительно смотрел на Кэрол.

— Ну? Мне отсылать сердце или нет?

— Нет! — в отчаянии прохрипела Кэрол. — Я оплачу.

Датч расплылся в улыбке и признательно, по-дружески хлопнул ее по плечу.

— Тогда я начинаю готовить девочку к операции, а вы за это время должны перечислить деньги на счет, который я вам укажу. Поторопитесь, потому что пока не поступит нужная сумма, я не смогу начать операцию. Я понимаю, как это выглядит… но не я придумал эти правила. И… нет никаких гарантий на то, что операция пройдет успешно, что не произойдет отторжения… одним словом, мы попытаемся спасти жизнь Дженни, но может и не получиться.

Кэрол лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Доктор вручил Кэрол чек, и поспешил отдавать нужные распоряжения для предстоящей операции. А Кэрол в полной растерянности и отчаянии уставилась на чек. Патрик подергал ее за руку.

— Пойдем, у нас мало времени. Все очень просто, мам. Нужно всего лишь попросить. Рэй даст нам столько, сколько мы скажем. Разве ты сомневаешься?

Нет, она не сомневалась. Но на самом деле было не все так просто, как представлялось Патрику. Попросить Рэя, с которым она была так жестока, бросила его, сбежала от него, предала, заставив поверить в свою гибель, вычеркнула из своей жизни, причинила столько боли! И скрывала от него существование сыновей…

Она подумала о бриллиантовых украшениях, которые привез ей Касевес, но той суммы, которую она могла выручить за драгоценности, было более чем не достаточно. Исключая Джека, Рэй был единственным, кто имел возможность немедленно заплатить по чеку требуемую сумму. Следовательно, у нее было только два варианта — просить или не просить.

Через минуту Кэрол уже стояла у телефонного аппарата на улице и разговаривала с Деборой Свон, позвонив прямо в ее рабочий кабинет в компании. К счастью, Свон оказалась на месте. Кэрол связывалась с Уильямом только через нее, потому что даже проницательный Джек не мог догадаться, что Свон может иметь отношение к тому, что его дурачат, как он, видимо, считал, если до сих пор искал погибшую жену. Впрочем, Кэрол надеялась, что после визита Зака в больницу, Джек оставит свои попытки. В конце-то концов, что не давало ему поверить в то, что она погибла? Это происходит страшно подумать со сколькими людьми, а она тоже не бессмертная. Любой бы человек на его месте поверил. Почему он ищет ее среди живых? Потому ли, что его любовь к ней и Патрику была настолько сильна, что не позволяла ему смириться? Или это все его поразительная интуиция, будь она неладна? И какой была бы их встреча, если бы он их все-таки нашел? Часто Кэрол задавалась этим вопросом, но каждый раз суеверно отгоняла подобные мысли прочь, убеждая себя, что этого никогда не произойдет. Когда-нибудь ему придется смириться и отпустить их. Может, он уже это сделал после разговора с Заком. Но в любом случае Кэрол должна быть осторожна, всегда. Конечно, предположить то, что телефоны Рэя и Касевеса прослушиваются, было бы просто смешно, но Кэрол ни за что бы ни рискнула связываться с ними напрямую, как бы нелепо не выглядели ее опасения. Нельзя было сказать, что отношения со Свон у нее были дружеские, но женщина продолжала участвовать во всем этом блефе, оставаясь связующим звеном между Кэрол и ее прошлой жизнью, и ни разу за все это время не подвела. Кэрол научилась ей доверять, ей приходилось, потому что ее тайна все равно была в руках этой женщины, и Кэрол понимала, что пока она первая не нарушит их соглашение и свяжется с Рэем, хотя бы по телефону, Свон будет держать обещание. Но как только она сделает шаг в сторону Рэя, Свон ее уничтожит. Кэрол не могла понять, как Свон к ней относится теперь, спустя полтора года, осталась ли в ней та ревность, с которой она когда-то провожала ее, помогая бежать от Джека, или теперь эта ревность обратилась на других женщин в жизни Рэя? Бедная Свон. В глубине души Кэрол жалела ее, представляя каково это, так любить такого мужчину, как Рэй, всегда окруженного женщинами и не отвечающего на ее любовь. Одному богу известно, сколько страданий причинял ей этот роскошный красавец. Но Свон никогда не заговаривала с ней больше о своих чувствах, возможно теперь, потерпев поражение, отвергнутая, она даже стыдилась своей любви, своей слабости, с которой не могла справиться. Кэрол относилась к ней с теплом и признательностью, и ни разу не дала ей почувствовать, что торжествует над ее поражением. Если бы Свон почувствовала это, наверняка не простила бы, но Кэрол не могла забыть, как самонадеянно и жестоко она отбирала у нее Рэя, собираясь прибрать его к рукам, зная об их связи, как угрожала, чтобы заставить не приближаться к нему. Хоть Кэрол и без ее угроз покидала его навсегда, она не могла простить этой женщине своей боли, своих слез в тот момент… Кто она такая, эта Свон, чтобы требовать от нее такое, кто дал ей право распоряжаться их с Рэем отношениями, запрещать даже напомнить о себе ему, человеку, который так давно присутствовал в ее жизни, занимая в ней далеко не последнее место, с которым ее связывало так много, который столько лет был ее семьей… И тут пришла она со своей любовью, угрожает, запугивает, распоряжается, как будто он уже был ее собственностью. Поэтому Кэрол не могла не радоваться тому, что он ею не стал. И вот, получалось так, что с одной стороны она торжествовала, а с другой — жалела ее. Она знала, что Свон без колебаний раздавила бы ее в лепешку, стань она снова на ее пути. Кэрол не собиралась, зная, что все пути назад отрезаны, в том числе и дорожка к Рэю, но любовь Свон все больше ее тревожила. Кэрол боялась, как бы эта женщина не навредила Рэю. Хоть Касевес и утверждал, что тот вертит ею, как хочет, но ведь терпение Деборы может закончиться. Она наверняка будет препятствовать, если он решит завести серьезные отношения с какой-нибудь женщиной. Ее хватка была мертвой, а Рэй, скорее всего, не воспринимал это всерьез. Любовь этой женщины может быть для него опасной. Пока он справлялся с ситуацией, но что, если она выйдет из-под его контроля? Свон впилась в него, как паразит, и может помешать ему устроить свою жизнь, завести семью. А если Свон обозлится, в ее лице он приобретет опасного и безжалостного врага. Рэй играл с огнем, и, как обычно бывает в таких случаях, он мог не только обжечься, но и сгореть. Единственное, что успокаивало Кэрол, так это то, что до сих пор Рэй превосходно управлялся с женщинами, и Кэрол была единственным его поражением, единственным сбоем…