Ничтожный владыка демонов (СИ) - Меглин Алекс - Страница 5

Мне было плевать. Я с удивлением смотрел на кулак. Это точно случилось. В последний момент, я определенно почувствовал, как рука успела проломить чей-то череп.

— Одного убил таки, — удивился Дан.

— Там сложно двигаться, — пожаловался я, запихнув в ноздрю снег. — Будто в киселе.

— Никто не виноват, что слабее садового слизня, — демон снова перешел на рык. — Все на сегодня довольно. Иначе следующий раз может стать последним.

Последовавшие три часа прогулки на зимнем воздухе настолько меня измотали, что я чуть не уснул в прихожей, пока пытался стащить ботинки с отекших ног. Шея, подбородок и горло охватила тупая боль, будто от воспалившегося зуба.

— Ну что натаскался? — из комнаты высунулась одетая мать с пакетами. — Бабушке в горячей ванной плохо стало, скорая забрала. Я чуть не померла, пока вытащила ее, а он гуляет, скотина. Телефон для чего тебе купили? Чтобы ты мать родную игнорировал?

— Я не слышал. Да и ее врачи давно предупреждали.

— Не слышал он, — мать принялась натягивать сапоги. — Я вон три года обувь купить не могу, все для сыночки стараюсь сделать, одежду, телефон новый, а ему все равно. Я к бабушке в больницу, суп на плите, подогреешь. Только газ не забудь выключить, как в прошлый раз.

Дверь хлопнула и я остался один. Старая хрычовка любила три раза на день полежать в горячей ванне, причем ложилась она сама, а подняться уже не могла.

На кухне в кастрюле стояла причина моей худобы. Я его называл суп из семи залуп. Кроме крайней плоти в состав входила вода, картошка, петушиные анусы, головка лука, столовая ложка поросячьего жира — для нажористости. Получается мутно-белое варево с бельмастым глазом-луковицей, всплывающей будто утопленница среди поблескивающих разливов жира.

Я потянулся за батоном, но вмешался демон:

— Процеди эту дрянную баланду и выпей.

После прогулки жутко хотелось есть, но я уже года три не брал в рот материнский суп. Как бы не взаправду не отправиться на тот свет после такого обеда.

— Потом я научу варить тебя адскую похлебку, но сейчас подойдет и эта дрянь, костей мало конечно… — пробормотал Дан.

Я взял вторую кастрюлю и плотно прижимая крышку перелил в нее суп. Часть жидкости оказалась на столе — варево предпочитало не стекать струей, как нормальная жидкость, а сбежать по стенке посудины.

Аппетит у меня резко пропал. Я с ненавистью уставился на бульон.

— Пей, — не выдержал демон.

Я прижал губы к краю кастрюли и сделал небольшой глоток. Оказалось очень жирно, но терпимо. Выпив еще немного, я отставил кастрюлю и включил чайник.

— Все выпей! — от крика Дана огонь в конфорке потух и я поспешно выключил газ.

Битва с бульоном продолжалась добрых полчаса пока я осоловело не прислонился к стене. Полтора литра варева булькали и ворчали в желудке, словно живое существо. Постанывая, я осторожно опустился на стул, достав мобильный телефон.

Не успев пролистать ленту, в основном состоящую из голых рисованных девок и смешных картинок, я чуть не подпрыгнул до потолка от очередного рева демона. Лампочка на кухне ярко засветилась и перегорела.

— Никаких срамных картинок, похотливое животное! Вообще убери эту штуку!

За комп я так же не попал. Как и не смог попить чай с сахаром. Поесть белого хлеба. Послушать музыку. Полежать в горячей ванне.

Попробовал взять в руки бумажную книгу — какой-то недочитанный фантастический боевичок, но снова начался ор.

— Мне что нельзя вообще ничего делать? — обреченно спросил я.

— Можешь поиграть на лютне, выпить бульона, почитать ученых мужей.

— Выходит, что книги все-таки можно? — обрадовался я.

— Только ученые книги, — с неохотой проскрипел демон.

Я включил комп и нашел скачанную когда-то подборку литературы по психологии. Схоронил еще в одиннадцатом классе, но к стыду, воспользовался только сейчас. А если бы не Дан?

Книга была написана немного сложным языком, и привыкший к беллетристике мозг пробуксовывал, пропускал предложения и, спустя пять станиц я обнаружил, что ничего не запомнил.

Для отдыха несколько минут смотрел в окно, но там совершенно ничего не происходило, а созерцать красоты родного двора, вроде лебедей из покрышек, было тошно. Начал книгу сначала.

Проснулся я за столом, охуел от ломоты в пояснице, перелег на кровать и снова заснул. Почитал, блять.

— Мить, я на работу, потом к бабушке в больницу, — разбудила меня мать.

За окном еще темно. Я привстал, ощущая легкую боль в спине и ногах. По привычке потянулся к телефону, но услышав предупреждающее рычание, просто смахнул оповещения. Впрочем, никто мне не написал.

— Ну и хуй с вами, — я вытянулся и сбросил одеяло. — Друзья называются.

— Заткнись, ты понятие не имеешь о том, что такое дружба, — я буквально услышал, как демон поморщился. — Выпей чашу воды и свари три яйца.

Больная тема? Спрашивать я не рискнул.

Потряс чайник — пусто. Сырая водопроводная вода просто не лезла в рот. Проще выпить кипящей смолы, чем влить в себя натощак целый стакан. Я поставил кастрюльку и кинул яйца в воду.

— На ложке опускай, кретин, — рявкнул демон. — Теперь садись на пол, будем дышать.

Техника оказалась довольно простой — пять секунд медленно вдыхаешь — пять секунд задержки — столько же времени выдыхаешь. К своему удивлению, через десять минут я вскочил бодрый и полностью проснувшийся. Круто!

Выпив чай и съев яйца, я снова сел за книгу. Легче она идти не стала, приходилось постоянно возвращаться к прочитанному. Когда солнце поднялось из-за крыши соседней многоэтажки демон выгнал меня на прогулку.

Ничего себе, я два часа просидел за чтением? Даже не заметил, как время пролетело. Снова пора на проуглку.

— Души младенцев владеют небольшими крыльями, острыми челюстями, а их хватка сравниться с силой титана, настолько они не хотят отпускать человека, — в этот раз демон снизошел до лекции. — Но их черепа мягкие, и разбить их легче, чем кочан капусты, а если схватить основание крыльев, тот они сами разжимают руки.

— А раньше нельзя было сказать? — возмущенно поинтересовался я. — Мне раз десять глотку вырвали!

— Люди глупеют, когда не учатся сами, — зевнул Дан.

Со следующим шагом я снова оказался в лимбе. Успел вскинуть руки, и острые зубы сжались на предплечье. Пока тварь пыталась перегрызть кость, я как следует размахнулся, вколачивая кулак в мягкую голову.

Череп младенца с треском лопнул, ударяя в нос жуткой кислой вонью. Его челюсть разжалась, но крохотные ручки вцепились намертво. Что там надо сделать? У основания крыльев пожмякать?

Задумался. Отвлекся. Они налетели со всех сторон, не оставляя никаких шансов.

Первые погружения в воспоминания демона проходили легко. Но чем дальше, тем болезненней становились симптом, пока на десятый раз меня не вырвало. А потом я рухнул лицом в собственную блевотину.

Оттирая лицо снегом, я поспешно уходил от сердобольных прохожих, направившихся ко мне. Ноги не слушались, то становясь мягче вареных спагетти, то деревенея, отчего меня мотало из стороны в сторону.

Вонючие младенцы, как ни старайся, увернуться от нападения не легче, чем от выстрела. А подыхать больно. Демон что-то крутил с моей головой, и каждый раз уровень ощущений менялся: от ноющей ломоты в висках до выдирания зубов вместе с челюстью.

— Давай, дальше, — я прислонился спиной к столбу.

— Тогда иди, — приказал демон. — Пока ты идешь, твое тело в состоянии драться.

Я снова шагнул в темноту. Начал махать руками, как помешанный. Удалось на лету сбить одну тварь, и ориентируясь на шум, я прыгнул на упавшего. Пятки пробили голову монстра, издавшего негромкий писк.

Ударом ноги отшвырнув мертвое тельце, я снова молотил кулаками воздух. Долго продержаться не удалось: руки банально устали. Как только я замедлился в меня врезалась стая голодных тварей, с особенной жестокостью разрывая плоть.

В каком-то боевом трансе мне удалось проломить еще три головы, прежде чем кошмар закончился.