Где я, там смерть (СИ) - Сербинова Марина - Страница 99

— До того, как я женился, мне приходилось самому о себе заботиться. Ведь я не всегда был богатым и разбалованным… Я всего лишь детдомовец. Ты удивишься, когда узнаешь, что я много чего умею. Даже готовить. Мне просто нужно вспомнить.

Кэрол отвела глаза и ничего не ответила. Рэй гладит ей юбку — невероятное зрелище! И может быть, еще вчера это бы ее позабавило и развеселило. Он встревожено, с немой мольбой смотрел на нее, страдая оттого, что то, что сделало его счастливым, ее превратило в такое несчастное разбитое существо, на которое ему было просто больно смотреть. Он даже чувствовал себя виноватым. Радость его померкла. Его любимая женщина была несчастна оттого, что стала с ним близка. Это его жестоко ранило в самое сердце. Он хотел верить в то, что это только чувство вины перед Куртни. Что это пройдет. Как бы хотел он, чтобы она подарила ему хоть тень улыбки или теплого нежного взгляда, чтобы сказала хоть слово. Но она была холодной, равнодушной, чужой. Возможно, она его даже ненавидела, теперь уже на самом деле. Она воспринимала то, что с ними произошло, не как любовь, а как предательство. Она предала свою обожаемую Куртни, и только это имело для нее значение. На него ей было наплевать, на его чувства, любовь, на то, что рвет ему сердце. Жестокая. Какая жестокая. Думает о мертвых, которым уже все равно, которые не могут больше чувствовать боли, и заставляет страдать живых. Отчаяние заползало ему в душу, как бы не пытался он его от себя гнать. С ужасом он думал о том, что совершил непоправимую роковую ошибку, соблазнив ее. Что, взяв ее тело, он потерял ее сердце, ее любовь. Что она никогда не простит ни себе, ни ему того, что они сделали. Что станет его ненавидеть. Что он ее потеряет. Навсегда.

Ну почему она так все усложняет? Почему нельзя просто позволить себе и ему любить, быть счастливыми? Почему не дает ему ни малейшего шанса? Куртни больше нет, а он мог бы сделать ее счастливой. Даже Куртни это понимала.

Он пытался поговорить с Кэрол, но она молчала. Ему казалось, что его слова просто не доходят до ее сознания, она намеренно не желает их воспринимать, заблокировавшись от него так, что он не мог к ней пробиться. Она не покорилась ему, даже теперь. Наоборот, между ними вдруг разверзлась пропасть. Он поспешил. Он это понимал. Нужно было подождать еще, а он сломался. И сломал ее.

Он пытался не показывать печали и отчаяния, демонстрируя только свою любовь. Вел себя уверенно, как будто случилось только то, что должно было случиться, что это не то, в чем можно раскаиваться и о чем надо сожалеть. Нет. Он вел себя так, словно она уже принадлежала ему, давно принадлежала, и так будет всегда. Она должна это понять и перестать этому противиться.

А еще главное, чтобы об этом пока не узнал Джек. Рэй боялся не за себя, а за нее. Джек зверь, причем бешеный зверь, он может ее и убить в приступе ревности или чтобы наказать. Рэй не мог этого допустить. Если Рэндэл не отпустит ее, Рэй намеривался его убрать. Да, он был готов на это, чтобы защитить и освободить Кэрол от этого подонка, и уже обдумывал возможные варианты. Что ж, даже если не выйдет провернуть все так, чтобы самому выйти чистым из воды и не угодить за решетку, по крайней мере, Кэрол будет свободна от этого монстра. Рэй поклялся Куртни защищать и оберегать ее, но даже без этой клятвы он бы это делал, потому что никого дороже ее у него не было.

Впервые в жизни ему не удавалось достучаться до Кэрол, заставить улыбнуться. Она смотрела сквозь него. Он словно потерял над ней свое очарование, свою силу, благодаря которым он мог развеселить ее в любой ситуации, утешить, поддержать.

Он помог ей одеться, она не противилась. Поддавшись порыву, он стиснул ее в объятиях и прижал к себе.

— Ах, Кэрол… — простонал он. — Я же люблю тебя! Так люблю…

А она вдруг оттолкнула его, вскрикнув от внезапной ярости, и выбежала из номера. Он поспешил за ней. Столкнувшись на лестнице с Пегги и встретившись с ее взглядом, девушка отвернулась, мучительно краснея. Из-за угла выглядывало любопытное личико Джуди, которое запылало краской при их появлении. Девица облизнула губы, не отрывая от Рэя сладострастного взгляда. Кэрол готова была провалиться сквозь землю, ненавидя Рэя. Конечно, Пегги и эта девица не просто понимали, что происходило в номере, где она осталась с Рэем наедине, но наверняка и слышали.

Пегги коснулась руки Кэрол, заглядывая ей в лицо понимающим нежным взглядом, но та опять отвернулась и вышла на улицу. В этот момент Кэрол злилась и на нее за то, что оставила ее с Рэем в таком невменяемом состоянии. Кэрол злилась на весь мир, хоть и понимала, что виновата только сама. Пегги не укладывала ее в постель с ним, он ее не насиловал, дважды спросив у нее согласия. Кэрол знала, что Пегги не осудит ее, но все равно было невыносимо знать, что она слышала ее несдержанные пьяные крики удовольствия ночью. А что до этой Джуди, так Кэрол не удивилась бы, если бы та подслушивала под дверью.

Рэй рванулся следом за Кэрол к двери, но Пегги резко придержала его за руку.

— Сукин ты сын! — прошипела она. — Когда ты уже нае…ся? Глаза твои бесстыжие, что ты на меня смотришь? Девчонку-то зачем? Взгляни на нее! Взгляни, что ты с ней сделал! Она же боготворила Куртни! Тебе не стыдно?

— Помолчи, ты ничего не понимаешь! — бросил Рэй, вырвавшись из ее цепких рук. — Я люблю ее! А твое дело держать язык за зубами, даже если Рэндэл тебя распнет… ты поняла?

Пегги смерила его угрюмым взглядом.

— Что, испугался?

— А ты подумай, что он сделает с ней, если узнает, и не задавай мне идиотских вопросов!

— А что ж ты не подумал, когда в постель ее тащил?

— Пег, хватит! Пожалуйста. Ты просто не так все воспринимаешь. Я изменился, я теперь другой. Я люблю Кэрол. Это не каприз, не развлечение. Клянусь тебе! Я все тебе объясню, мы поговорим, но позже, хорошо? Сейчас я должен идти, пока она не сбежала от меня. Если Рэндэл будет спрашивать…

— Не беспокойся, я могила. Но только ради Кэрол, а не для тебя, понял? — Пегги презрительно поджала губы, когда он впервые в жизни запечатлел на ее щеке поспешный поцелуй, выражая свою признательность, и, провожая его недружелюбным взглядом, процедила сквозь зубы вслед. — Изменился он! Если х… — она выругалась, — вместо мозгов, то это уже не исправишь. Чертов самец…

И покосилась на Джуди, которая поспешила ретироваться, сделав вид, что ее вообще тут не было и она ничего не слышала. Пегги вздохнула, подумав о том, что сегодня же девчонку придется уволить и отправить куда подальше, на тот случай, если Джек Рэндэл пожелает узнать, как и с кем его жена провела эту ночь. А Пегги совсем не хотелось, чтобы у Кэрол были неприятности. Да и у непутевого братца — тоже. Хоть Пегги его и недолюбливала, но не настолько, чтобы отдать на растерзание орогаченному Рэндэлу. А Джуди это будет уроком на будущее, чтобы не проявляла чрезмерное любопытство.

Они чуть не опоздали на похороны.

Прищуренными злобными глазами наблюдал Джек, как они торопливо приближаются в процессии, выскочив из машины Рэя. Рэй придерживал Кэрол под руку. Девушка неуверенно шла на высоких тонких каблуках, Джек заметил, как она пару раз покачнулась, но Рэй ее придержал, сильнее сжав ее руку, почувствовав, как она задрожала под пристальным взглядом Джека.

Они остановились чуть в стороне от него, не подойдя ближе. Джек отвернулся и больше не смотрел на них, пока не был завершен ритуал погребения. Присутствовало не так много народу, как на панихиде. Пришли только самые близкие и друзья Куртни.

Кэрол вдруг стало плохо, когда рабочие начали бросать землю на крышку опущенного в могилу гроба. Ей показалось, что она увидела Куртни в толпе людей. Красивая, высокая, она стояла за спинами двух мужчин и смотрела прямо на нее, а вокруг нее клубился черный туман.

— Как тебе мой муж, Кэрол? Хорош, правда? Хоть бы подождали, когда я уйду… — Куртни вдруг оказалась напротив нее, совсем рядом, и поцеловала Рэя в губы. Он вздрогнул и недоуменно коснулся пальцами губ.