Неподчиненная (СИ) - Найтингейл Эл - Страница 8

Пришлось тупо сидеть на кровати, небрежно закинув ногу на ногу и рассматривать потолок, всеми силами делая вид, будто расхаживающая по каюте девушка меня не интересует. Со стороны могло показаться, что я совершенно равнодушен и вообще ее не замечаю. Я приложил массу усилий, чтобы это выглядело именно так.

Наверное, поэтому выйдя, Женя громыхнула дверью так, что та едва не сорвалась с петель. И это учитывая то, что прежде она боялась, что ее услышат и даже сдерживала рвущиеся из груди страстные стоны.

— Твою ма-а-ать!..

Я галопом понесся в ванную комнату, забрался в душевую кабину, заперся там и включил воду на полную мощность, чтобы она хоть как-то заглушила мои сдавленные рыки. Стоило взять в руки «младшего брата» и провести ладонью вверх-вниз, как меня накрыло с такой силой, что ослабели ноги.

Да что же это со мной творится?

В тот момент, когда перед глазами все померкло от шквальной волны оргазма, я представлял довольное лицо Жени. Она казалась такой близкой, что хотелось притянуть ее к себе — так крепко, чтобы она больше не посмела сбежать. И, уходя, хлопнуть дверью.

Спустя минут двадцать, когда пришел в себя, я обнаружил ее трусики под кроватью. Сдуру понюхал и снова сделал стойку. Пришлось вновь принимать душ — на сей раз холодный. Видения распростертой передо мной Жени не хотели отпускать.

К завтраку мы с разочарованным «младшим братом» явились с огромным опозданием. Наскоро перекусили и, не обнаружив в зале Жени, расстроенно удалились в свою каюту.

Ледяная… Точнее Горячая, как адово пламя, Королева не явилась и к обеду, наверняка заказав еду в каюту. Вадим с Петровичем настойчиво искали моей компании и все пытались расспросить о девушке, которая была у меня в каюте. Я многозначительно молчал. «Младший брат» вообще поник, не желая со мной больше контактировать. Клянусь, таким разочарованным он не бывал. Даже когда Людочка усердно потерлась о мое плечо увесистой грудью и шепнула на ухо нечто горячее, он не отреагировал. Даже головы не приподнял, до того обиделся.

Но стоило вспомнить о Жене, как он вновь ожил — в самое неподходящее время.

Когда мы спускались по трапу на берег, я увидел ее в толпе. Но она определено не хотела со мной общаться и сделала все, чтобы не столкнуться. Буквально бежала сломя голову. Взяла первое попавшееся такси и скрылась из виду.

Все, что у меня осталось, так это ее трусики.

Которые я и вознамерился вернуть, как истинный джентльмен. Не думаю, что они были последними в ее гардеробе, но больше мой незапланированный поход в гости объяснить было нечем.

— Люда, будь добра пришли мне на личный мейл домашние адреса всех наших сотрудников, — приказал я на следующее же утро.

Вообще-то этот день был выходным, как и последующие, но ждать нового года я не мог. Потому разбудил секретаршу очень рано и заставил тащиться в офис. Она долго не могла взять в толк, чего от нее вообще хотят, видимо, все еще пребывая в послекорпоративной нирване. Но стоило пообещать хорошую премию, как все наладилось.

— А зачем вам адреса, Дмитрий Николаевич? — залебезила Люда.

— Зачем-зачем…—  недовольно пробубнил я, ища подходящее оправдание. — Рождественские открытки хочу всем послать. Могу себе позволить? Могу… Вот и отправлюсь. Точнее отправлю.

Глава 6. Дмитрий

Я, конечно, видывал много трущоб в своей жизни, но и предположить не мог, что главный бухгалтер известнейшего холдинга проживает в такой дыре. Пришлось дважды сверить адрес — но нет, не ошибка. Улица та, дом тоже, и эти обшарпанные стены с глубокими трещинами — те самые, что прячут в своем разваливающемся нутре Евгению Ивановну. Женечку.

И на кой хрен здесь нужен домофон, если дверь легко вышибить ударом ноги? Судя по вмятинам и металлической заплате, такое случалось уже не раз.

— Вам кого, дядя? — спросил меня бомжеватого вида мужичок, куривший самокрутку на лавочке.

— Был бы твоим дядей, застрелился, — признался я. — А раз уж родственных связей мы не имеем, то давай обойдемся без вопросов и сделаем вид, что друг друга не замечаем. И вот еще что: за тачкой присмотри.

Мужичок хмыкнул и свободным от синяка глазом покосился на «Бэху». Тачка смотрелась белой вороной в сером мраке улицы. Из-за ближайшего угла за ней уже наблюдали пацаны лет по пятнадцать, сверкая глазами и пуская слюни. Подойти, правда, не решались. Пока.

— И что мне за это будет? — хамовато уточнил «дядя».

— Ничего! — объявил я, улыбнувшись той улыбкой, что знакомые обзывали акульей. Вкупе с высоким ростом и моей неслабой комплекцией выходило всегда убедительно. — А вот если я выйду, а машины нет или она вскрыта — найду и домой поеду на том, кто это сделал. Верхом.

«Дядя» икнул и отвел взгляд, пробормотав что-то вроде: «дамывсегдарадыпомочь». Любопытные парнишки слились со стеной и сделали вид, будто их тут вообще нет.

Ну и ладно.

Домофон пиликал довольно долго, прежде чем мне ответили.

— Хто эта?.. — спросил шуршащий старушечий голос. — Что, Женечка, снова ключи забыла?

Не успел я ответить, как дверь открылась, и из подъезда дохнуло затхлым вперемешку с кошатиной. Лестницы были такими же обшарпанными и обветшалыми (собственно, другого я и не ожидал), а все стены, местами облупившиеся, были исписаны и изрисованы местными граффити-мастерами. Лифт не работал. Да я бы и не рискнул в него войти, тем более что нужная квартира находилась всего лишь на третьем этаже.

— Есть кто дома?

Я постучал в дверь квартиры, и та приоткрылась. Вопреки ожиданиям, внутри было светло и аппетитно пахло пирогами. Если не ошибаюсь, с яблоками и корицей.

— Можно войти?

Просунув голову в образовавшуюся щель, я осмотрел прихожую. Чисто, уютно. Обои, конечно, давно не меняли, а люстра была модна еще в советские времена, но это уже мелочи.

— Женя? — позвал я.

И в эту секунду услышал по-настоящему львиный рык, раздавшийся в кухне. А уже в следующую секунду на меня неслось нечто огромное, лохматое и грозное. Не знал, что Женя держит дома медведя. Ударом лапы этого монстра легко можно зашибить слона. Лохматое нечто оскалило пасть, продемонстрировав клыки, вполне украсившие бы тираннозавра.

Он просто сел рядом, не сводя с меня глаз и всем своим видом демонстрируя: шелохнешься — и ты труп.

— Хороший песик, — проговорил я, слегка охренев.

Сразу стало ясно, отчего в этой квартире не закрывали входную дверь. Нет, в принципе, при острой нужде я могу и медведя побороть. Но, думаю, Жене бы не понравилось, если бы я завалил ее песика, да еще и в ее же доме.

— Хто эта?

Вопрос повторился, но теперь старушечий голос звучал вполне себе уверенно и даже угрожающе.

Через мгновение объявилась и его обладательница. На вид старушке было лет сто, не меньше: низенькая, тоненькая, почти невесомая. И, тем не менее, испещренное морщинами лицо еще сохранило былую красоту. Эти правильные черты, высокие скулы и густые, несмотря на седину, волосы, заплетенные в толстую косу. Ясно, в кого Женя уродилась такой красавицей.

Вот только глаза были другими.

Светло-серые, покрытые белесой пеленой, словно паутиной, они смотрели мимо тебя. Зато видели то, что другим не под силу.

— Не волнуйтесь, — начал я, с опаской посматривая на внушительных размеров тесак в руке маленькой бабушки. Похоже, воинственность Жене досталась от нее же. —  Я не вор и злодей.

— Насильник? — уточнила бабка, прищурившись.

Пес зарычал и снова оскалился.

— Да ни разу! — заявил я. Покопался в памяти и таки вспомнил имя отчество Жениной бабушки: — Ядвига Захаровна, опустите нож, пожалуйста. Я Дмитрий Гранов, директор холдинга «Инком Комфорт».

— Точно? — неверяще уточнила бабушка, но руку с ножичком опустила. — Это ты, что ли, мою девочку заставляешь от заката до рассвета трудиться, да еще и в выходные не отдыхать?

Медведеподобный пес гаркнул — да так, что у меня едва не заложило уши.

— Это я каждый квартал выдаю главному бухгалтеру крупные премии и не отказываю в отгулах по уважительным причинам.